Никто, кроме тебя - Дин Яна - Страница 9

– Кто это? – кричу сквозь шум я.

– Если бы я знал, – поддаёт голос мой телохранитель.

Постепенно звуки стихают, а крики становятся все тише и тише.

– Ждите здесь, я проверю все, – Даниэль заставляет отползти ещё на шаг и облокотится об ножку стола.

Становится страшно. Ухватываюсь за его руку, и мы оба замираем, глядя друг на друга.

– Все будет в порядке. Не высовывайся, – приказывает и с вытянутым пистолетом шагает в сторону двери. Резко поворачивает налево, после направо и наконец опускает оружие, когда слышится голос Марко.

– Конселло, – лишь злобное рычание.

Они не остановятся. Это лишь начало. И я поняла это.

Когда позже все в доме стихает и холодные трупы наших охранников уже не валяются по двору, могу тихо сесть на кровати, надеть наушники и включить музыку на всю громкость.

Даниэль стоит за дверью. И я наконец могу выдохнуть полной грудью. Покачивая ногой под ритм песни, пытаюсь забыть те окровавленные тела наших людей. У них были семьи. Любящие жены и дети. Какого же им плохо сейчас. Могу представить.

Вечером, когда мы собираемся за столом, отец злобно объявляет:

– Они начали мстить.

– Неудивительно, – добавляет бабушка Кора, – Ты убил его наследника. Я вовсе удивлена, как мы все ещё живы.

Да, оптимизм нашей семьи зашкаливает.

– Мама, – угрожая смотрит Марко, – Ты серьёзно думаешь, что их месть закончится на этом?

Я скучно утыкаюсь в тарелку, играя с салатом в разные стороны. Аппетита не было вовсе. Роберта ужинала со всем рабочим персоналом, и мне так хочется с ними. Даниэль стоял возле стены, как и другие несколько охранников. На самом деле, сторожить в доме не было нужды. Но после сегодняшнего, сомневаюсь, что даже на секунду кто-то останется без присмотра.

– Правильно говоришь, но чего они добиваются?

– Знать бы мне этого.

– Думаешь, они продолжат наносить удары дальше? – влезает в разговор Вивьен.

– Знаю, – кратко кивает Марко, – Они на этом не остановятся. Это был лишь знак для начала войны.

Ближе к ночи, Марко уезжает по поставке винного товара. Вот уже несколько лет наша семья занимается отправкой вина через порты. Но думаю, не будет секретом, если скажу, что половина тех коробок на корабле, в любом случае наполнены оружием или наркотиками.

Так вот. Именно таким образом отец получает и пересылает свой товар. А деньги кидает в банк, записанный на моё имя. Этим порошком он снабжает пол мира. Убивает пол мира. Марко зарабатывает на смерти других. Это грязные деньги, и мы живем на них.

Это и есть жизнь. Всё взаимосвязано друг с другом. Хорошее и плохое. Нет разницы. Весь мир и люди варятся в одной системе, даже если не осознают этого. Замкнутый круг, невозможный разрушить.

Приняв душ, наконец удосуживаюсь привести себя в порядок. Завернувшись в банное полотенце, выхожу из ванной комнаты и подпрыгиваю на месте.

– Какого черта, мать твою? – крепче прижимаю полотенце к себе, чувствуя, как тело пробирает мурашками под взглядом черных глаз.

Даниэль с важным видом расположился в углу моей комнаты. На моем чертовом кресле. И даже не удосуживается отвернуться. Сидит, не отрывая взгляда.

Всей силой прижимаю руки к полотенцу. Очень надеясь, что он не видит мои шрамы.

– Это был приказ твоего отца, – Даниэль совершенно спокоен и безразличен.

Не могу скрыть своего удивления.

– Не может быть, – хмурю брови и поджимаю губы, пытаясь унять злость.

– Может, – усмехается Даниэль, – Никто ведь не хочет, чтобы обещанная невеста сбежала, или была убита врагами, – его глаза сверкают, словно эти слова были шуткой для него.

– Я не невеста!

– Ты пытаешься убедить в этом саму себя, – внезапно Даниэль поднимается на ноги, давая ощутить, как тесно вокруг.

Он делает шаг в мою сторону. Делаю такой же назад. Снова шаг Даниэля. Снова мой.

Так продолжается пока не ощущаю бёдрами комод за спиной. Даниэль делает заключительный шаг. Оказываюсь в ловушке его тела. Становится нечем дышать. Черные глаза гипнотизируют, а тело отдаётся теплом. Ощущаю это, когда руки мужчины упираются в комод, расположившись с двух сторон от моих бёдер.

