Свадебный переполох (СИ) - Ружникова Ольга - Страница 31

Или всё же позволяет касаться драгоценных переплетов и без его строгого присмотра? Учитывая, что тенмарские слуги вышколены идеально. В большинстве жилых комнатах — почти вся мебель в чехлах, а в библиотеке пылинки сдуваются. Приказ герцога-с…

Ирия трижды провернула ключ и медленно двинулась вдоль золоченых рядов. По таким библиотекам хочется красться на цыпочках. Зачарованно оглядываться по сторонам…

Некогда!

Тем более — книгу на сегодня тоже выбрать нужно. Не вышивать же, в самом деле. А вчерашняя уже прочитана. В скучной компании скучных куриц одного тома на день может и не хватить. Даже вполне толстого и увесистого.

«Хроники войн»… Их можно читать дома, но вот принцессина фрейлина с подобным талмудом — это уже слишком. Вряд ли кто в окружении Алисы осведомлен о читательских вкусах «покойной» Ирии Таррент, но рисковать незачем.

«Жизнеописание святого Леонарда». Благочестиво… но пусть стоит, где стояло. Вместе с «Видением святой Амалии». Лучше уж тогда пяльцы и игла. И моток шелковых ниток.

«Предание о битве Северной Ведьмы и Южного Колдуна». Имеет смысл перечитать, но книга в тенмарской библиотеке была определенно тоньше. Та, что попадалась Ирии. Вот это и возьмем. И еще… «Историю короля Адальстейна — последнего рыцаря Тенмара».

Фрейлина читает о магах и рыцарях — это хорошо. Это правильная фрейлина.

Придворная девица с томиком Ленна — еще лучше. Но Ленн почти весь перечитан еще в Лиаре. А нового он ничего не написал.

«Предание» Ирии понравилось. Слегка жутковатое, слегка жестокое и очень таинственное. Ясно, что писал южанин. «Северная Ведьма» — «злобная, уродливая карга», а «Южный Колдун» — «справедливый, убеленный благородными сединами мудрец»…

Сейчас читать лучше через строчку. Книга — толстая, времени мало, а различия найти хочется!

Вначале легенда явно течет так же. Даже строчки кажутся знакомыми. Старый, мудрый колдун и жуткая уродливая карга много лет воевали. Выясняли, кто сильнее.

В детстве Ирия уже непременно сочувствовала бы доброму мудрецу. А теперь усомнилась — так ли уж он мудр? Раз устроил многолетнюю войну по столь дурацкому поводу? И почему при этом ведьма — «не умна, но подла и хитра»? Потому что сразу не признала противника сильнейшим и не сдалась на его милость? Так значит, не так уж он и силен — раз столько лет победить не мог…

Дальше Ирию чуть не охватило разочарование. Боев и поединков между северными и южными богатырями в этом варианте «Предания» намного больше. Может, на них лишние страницы и ушли?

Стоп… Девушка в третий раз перечитала одну и ту же строку.

Нет, не ошибка. В том варианте «ведьма из Лингарда» просто полетела на битву на метле. Во главе своего «бесчинствующего» воинства. А здесь — сначала окунулась в зачарованное море. И «вмиг стала сильнее в десяток раз»…

Ладно, допустим, зачарованное море — преувеличение. Но откуда оно вообще взялось в Лиаре? Или ведьма успела слетать к северному морю? Через весь Бьёрнланд? Для могущественной колдуньи это, может, и несложно. Но не за несколько же часов. Или Бьёрнланд был тогда в составе Лингарда, и сборы армии проходили в окрестностях побережья?

Перед боем добрый и мудрый колдун всё же попытался решить дело миром… Ну наконец-то. Может, он и впрямь умнее ведьмы с севера? Если бой и состоится (а куда он денется — судя по уже прочитанному в тенмарской книге?), то уже по вине северянки?

Ирия перелистнула страницу. И мрачно усмехнулась. Ну конечно! В качестве непременного условия мира лучащийся добротой и мудростью южанин предложил врагине выдать ее единственную дочь за его сына.

Для незнакомых с историей Лингарда отказ ведьмы, конечно, непонятен. А вот для Ирии…

Дочь — единственная. Ведьма — стара и уже не сможет родить другую. После смерти королевы Лингард лишится магии. Его можно голыми руками брать. И возьмут. Только не наследники Южного Колдуна — он же Тенмарский король. Иначе нынешний Лиар был бы частью Тенмара, а не оба — провинциями Эвитанского королевства.

