"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гудкайнд Терри - Страница 853

Йиме кивнула.

Аватар не стал брать у нее сумку — та просто исчезла у Йиме из рук, при этом что-то коротко кольнуло пальцы. Она переступила с ноги на ногу и от неожиданности даже пошатнулась, когда одна сторона тела внезапно перестала удерживать вес другой сумки, отчего девушка на миг потеряла равновесие.

— Багаж в вашей каюте, — доложил аватар.

— Спасибо, — поблагодарила Йиме и посмотрела вниз.

Она стояла... ни на чем.

Это ничто на ощупь представлялось очень твердым и прочным, но зрение продолжало ее обманывать; под ногами, казалось, были только звезды, и по сторонам тоже: смутно знакомые узоры брызг, завитков и вихрей. Сверху нависал отполированный до блеска темный потолок, отражавший все это сиявшее под ногами великолепие. Подняв глаза, она увидела своего призрачно-бледного зеркального двойника, стоявшего вниз головой. Постепенно она стала различать созвездия хабитата Диньол-Хэй, служившего ей прежде домом. Они отбыли из ее квартиры, когда день уже клонился к вечеру, однако, судя по расположению звезд, не просто переместились в другую область орбиталища, а удалились от него на довольно существенное расстояние. Она осталась довольна тем, как быстро сумела прийти к такому выводу.

— Нужно ли вам время, чтобы отдохнуть, освежиться, привести себя в порядок, акклиматизи... — начал было дрон.

— Нет, — оборвала его Йиме. Она стояла на том же месте, но позволила себе расставить ноги пошире. — Давайте сразу к делу.

— Хорошо, — сказал Бодхисаттва. — Попрошу вашего предельного внимания.

Предельного внимания. Йиме такая формулировка, можно сказать, уязвила.

Впрочем, это же Квиетус, известный простотой нравов, строгостью распорядка и не столь явным, но безусловно ощутимым аскетизмом. Если бы ей изначально не пришелся по нраву квиетистский[134] канон, она бы в жизни туда не напросилась.

Ходили злобные, но неистребимые слухи, что учреждение так называемых специальных агентств, недавно отпочковавшихся от секции Контакта, преследовало единственную цель — обеспечить занятостью тех, кто питал пылкие и тщетные чаяния пополнить ряды сотрудников Особых Обстоятельств.

Контакт был частью Культуры, отвечавшей в той или иной степени за любое взаимодействие Культуры с тем, что Культурой не было — от исследования новых звездных систем до обустройства взаимоотношений с паноптикумом цивилизаций самого различного уровня, от примитивных, не сподобившихся даже учредить всемирное правительство или построить захудалый космический лифт, до дливших дни свои в элегантной праздности, но потенциально весьма могущественных Старших Рас и даже вконец оторвавшихся от реальности Сублимированных — везде, где только ни ширились слухи либо отыскивались малейшие следы этих экзотических существ.

Особые Обстоятельства, если без обиняков, представляли разведывательное крыло Контакта.

В исполинской структуре Контакта всегда находилось место специализированным организациям более низкого уровня. Особые Обстоятельства были просто самой известной из них и, что необычно, от самого момента своего учреждения пользовались полноценной автономией. Основная причина этого была проста: к сфере компетенции Особых Обстоятельств относились среди прочего вещи, от которых в ужасе шарахались даже те сотрудники Контакта, для которых само пребывание в рядах организации составляло предмет немалой гордости.

Но с течением времени, в особенности за последние полтысячи лет, Контакт претерпел организационные перестройки и усовершенствования, следствием которых и стало создание трех новых специальных подразделений. Одним из них и была секция Квиетус.

Квиетистская служба — или, как ее называли в обиходе, Квиетус — занималась мертвыми.