– Но мы оба знаем, что у тебя нет выхода, – его голос слишком тих.

И почему все еще бегут мурашки?

– Выход есть всегда, – не отступаю.

Взгляд резко падает на его губы. Они так близко. Так опасно близко.

– Боже, дьяволица, ты веришь в эти сказки? – смеется Даниэль.

От его смеха нервные окончания сжимаются. Испугавшись своих же желаний, резко отталкиваю Даниэля. Он с лёгкостью отходит. Сердце пробивает слишком быстрый ритм.

– Не называй меня так! – изъявляю громко, – Сущий дьявол.

– Видишь? – ухмыляется он, – Мы с тобой два сапога пара.

Все тело заливается яростью. Бью его в грудь одной рукой, другой придерживая край полотенца.

– Какая пара? Какая пара? – срываюсь на крик, – Думаешь, спас меня и все? – смотрю прямо в глаза, тяжело дыша, – Чего ты добиваешься? – бью еще и еще.

В этот момент Даниэль перехватывает мою руку и тянет к себе, всей силой заставляя врезаться в его грудь. Глаза расширяются, а губы раскрываются от изумления. Но больше всего в ступор вводит то, что мне нравится это. Нравится чувствовать теплоту его тела.

Господи, что со мной не так?

– А ты выглядишь возбужденной, когда злишься, – губы дьявола растягиваются ещё шире.

– Какой же ты мерзавец, – сжимаю челюсть, не переставая буравить его взглядом.

– Я хуже, чем ты думаешь, – Даниэль отпускает меня, – Теперь тебе лучше переодеться, – окидывает мое тело сверху вниз, что разжигает желание ударить снова.

– Не приказывай мне. Не забывайся, ты…

– Хочешь передо мной расхаживать полуголой? – Даниэль направляется к креслу; расстегивает пуговицы пиджака и снимает, прежде чем сесть, словно король на свой золотой трон, – Да пожалуйста, – раскидывает руки, смотря сверкающим взглядом, – Я не против посмотреть на это.

– Невыносим! – забирая свою пижаму, скрываюсь за ванной, пытаясь привести в норму дыхание.

Кто он? Откуда столько смелости? Чего он хочет? Чего добивается? И.…почему так сильно бьётся сердце?

Щеки заливаются краской. Точно от злости.

Быстро переодевшись в шорты и тонкий свитшот с длинными рукавами, выхожу из ванной. Даниэль листает журнал, за которым прикрыто его лицо.

– Ты будешь тут всю ночь? Как же со сном?

Он убирает журнал. Оглядывает с ног до головы и отвечает:

– Посплю утром.

– Неужели тебе не захочется спать?

– Не захочется.

– Так невозможно, – говорю со смешком.

Даниэль хмурится и закрывает глянцевое издание.

– Я привык. Теперь спи, – он снова скрывается за бумагой.

Бесит!

– Боже, – недовольно закатываю глаза, – Ты только и приказывать умеешь.

– А ты язвить.

– Не правда.

– Я не буду спорить с тобой.

– Я и не спорю.

Даниэль поднимает взгляд, а я присаживаюсь на кровати, подтягивая ноги.

– Спи, Андреа.

– Господи, какой же ты зануда, – разочаровано выдыхаю, плюхаясь на постели.

– Могу показать тебе насколько «занудным» иногда бываю. Боюсь, ты разбудишь весь дом своими стонами. И нас обоих отправят в могилу, – не вижу его лица, но по голосу понимаю, что он вполне серьёзно.

Мерзавец!

Хочется взять и выгнать его за дверь, но тут вспоминаю, что совершенно забыла о Лии и Локи.

Мне нужно их покормить.

– Слушай, – резко привстаю, забыв о недавнем диалоге, – Ты должен мне помочь.

– Я ничего тебе не должен, – отвечает сухо.

– Ну! Мои собаки останутся голодными, – на помощь приходят жалобный взгляд, – Помоги выйти из дома и накормить их.

– А что мне за это будет? – наконец он убирает журнал в сторону, выдвигая одну бровь.

– Твоя зарплата, мой дорогой, – отбрасываю волосы назад, гордо дернув подбородком. —Разве ты не должен ходить за мной по пятам? Вот и сейчас пойдешь, – скрещиваю руки на груди, показывая тем самым, что не приму отказа.