Бой с кучей поединков и легендарных имен сейчас совершенно не интересен. Его можно перечитать потом. Важнее узнать, чем всё кончится.

Хотя и так ясно. В Лиаре давным-давно нет магии. И называется он вовсе не Лингардом.

Кемет давно остыл. Ничего, еще есть время сварить новый.

Ирия торопливо листала фолиант… Ведьма побеждена и отправилась домой — умирать. Победитель с триумфом вернулся домой, где и умер «в окружении рыдающих родных и любящих друзей». «От полученных в бою ран».

В общем, знаем мы такие «победы» — боевая ничья. Если б историю писал сохранивший магию Лингард — победительницей назвали бы «Северную Ведьму». То есть «убеленную благородными сединами мудрую Колдунью Севера».

Дальше можно не читать. Предание бодро живописало, как возликовали прежде несчастные жители Лингарда, избавившись от тирании злой ведьмы. И как отныне там правил ее вдовец. Законный король, чью власть колдунья «подло узурпировала с помощью бесчестных интриг и злых чар».

Благодарные жители хотели избавиться и от дочери ведьмы — «сказочно красивой, но злой, жестокой и гордой нравом принцессы». Но отец девушки пожалел ее и не дал лишить жизни, поспешно выдав замуж за нового Тенмарского короля. (Его случайно не Адальстейном звали?). Тоже сильного мага, «ничуть не уступающего отцу своему». Он был старше годами юной «ведьмы», и уж точно сильнее как маг. Так что сумел «смирить ее злой и непокорный нрав». И не дал впредь прибегать к «злонамеренным и богопротивным чарам».

В Лингарде же с тех пор правила династия, ведущая род от «доброго и справедливого» короля. Бывшего супруга «злобной Северной Ведьмы»…

Ирия почти с отвращением отложила фолиант. Почти — потому что книга не виновата. Ни в том, каковы написавшие ее люди, ни в том, что нынешние лорды Лиара — вовсе не потомки короля-предателя. Того, кто на гибель собственной стране сговорился с врагом — «Южным Колдуном». Или просто воспользовался смертью нелюбимой жены.

И не вина фолианта, что новая, с позволения сказать, династия, оборвалась на сыне «доброго и справедливого» короля. А сам Лингард давно канул во тьму веков. Превратился в Лиар — всего лишь провинцию Эвитана…

Сила Лингарда ушла в песок. Магии Северной Ведьмы, чьё имя не сохранили века, больше нет. Насильно выданная за короля Адальстэйна Тенмарского Изольда была последней в роду королев-ворожей Лингарда.

Сколько было Изольде, когда умерла ее мать? Судя по преданию — девушка находилась в брачном возрасте. От четырнадцати до двадцати, или раньше годы считали иначе? Но в любом случае — это значит, что мать учила Изольду магии. Принцесса прекрасно знала, что наследует и чего лишило ее предательство отца и воля Адальстэйна. Эх, попадись сейчас этот «супруг Северной Ведьмы» Ирии!

Каково было Изольде знать, что она — последняя, и на ней всё оборвется? Что ее дочери уже не унаследуют силу? Каково рожать их, понимая, что будущее ее девочек — стать чьими-то высокорожденными игрушками? Прекрасными и бессильными цветами без шипов.

Ведь ее растили как будущую правящую королеву! Как она жила со всем этим? Пожалуй, Ирия зря считала несчастной себя.

Но потом… потом всё изменилось. Через сколько лет? Пять? Десять? Пятнадцать? Как долго бывшая принцесса Лингарда была рабыней супруга-колдуна, «смирявшего ее нрав»? Но она выжила. Потому что, когда Эвитанская империя напала на Тенмар, король справился с чужеземной армией только с помощью жены. Один не сумел. Подчинилась ли она тогда слепо или сумела сохранить себя и воспользовалась ситуацией, чтобы вернуть хоть часть былого статуса? Никто не расскажет.

Но Лингард не спасли. Адальстэйн не позволил, сама ли Изольда (Исольда!) не захотела? Или просто никто не успел?

А ныне не только Лингард, но и Тенмар — часть Эвитана. «Боги прощают глупцов еще реже, чем предателей, Ирия». Если «глупец» — польстившийся на власть отец Изольды, то кто предатель? Она сама? Ирия бы ее не осудила…