Рискнуть – и победить! - Лорел Лиза Кей - Страница 23

Его голос внезапно отвлек ее от этих мыслей.

– Для кого свитер? – спросил он.

Анна увидела, что вязанье, забытое, лежит у нее на коленях.

– Это для одной девятилетней девочки. В приюте, в одном из соседних городов, устраивают такое мероприятие: ты как бы опекаешь одного из их воспитанников и даришь ему подарки на Рождество. Им больше неоткуда получать подарки. Вот я взяла себе Кирию.

– Ты с ней знакома?

– Нет, и мы никогда не встретимся. Я знаю только ее имя, возраст и размер. И еще из приюта прислали вот это.

Она достала из корзинки с вязаньем и протянула Люку сложенную записку.

Это был список пожеланий, написанный округлым детским почерком: «Куклу. Теплый свитер. Красивое платье. Футбольный мяч. Дневник».

Глаза Люка затуманились.

– Ты все это ей приготовила? – спросил он.

– Да, и еще кое-что. Хочешь посмотреть?

В углу столовой стояла большая квадратная корзина с крышкой, какие берут на пикники. Анна откинула крышку и стала бережно вынимать из корзины и раскладывать на столе свои подарки. Она рассказывала, где покупала каждую вещь, как выбирала.

– Такие куклы сейчас у девочек в большой моде.

Он знал, что у двойняшек есть куклы такого типа, но ведь им по шесть лет.

– Я не знал, что в девять лет девочки еще играют в куклы.

– Да, приятно это узнать, как-то освежает, правда? – Анна печально улыбнулась. – Хорошо бы, конечно, купить куклу вместе со всеми платьицами, но она и одна основательно подорвала мой бюджет.

– А это что? – Люк показал на разложенный на столе весьма обширный кукольный гардероб.

– Это я сама сшила. Надеюсь, ей понравится.

– Мне нравится.

Анна рассмеялась.

– Нет, правда. По-моему, это просто замечательно – то, что ты делаешь!

– Не надо меня переоценивать, Люк. Я это делаю и для себя тоже. Я так люблю Рождество, а раз уж у меня нет своих детей…

Ее голос сорвался, и это сгубило Люка. Неужели у нее в глазах тоска? Внутренний голос дал Люку хорошего пинка, чтобы привлечь его внимание, и привел великолепный, хотя и несколько рискованный довод: «Кто сказал, что такая женщина не может передумать насчет детей?»

Эта мысль мгновенно укоренилась в сознании Люка. Вот единственный путь, который сделает возможным брак с Анной.

И возможность эта очень и очень увлекательная – возможность, что Анна станет его невестой.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

После Дня Благодарения Анна всегда устраивала большую зимнюю распродажу, так что в пятницу она закрыла свой магазин уже поздно вечером. Люк был дома, чему Анна очень удивилась.

– Я думала, у тебя сегодня свидание, – сказала она.

– Я его отменил.

– Ты опять неважно себя чувствуешь?

Выглядел он хорошо и утром говорил, что снова в полной форме, но Анна не могла придумать никакой другой причины для отмены свидания.

– Я чувствую себя прекрасно, просто хотел остаться сегодня дома. Мне нужно поговорить с тобой.

Анна решила, что ему нужен ее совет. Ну что ж, она сделает все, что в ее силах.

После обеда они перешли в гостиную, где не было света, кроме огня в камине, который Люк разжег заранее. Они уселись у камина, друг против друга. Анна молча ждала. Он сказал, что ему нужно поговорить, – пусть начинает, когда будет готов.

Он спросил неожиданно:

– Как ты определяешь, что мужчина и женщина подходят друг другу?

Анна так растерялась, что не могла ответить. Если он задает такой вопрос, значит, уже выбрал одну из девушек. К этому Анна не была готова, и не только потому, что всего две ночи назад спала в его постели. Она строго приказала себе радоваться за него. Интересно, которая из них?.. Он ни словом, ни намеком не обмолвился.

– Я имею в виду это твое загадочное чутье, о котором говорит весь город, – сказал он так серьезно, что Анна невольно улыбнулась.

– Знаешь, на самом деле тут нет ничего загадочного, – созналась она. – Просто нужно немного чуткости. Истинную любовь всегда видно, стоит только присмотреться хорошенько.