Численное превосходство мертвых над живыми в Галактике той эпохи было весьма значительным, если учесть всех индивидов, существующих во всем многообразии Послежизней, созданных различными цивилизациями за многие тысячелетия. К превеликому облегчению, мертвецы обычно предпочитали заниматься своими делами и держались от базовой Реальности подальше, выказывая лишь очень малый интерес ко всему творившемуся там и всем, для кого эта самая Реальность по-прежнему была домом, ристалищем и источником сырья. Но уже сама по себе неуклонно возраставшая численность легиона мертвых становилась источником довольно серьезных проблем, возникавших снова и снова и настоятельно требовавших немедленного разрешения. Квиетус имел дело с определенной категорией усопших — эти, с технической точки зрения, перешли на иной план бытия, но временами вели себя не слишком тихо[135].

Как правило, деятельность эта носила юридический характер, иногда сводилась к простому уточнению формулировок. В большинстве культур основное отличие живой виртуальной личности, иногда находившейся в Виртуальности лишь на время замены реального тела, от мертвой виртуальной личности состояло в том, что последняя не имела права распоряжаться имуществом или иным видом собственности за пределами личного симулированного жизненного пространства. Некоторые мертвецы относились к этому правилу с возмущением, и такая реакция не могла, пожалуй, считаться странной или неестественной. Тогда возникали проблемы, которые Квиетус наловчился устранять.

Секция Квиетус была не очень велика, если судить по численности кораблей и сотрудников, но обладала исключительными правами доступа к мертвецам-на-сохранении — экспертам и экспертным системам, отнюдь не всегда панчеловеческого происхождения. Эксперты помогали секции улаживать споры, выходя на время из ждущего режима или прерывая полное развлечений посмертное существование, ибо все они некогда оставили инструкции, позволявшие приводить их в рабочее состояние, если возникает настоятельная потребность в их услугах.

В Особых Обстоятельствах сотрудникам Квиетуса присвоили обидное прозвище «душеприказчики». Впрочем, это не мешало двум организациям поддерживать определенные связи. Квиетус, в свою очередь, считал себя более прогрессивной и специализированной структурой, чем «родственники», значительно превосходившие их числом и возрастом. Однако большинство сотрудников Квиетуса, по крайней мере принадлежавшие к панчеловеческому типу, считали любые контакты с ОО делом зазорным и старались их всячески избегать.

Кое-кто даже позволял себе смотреть на ОО свысока: дескать, Квиетус выше и чище этих, у него особое призвание. Эти мысли естественным образом отражались в их поведении, облике, распорядке дня и даже манере одеваться.

Корабли Квиетуса, поступая на службу, прибавляли к именам специальную аббревиатуру ДССК — Действительный Сотрудник Секции Квиетус — и выбирали себе монохромное обличье, либо сверкающе-белое, либо непроницаемо-черное.

Они даже перемещались на малой скорости, тихо и незаметно, подстраивая конфигурацию силовых полей так, чтобы вносить как можно меньше беспорядка в структуры подпространственной энергетической сверхрешетки[136] и ее трехмерной версии, пронизывавшей реальное пространство. Обычные корабли Культуры придерживались иного подхода, стремясь либо к максимальной энергоэффективности, либо попросту выжимая из «строптивой кобылки» все, что «та» могла дать.

Сходным образом оперативникам Квиетуса, как людям, так и представителям других форм биологической жизни, вменялось в обязанность в рабочее время вести себя спокойно, рассуждать трезво и одеваться строго.

В рядах этого подразделения Контакта и числилась Йиме.

Попрошу вашего предельного внимания. Ну-ну.

Вместо ответа Йиме просто склонила голову.

Внезапно звезды окружили ее со всех сторон. Дрон, дальние светила под ее ногами и все отражения куда-то подевались.

— Рупринское скопление, рукав 1-1, окраинная зона, — прозвучал голос корабля. Он шел отовсюду кругом.

Окраинная зона рукава 1-1 располагалась менее чем в трех сотнях световых лет от того региона космоса, где вокруг звезды Этчильбиет кружился хабитат Диньол-Хэй. По галактическим меркам, это было все равно что в соседнюю комнату перейти.