"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гудкайнд Терри - Страница 783

— Радуйтесь, что вы не чувствуете запаха, — сказала она двум сарлам. — Это лифт аултридиев.

Холс остолбенел.

Фербин чуть не упал в обморок.

Спуск был протяженным, хотя и относительно быстрым. Лифт спустился по башне мимо уровня кумулоформ, где несколько месяцев назад Фербина и Холса везла по бесконечному океану Удлиненная версия 5 — Зурд; мимо следующего уровня, где пелагические дельтоиды и авианы парили в воздухе над мелким океаном, усеянным солнечными островками; мимо следующего, где кучковались наядные щупальца, прижатые к потолку газом, таким же, как в верхних слоях атмосферы газового гиганта; мимо следующего, где везикуляры — монтианские мегакиты — плавали в богатом минералами метановом океане, немного не доходившем до свода.

Они пролетели и через Восьмой.

Джан Серий показала, что нужно сесть на пол, хотя сама осталась стоять. Ногами или руками, но скафандры по-прежнему соприкасались.

— А вот теперь мы и в самом деле пролетаем мимо дома, ваше высочество, — сказал Холс Фербину, когда Джан Серий сообщила об этом.

Фербин услышал его голос сквозь очень громкую, однако успокаивающую музыку, которую все наигрывал скафандр. Он еще раньше закрыл глаза, но по-прежнему видел невыразимое сиреневатое сияние и тогда попросил скафандр заблокировать этот свет. Фербина передергивало от отвращения при одной мысли о мерзком сиреневатом веществе аултридиев, которое настырно налипало на них, пропитывая омерзительным запахом. Холсу он ничего не ответил.

Они продолжали спуск — Восьмой, мелькнув, остался позади. Аултридианский аппарат даже не стал замедляться, пока не достиг верхнего уровня атмосферы, окутывающей бывшие земли делдейнов.

Продолжая тормозить, кабина пролетела мимо свода Девятого и остановилась лишь под вязью. Затем она наклонилась и задрожала. Джан Серий, касаясь одной рукой пятна на стене лифта около дверей, управляла действиями аппарата. Ноги ее были чуть согнуты в коленях, а тело с легкостью, выдававшей многолетнюю напряженную тренировку, принимало нужную позу в зависимости от движений кабины. Наконец та, перестав трястись, поехала в сторону и вверх, постепенно выравниваясь.

— Мы теперь перемещаемся по вязи, — объяснил Хиппинс Фербину и Холсу.

— Один из аултридианских лифтов засек нарушения, — безмятежно сообщила Джан Серий.

— Вы имеете в виду наше появление, мадам? — спросил Холс.

— Ммм-гм.

— Они преследуют нас, — подтвердил Хиппинс.

— Что? — взвизгнул Фербин, представив, как аултридии захватывают его в плен и вытаскивают из скафандра.

— Это мера предосторожности, — спокойным голосом сказал Хиппинс. — Они попытаются преградить нам путь где-нибудь впереди, когда у нас будет не столь широкий выбор. Но мы к тому времени окажемся вне их досягаемости. Так что не волнуйтесь.

— Как скажете, сударь, — проговорил Холс с долей беспокойства.

— Такое все время случается, — заверил их Хиппинс. — У лифтов достаточно умные мозги — их не так-то просто провести. Иногда они принимают самостоятельные решения. А порой в них заходят люди и отправляются в неразрешенные путешествия. Существуют особые системы безопасности, которые предотвращают столкновения, а потому, если лифт двигается без разрешения, это еще не катастрофа. Скорее досадная неприятность.

— Вот как? — язвительно сказал Фербин. — Вы уже стали специалистом по нашим домашним делам, да?

— Конечно, — весело ответил Хиппинс. — У нас с кораблем есть лучшие оригинальные спецификации, планы вторичных структур, аккумулированные морфологические карты, полные модели гео-, гидро-, аэро-, биосистем, с самыми полными и актуальными обновлениями. Сейчас я знаю о Сурсамене больше нарисцинов, а они знают почти все.

— И что же это такое, неведомое им? — полюбопытствовал Холс.

— Некоторые подробности, которые не сообщили окты и аултридии, — Хиппинс рассмеялся. — Когда-нибудь они тоже дознаются, но потом. А я уже знаю.