Люк обдумал ее слова.

– Я хочу присмотреться, но не знаю, как за это взяться, – сказал он. – Какие признаки я должен увидеть?

Анна задумалась, покусывая губу.

– Да тут не то чтобы видишь, скорее ощущаешь. Вот как ощущаешь повышение температуры. Когда между двумя людьми идет тепло. – Анна нахмурилась. – Понимаешь, о чем я говорю?

Он подался вперед, подперев подбородок руками и напряженно глядя на нее, как будто пытался понять человека, говорящего на незнакомом языке, и в то же время опасался его обидеть.

– Не очень, – признался он наконец.

Анна стала смотреть в огонь, подыскивая другие слова. В камине стрельнула искра, и это подсказало ей идею.

– Любовь – как огонь, – сказала она. Люк смотрел на нее с сомнением.

– Нет, правда! Подожди, я попробую объяснить словами. Ты ведь, Люк, все знаешь о том, как разводят огонь. Сначала нужна искра, с нее все начинается, верно?

– Да, – протянул он, – но я как-то не…

– В любви такая искра – это влечение. Оно дает искры, даже когда огонь уже вовсю горит. Можно это назвать физической стороной отношений.

– Понимаю, – сказал он, бросив на нее такой взгляд, что ей сразу стало ясно: он понял. Большинство мужчин «понимают» физическую сторону. У них это получается само собой. Особенно у Люка, как подозревала Анна после того поцелуя. Она вдруг заметила, что жадно смотрит на его губы, и торопливо продолжила:

– Когда огонь займется, он уже горит ровно. В любви это то, что называют совместимостью.

– То, что я видел у Эрика и Жюли? И у Уита и Дрю?

– Да, можно так сказать. Это та сторона любви, которая заставляет людей стремиться жить вместе. Если она есть, значит, огонь горит хорошо и может обогреть целый дом. Все, кто окружают этих двух людей, – и особенно их дети, если они есть, – греются в лучах их прочного партнерства, их взаимной поддержки. Это, как я себе представляю, эмоциональная сторона любви.

Люк пересел к ней на кушетку.

– Анна, я понял, что…

– Я знаю, что совместимость с самого начала была в числе твоих требований, – перебила его Анна, боясь услышать, кого он выбрал. – Но я пока не закончила. В любви есть еще один компонент, самый важный. Но его труднее всего заметить и определить словами.

– Что же это такое?

– Это те моменты, когда огонь вспыхивает особенно ярко и горячо. Это – пламя страсти.

– Я не совсем улавливаю твою мысль. Разве страсть – это не искры?

– И да, и нет. Это тоже физическое, только гораздо глубже. Я считаю, что это – духовная сторона. Это самый неуловимый аспект любви. Многие довольствуются первыми двумя элементами и даже не замечают, что они что-то упустили. – Анна взяла руку Люка, серьезно глядя на него. – Я не хочу, чтобы это случилось с тобой, Люк. Истинная любовь – это сочетание всех трех элементов: то искры, то ровное тепло, то невероятная вспышка. Понимаешь теперь?

Кажется, он понял! Эту искру он с Анной чувствовал, и даже очень. Что такое физическое влечение, он хорошо знал. Тот их поцелуй так и сыпал искрами!

И совместимость тоже налицо. Их отношения давно уже превратились в дружеские, и более того. Он мог сказать ей все. Да взять хоть этот их разговор! Он легко уживался с ней в крохотном, кукольном домике. Они безошибочно угадывали настроение друг друга, чувствовали без слов, когда хочется близости, а когда человеку нужно побыть одному. Когда потянуться за поддержкой, когда – поддержать самому. С ним этого никогда не бывало раньше, но он был уверен, что это и есть совместимость.

Но когда она заговорила о страсти, вот тогда Люк совершенно точно понял, что она имеет в виду. Он сам испытал это две ночи тому назад – могучее ощущение правильности происходящего, с глубокой уверенностью в том, что твое чувство благословляют свыше, когда все инстинкты радостно кричат «Да!». Если те минуты, когда он держал ее в своих объятиях, не были одухотворенными, что же тогда духовно? То же чувство поднималось в нем и сейчас, когда он держал ее руку в своей.