"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 893

– Да я только что спал, – успел я возмущённо вякнуть, проваливаясь в сон.

Разбудили меня под знакомый рокот маневровых двигателей. Их звук сразу можно узнать. В отличии от солидного гула ходовых движков, маневровые тарахтят, и делают это задорно и звонко.

– Долго я спал? – спросил я Ирину, наблюдавшую за моим пробуждением.

– Около часа, – ответила она, взглянув на настенные часы в салоне.

Встречный ветер. Когда мы мчались на помощь, он сильно помогал дирижаблю, дуя в попутном направлении. Так что ничего удивительного, что обратный путь у нас занял больше времени.

К счастью, в связи с моим болезненным состоянием, меня освободили от хлопот по размещению гостей.

Дома меня уже дожидалась Джуна, которая сначала обследовала меня наскоро, а потом более тщательно, огорчённо цокая языком, порой скорбно поджимая губы и качая головой. Закончилось всё очень знакомо. Она положила мне руку на лоб, и я почувствовал, что засыпаю. Нет, я всё понимаю… Зима, морозы, но и я не медведь, чтобы всё время спать.

Проснулся затемно. Оглядевшись, понял, что спать меня положили в комнате отдыха, примыкающей к моему кабинету.

По привычке, попытался зажечь Светлячок, но ничего не вышло. Вторая попытка тоже оказалась безрезультатной. Магия не отзывалась, словно её в природе никогда не существовало.

Хм, тревожный звоночек.

Я на ощупь пробрался к выключателю и поморщившись от света вспыхнувших ламп, перешёл в кабинет.

Долгие четверть часа я изощрялся, пытаясь достучаться до проявления магических способностей, но не преуспел ни разу. С высокой степенью вероятности можно предположить, что у меня выгорел резерв Силы. Хотя, что я сам себя обманываю. Он действительно выгорел, и это факт.

Итак, что я имею. На первый взгляд всё крайне печально. Скорее всего я выжег резерв Силы, нарвавшись на разрывы собственных снарядов. Они у меня двойного предназначения. Магию и магов уничтожают ничуть не хуже, чем неодарённых. Это наиболее правдоподобное объяснение случившегося. Конечно, можно польстить себе и в качестве альтернативы предположить, что я выжег резерв, приняв на свой Щит удар архимага, но это вряд ли. Упали мы на поле, чуть ли не на голову этому гадскому магу. Скорее всего монстр магии не успел сформировать и направить на нас своё заклинание. Иначе, даже если бы я его удар принял на свой Щит, который у меня далеко не прост, то нас как минимум отбросило бы к замку, и вероятнее всего, по частям. По крайней мере всё, что я не успел тогда прикрыть своим Щитом, искали бы очень долго.

Теперь мне стали понятны жалостливые взгляды обеих целительниц во время проводимых ими осмотров. Они поняли, что я выгорел.

И это вторая плохая новость.

В молчание Джуны я верю. Не в её интересах делиться с кем-то новостью о том, что Глава Рода, в который она вместе с мужем не так давно вошла новой Семьёй, потерял Дар.

А вот с княжной Рюминой…

Впрочем, тут тоже рано паниковать. Для начала, как ни крути, а я их спас. Не ответит же она мне, своему спасителю, чёрной неблагодарностью.

Опять же медицина – это далеко не математика. В ней нередко появляются неоднозначные ответы. Мало ли случаев, когда выживал смертельно больной человек, или наоборот, умирал абсолютно здоровый. Так что мне стоит подумать над тем, что может заставить усомниться княжну в первоначально поставленном диагнозе.

В Империи до сих пор существуют неписанные традиции, никоим образом официальным законом не подтверждённые. Одна из них касается Глав Рода или Клана. Они в обязательном порядке должны быть Одарёнными, а случись потерять Дар, то должны передать главенство Одарённому наследнику. Корни традиции уходят в те времена, когда магия только зарождалась, и многие вопросы решались посредством магических поединков.