— Например? — спросил Фербин.

— Возьмем то место, куда мы направляемся, — сказал Хиппинс. — Окты проявляют непомерный интерес к Водопаду. Аултридиям он тоже интересен. Высокая степень совпадения. Интригующе. — Голос аватоида звучал недоуменно и восхищенно. — Разве не занятно, как вы думаете? Октские корабли собираются вокруг Сурсамена, а внутри Сурсамена внимание октов сосредотачивается на Хьенг-жаре. Гм. Очень интересно.

У Фербина создалось впечатление, что это существо (то ли бесчувственная аватара богоподобного суперзвездолета одной из Оптим, то ли что-то другое) говорит с самим собой.

— Вот что, господин Хиппинс, — подал голос Холс, — а помочиться в эту штуку можно?

— Да за милую душу! — воскликнул Хиппинс, словно отвечая на тост. — Все используется — ничто не пропадает. Бога ради.

Фербин закатил глаза, хотя и был рад, что Холс этого, вероятно, не видит.

— Это очень кстати...

— Мы прибыли, — сказала Джан Серий.

Фербин уже успел заснуть. Скафандр, казалось, уменьшил громкость музыки, но, когда Фербин проснулся, снова увеличил ее. Фербин попросил скафандр убрать музыку. Они все еще были окружены жутким лиловым сиянием.

— Хорошая штурманская работа, — сказал Хиппинс.

— Спасибо, — поблагодарила Джан Серий.

— Так что — прыжок?

— Похоже, что так, — согласилась Анаплиан. — Брат, господин Холс, мы не смогли приземлиться там, где хотели. Слишком большое число аултридианских лифтов пытаются блокировать нас, и слишком много дверей закрыто. — Она бросила взгляд на Хиппинса, стоявшего с непроницаемым лицом; аватоид, казалось, утратил доброе расположение духа. — И есть тревожное обстоятельство: в этой части мира действует нечто, способное нарушать протоколы и манипулировать инструкциями в системе данных. — Джан Серий ухмыльнулась, вероятно, пытаясь всех приободрить. — Поэтому мы переместились в другую башню, поднялись по ней, а потом спустились в вязь и оказались в тупике. Мы находимся на уровне надпалубки, и выходов тут нет.

— В тупике? — переспросил Фербин. Неужели они никогда не освободятся от мерзкой лиловатой грязи?

— Да. А потому придется прыгать.

— Прыгать?

— Нам сюда, — сказала, поворачиваясь, Джан Серий.

Дверь кабины поднялась, за ней оказалась темнота. Все встали на ноги, протолкнулись через густоватый занавес к выходу — и внезапно освободились от вязкого лилового вещества. Фербин посмотрел на свои руки, грудь и ноги, предполагая, что эта дрянь налипла на скафандр, но, к счастью, от нее не осталось следа. Он сомневался, что удастся так же легко отделаться от пресловутого запаха.

Они стояли на узкой платформе, освещенной только лиловым сиянием за их спинами; стена наверху изгибалась, повторяя форму лифтовой шахты. Джан Серий посмотрела на свое бедро. Автономник отсоединился и воспарил туда, где дверь уходила в корпус кабины.

Турында Ксасс медленно ввинчивался в корпус, словно то было не твердое тело, а лиловая масса, оставляя за собой длинные висячие ленты, которые закручивались и падали вниз. Автономник (вокруг него пульсировали розовые складки света) закончил работу, остановился посередине между корпусом кабины и стеной камеры и замер в воздухе. Раздался пугающий треск, и часть корпуса вокруг отверстия ввалилась внутрь на длину ладони, словно в него вдавилась метровая невидимая сфера. Противоположная стена тоже издала треск, за которым последовал хлопок.

— Пусть попытаются закрыть это, — изрек Турында Ксасс не без удовольствия.

Джан Серий кивнула.

— Сюда.

Они прошли через дверку в заблокированный конец канала, по которому двигалась кабина, — двадцатиметровую полость. В центре ее располагалась еще одна круглая дверка, к которой вели необычные ступени, больше похожие на перила. Поднявшись туда, они оказались внутри сферы диаметром около трех метров. Стоять в углублении всем четверым было не так-то просто. Джан Серий закрыла дверь, через которую они вошли, и указала на такую же прямо напротив.