Забери мои страхи (СИ) - Цабур Кристина Михайловна "Kristina" - Страница 2

Я отрываю себя от раздумий и перевожу свой взгляд на женщину, сидевшую напротив меня.

Она сидит в белоснежном костюме в прямой позе, сложив ноги ровно и уставившись на меня. Ее светлые волосы собраны в идеальную прическу, на лице минимум макияжа, я даже не уверена, что у нее накрашены губы. В общем, она составляла полный образ ангела, который готов мне помочь с моими проблемами.

– Почему вы решили обратиться именно ко мне? – пролепетала мне доктор Крамкай, поправляя очки на переносице и уткнувшись взглядом в свою записную книжку.

Мне казалось, что в живую психотерапевты ведут себя по – другому. Не так, как по телевизору, но видимо я ошибалась.

– Выбрала первого попавшегося мне в списке специалиста, – слишком холодно отвечаю я.

Она поднимает свой взгляд и смотрит на меня.

На самом деле я соврала и думаю, этот ее взгляд сейчас говорит о том, что она мне не поверила. Но мне не хотелось выглядеть жалкой перед этим человеком. Но она – то понимает, кто лучший психолог в этом городе, поэтому сейчас смотрит на меня этим внушительным взглядом.

Никогда бы не подумала, что окажусь на сеансе психотерапии. Но мне всегда казалось, что я нуждаюсь в наставлениях взрослого человека. Этого очень не хватало в моей жизни. По правде говоря, я считала, что мне все же нужна помощь, в особенности психологическая. Я очень редко подпускаю к себе людей, даже если они очень добры ко мне. За все время я так и не приобрела не то, что друзей, а даже знакомых. Просто потому что считала, что мне это не нужно. Легче выживать одной, чем с кем – то. Я даже начала как – то читать психологию. Пыталась узнавать людей по их поведению, действиям, поступкам. Убедившись, что в книгах пишут чушь, я бросила это дело. Неожиданно для себя, в книжном магазине я оказалось в разделе любовных романов, и я вытащила книгу Николаса Спаркса «Счастливчик». Вот тогда – то я и решила забросить психологическое занудство навсегда и поверить немного в волшебство. Да, знаю, что в романах все красиво описано и такого не бывает, но разве не этого нам хотелось бы в реальной жизни?

Я всегда считала, что самые худшие моменты в жизни, смогли сделать меня сильной. Это я и ненавидела в себе. Чем больше я становилась сильнее, тем по меньшей степени судьба держала меня на волоске от пропасти, до которой всего один шаг. Я всегда об этом думала и не переставала размышлять. Этого я боялась больше всего на свете.

По правде говоря то, что, казалось не могло меня сломать, на самом деле ломало и делало меня слабее.

Как только я приехала в город, я поняла, как мне будет нелегко. На самом деле я поняла это, когда узнала те самые знакомые места. Вчера я ощутила страх третий раз в жизни, и это напугало меня окончательно. И именно по этой причине я сижу здесь.

– Хорошо. Теперь, когда мы знакомы с вами, я хотела бы узнать, почему вы решили поделиться проблемой с кем – то?

Ее голос, как эхом звучит в моей голове. Такой тихий и спокойный.

Если она думает, что этим успокаивает меня, то глубоко ошибается. Мне все больше кажется, что я нахожусь в больнице, а не в офисе. Да, именно так! Ничего приветливого в ее кабинете я не нахожу. Стены выкрашены голубой краской, больше походящую на серую; четыре стула, одно кресло, стол, на котором лежала книжка с заложенной закладкой. Лишь панорамное окно слева не дает этому кабинету стать серой точкой в моей голове. Но и за окном сейчас не так приветливо, как хотелось бы. На улице с утра идет дождь и дует холодный, северный ветер.

– Беатрис… Трис, так почему вы пришли ко мне?

Когда снова слышу ее вопросы, то не могу взять себя в руки и срываюсь с места.

– Извините… кажется это плохая идя, – отвечаю я дрожащим голосом.

Только сейчас я чувствую, как сердце бешено колотится в груди, а на лбу проступил холодный пот. Глазами ищу выход из кабинета, а когда вижу дверь перед собой, направляюсь туда.