Как ни странно, но почитателей и ревнителей старых традиций в Империи до сих пор хватает. Особенно среди старших поколений. Так что Глава Рода, потерявший Дар и не пожелавший передать власть наследнику, спокойно проживёт не слишком долго. При первой же возможности ему прилюдно нанесут оскорбление и вынудят к дуэли. Вряд ли стоит объяснять, что в качестве оружия вызываемый выберет магию. По тем же традициям, на первой дуэли нарушителя устоев убивать не принято. Зато можно увечить, сколько душе угодно. А если он будет упорствовать и дальше, то вторую дуэль ему не пережить.

Бездумно качаясь на кресле, я пытался осознать случившееся и привыкнуть к своему новому состоянию. Как ни странно, но раскачивание меня успокаивало, зато появился новый раздражитель. Передо мной на столе стоял изящный серебряный поднос, недавно купленный Дарьей. На нём было всё необходимое: турка, графин с водой, керамическая банка с молотыми зёрнами и четыре шикарных чашки из тонкого фарфора.

Беда бедой, но кофе оттого мне хотелось не меньше, чем всегда. Небезопасное это дело, скажу вам по секрету – вставать по утрам между мной и чашкой кофе. Ещё вчера вопрос с приготовлением кофе решался до смешного просто. Магия отлично кипятила воду, а потом давала возможность мягко и нежно поднять пенку до самых краёв турки. Теперь магия со мной сыграла злую шутку.

Впрочем, когда дело доходит до кофе, особенно если я спросонья, меня перестают волновать не только капризы природы, но и всякой разной магии.

Злорадно ухмыльнувшись, я полез в нижний ящик стола. Гипнотизируя глазами поднос, я на ощупь нашёл накопитель, выполненный в виде гранаты-«лимонки». Притащил же я его не так давно для экспериментов, да так и оставил в столе. Зато теперь он оказался как нельзя кстати.

Вскоре кофе был готов. Дуя и обжигаясь, я сделал первые, самые сладкие глоточки.

Понемногу начал оживать.

Затем и соображалка заработала, благостно откликнувшись на привычный утренний допинг.

Угрюмое настроение начало отступать, и мысли приняли иное, гораздо более приятное направление.

Если на произошедшее посмотреть с другой стороны, то не всё так плохо. Похоже, что Фортуна в очередной раз удостоила меня вниманием, выписав мне очередной пендаль за мою собственную нерешительность.

Опять приходится менять планы. Всё, что вчера казалось важным, перечёркнуто новой напастью. Зато на первый план вышли дела, ранее отложенные до лучших времён.

Степана я вызвонил после третьей чашки кофе. Новый план у меня был вчерне готов и требовал окончательной отшлифовки.

Помощь друга пришлась к месту. Вдвоём мы украсили план более подробными деталями и, с подачи Степана, в него добавлены были крайне перспективные моменты.

Не прошло и получаса, как на лестнице загремел стальной поднос и раздался звон бьющегося стекла. Визгливый голос кухарки, бренчание сметаемых осколков стекла по стенкам ведра, хлопанье дверей и разнёсшийся по всему дому запах ванильных булочек. Что только не придумают правильно мотивированные женщины, числящиеся у меня в прислуге.

Другими словами, побудка, организованная Степаном, должна была так или иначе поднять всех наших гостей с постели. Не ждать же нам, пока они сами соизволят встать. Нынче время дорого и его у нас крайне мало.

Вскоре во дворе прозвучали ожидаемые нами звуки. Девушка, вышедшая покормить собак, трижды постучала по дну кастрюли, вываливая в собачьи миски остатки корма.

– Три княжны в зале, – перевёл мне Степан условный сигнал и пожал плечами.

Так-то мы предполагали всех гостей поднять, но толстокожие мужчины проигнорировали старания прислуги и в обеденный зал так и не вышли.

– Работаем с теми, кто есть, – решил я, взглянув на часы.

Понятно, что мне бы хотелось иметь побольше свидетелей, но не силой же вытаскивать из гостевых комнат княжича и всех остальных.

– Ваши высочества, Ваше сиятельство, как почивалось? – оттого, что я появился в дверях зала неожиданно, девушки вздрогнули. Алёна так и вовсе пролила чай на скатерть.

– Благодарю, граф. Как вы себя чувствуете? – первой отозвалась Ирина, пристально меня разглядывая.

А что на меня смотреть? Я бодр и весел. Одет для выхода и плащ меховой на руке висит.