Даже подумать не могла, что мне настолько будет тяжело.

– Беатрис, вы уже заплатили за сеанс. Так почему бы не остаться и не поговорить?

Я поворачиваюсь к доктору, сглотнув ком в горле. Как я смогу доверить свои чувства чужому человеку? Мы ведь совсем друг друга не знаем.

– Трис… небольшая беседа. Вы сможете уйти отсюда, когда захотите.

Я обдумываю ее предложение, еще раз посмотрев по сторонам.

– Вы проводите здесь каждый день. Вас разве не пугает этот интерьер?

Доктор осматривает кабинет, и я замечаю улыбку на ее лице.

– Вас здесь что – то пугает? – она откладывает свою записную книжку и ручку на стеклянный стол, около которого я только что сидела.

– Да эти стены могут свести с ума даже нормального человека. Вам нужно приобрести здесь что – нибудь… не знаю, что – то яркое например.

– Приму к сведению, – улыбается доктор, упрямо глядя на меня.

Ее спокойствие меня подбадривает. Она ведь даже ничего не спросила, а я завелась как ненормальная практически на пустом месте. Ненавижу себя за то, что веду себя как непослушный ребенок. Я уже давно выросла, уже давно…

Делаю несколько шагов вглубь кабинета, обдумывая, с чего бы начать.

Мысли, они всегда мешали мне. Я просыпалась и засыпала с ними последние несколько лет, обдумывая свою идеальную жизнь. Моя жизнь вертится вокруг этих мыслей, и порой я даже не могу уснуть.

– Я не знаю с чего начать…

– Можете начать с самого начала. Думаю, с того момента, когда все изменилось в вашей жизни.

И с чего она взяла, что в моей жизни что – то изменилось?

Я бы хотела говорить с ней о реальной проблеме, хотела бы услышать, что она думает о том, что случилось, но понимаю, что не смогу даже заикнуться об этом. Раньше я запрещала себе об этом думать, не то чтобы говорить. Я отлично знаю, к чему это может привести. Она сразу же заявится в полицию и обо всем расскажет, а на следующем сеансе в этом кабинете меня будут ждать уже копы.

Да, это точно плохая идея.

Я снова присела на свое место и, кивнув, даю понять, что готова говорить.

– Девять лет назад моя мама погибла в автокатастрофе, – признаюсь я, когда почувствовала, как в груди кольнуло. Прошло столько времени, но мне до сих пор больно, даже, кажется, больнее, чем раньше.

– Я вам очень сочувствую, Беатрис…

Ее голос звучал искренне и именно это меня немного успокаивает.

– Как сложилась в дальнейшем ваша судьба?

Перед глазами появляется картина, когда отец увозил меня из Бостона. Я ревела на заднем сидении, понимая, что моя жизнь никогда уже не станет прежней.

– После смерти мамы я закрылась.

– Вы никого не хотели видеть?

– Да. Было ощущение, что все вокруг знали о том, что случилось. В школе на меня смотрели и дети и взрослые. Я ощущала на себе буквально каждый взгляд. Это было ужасно… Думаю, именно поэтому Уоррен решил перевестись в другой отдел.

Я вижу неожиданное появление складок на ее лбу, будто она пытается придумать деликатный вопрос, который мог бы не задеть меня.

– Простите… Беатрис, кто такой Уоррен?

Сердце заколотилось.

– Это мой отец, – произношу я, понимая, что это звучит наверняка странно.

– Ваш отец… – повторяет она призадумавшись.

Затем, опустив голову, начинает что – то записывать в своем блокноте.

– Почему вы называете его по имени? Он ваш отчим? – спрашивает она, когда снова смотрит на меня.

В этот момент мне хочется сказать ей что – то грубое, но решаю вести себя тактичнее. Мы все же видимся впервые и я совсем ее не знаю.

Я меняю позу в кресле, понимая, что мой ответ ввел ее в замешательство.

– Уоррен мой настоящий отец.

Я давно не называла его отцом, и он даже не догадывался об этом. Но так было легче. Я всегда представляла, что он будто мой сосед по квартире, с которым мне приходилось жить. И это самое ужасное, ведь между родными людьми такого не должно быть.

– Сколько вам было лет, когда погибла ваша мама?