Тайный сыск царя Гороха. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 424

— Йих-ха! — в полный голос орал я, крепко держась левой рукой за какую-то часть его затылочного гребня и сжимая коленями шею. Веселуха-а!

В правой руке была зажата толстая собачья цепь, которой я нещадно охаживал гада по голове. Змей прыгал козлом, размахивал крыльями, плевался огнём во все стороны, но никак не мог меня стряхнуть. Опрокинуться на спину крылья не позволяли, дотянуться зубами тоже никак — шея короткая, а по протянутым лапам я просто лупил цепью!

— Будешь ты, невежа, знать, наше солнце воровать, — почему-то втемяшилось мне, хотя вроде бы в воровстве небесных светил конкретно этот Змей никем не обвинялся.

Ну и ладно, всё равно он гад во всех смыслах, украл мою жену вместе с предбанником, неизвестно куда дел моих друзей, а меня самого прямо здесь пытался сожрать со всеми потрохами! Рука не уставала, грудь распирало от праведной ярости, и не примени он подлый приём, так неизвестно бы ещё, кто кого…

— А ну, прекратили оба! — грозно раздалось на всю комнату, когда побитый Змей исхитрился-таки в прыжке шибануть меня об стену с оружием.

Я полетел вниз головой, получил сверху упавшим щитом, запутался в своей же цепи и был бы стопроцентно съеден, если бы не новое лицо, вмешавшееся в ход событий. В дверном проходе стоял высокий молодой красавец в одежде немецкого фасона.

— Опять ты, братец младший, моих гостей пугаешь? Ну-ка, марш к себе в подземелье и чтоб носу не высовывал!

— А он… а он же меня цепью больно побил и дрался нечестно, — попытался оправдаться Змей, но под строгим взглядом поджал хвост и уполз, не дожидаясь повторения приказа.

— Я всё видел, — обратился ко мне парень, пропуская «младшего братца» на выход. — Уж прости дурака, сыскной воевода, любит он с едой баловать, до сих пор детство в одном месте играет…

— С кем имею честь? — приподнялся я, ища взглядом отлетевшую фуражку и китель. Без них мне трудновато было сохранять приличествующее милиции достоинство.

Молодой человек, на вид даже младше меня, не чинясь, подал мне мой головной убор и слегка поклонился:

— Дракхен, или фон Дракхен! По-вашему просто Змей. На приставке Горыныч не настаиваю. Сам до сих пор не разберусь — это фамилия, отчество или намёк на место жительства.

— Приятно слушать речь образованного… человека? — на всякий случай уточнил я.

— Если вам так проще, — вежливо кивнул Змей. — Лично для меня пребывание в обоих обликах является совершенно естественным и нормальным. Но, как я понимаю, вы ведь сюда пришли отнюдь не ради сомнительного удовольствия чайной беседы с убийцей, маньяком и похитителем, верно?

— Да. Вообще-то у меня было две программы, минимум и максимум. Первая — вернуть украденных вами девушек, вторая — арестовать вас для передачи справедливому суду за выше озвученное преступление.

— Никита Иванович, как мне говорили?

— Совершенно верно.

— Так вот, Никита Иванович, боюсь, вы стали жертвой серьёзного заблуждения. Если не сказать, прямого обмана. Назовёте меня убийцей, и я вам охотно прощу, но уж титул «маньяк» и «похититель девиц», право слово, перебор…

В бархатном голосе фон Дракхена впервые прозвучали холодные металлические нотки. Так ведут себя люди, которые уже едва сдерживаются под напором постоянных и абсолютно необоснованных обвинений.

— Буду рад, если вы раскроете мне глаза, — совершенно серьёзно попросил я.

Он помолчал, словно бы задумчиво оценивая мою искренность. Потом коротко вздохнул и сделал приглашающий жест рукой, указывая мне дорогу. Уф, так же коротко и тихо выдохнул я.

Вроде бы хоть какой-то диалог налаживается. Даже если после получения всех ответов на все вопросы этот гад на пару со своим братцем сожрёт меня, всё равно это будет маленькая победа милицейской дипломатии. Мы прошли двумя широкими коридорами, попали в небольшой уютный кабинет-библиотеку с камином, двумя креслами, бутылкой шотландского виски на маленьком столике и продолжили разговор, как два английских джентльмена.

В смысле с выпивкой, но без наездов.

— Никита Иванович, будете ли вы столь любезны уточнить, в чём именно обвиняется бедный фон Дракхен на этот раз?

— Хороший виски, — покачав бокал, сообщил я.

— Благодарю, получаю по франчайзингу. Итак?

На секунду я поймал себя на идиотской мысли, что сижу тут и веду аристократические разговоры с похитителем моей жены, а также всей лукошкинской опергруппы! Не говоря уж о царской чете…

— Что ж, надеюсь, вы не воспримете это как личную обиду и соблаговолите выслушать меня до конца, прежде чем предпримете хоть какие-то скоропалительные действия. — В своё время я тоже насмотрелся фильмов про Шерлока Холмса и Эркюля Пуаро, а значит, знал, как себя вести. — Буду краток. Некоторое время назад, в городе Лукошкине, столице суверенного русского государства, была похищена баня, в которой находились три девушки. Свидетели и улики прямо указывают на ваше участие в этом ужасном преступлении. Вы меня понимаете?

— Продолжайте, — задумчиво кивнул Змей, разворачиваясь к каминному огню чеканным арийским профилем.

— И не далее как сегодня, когда я и подчинённая мне группа милиционеров с двумя добровольцами подошла к Стеклянной горе, мы были атакованы неким огромным, страшным и, как я понимаю, огнедышащим существом. Согласитесь, что не подумать в первую очередь на вас было бы наивно и даже невежливо…

— Вы достойный человек, господин участковый, — после минутного размышления протянул хозяин, сделал большой глоток, долил себе виски и выгнул левую бровь. — Что, если я буду настаивать на своей полной невиновности?

— Это ваше право. Но меня интересует правда, и ничего кроме правды. Поэтому уточним ещё один момент. Подземный дворец Бессмертного Кощея Кирдыкбабаевича (если, конечно, это его настоящее отчество, но другого мы не знаем) буквально вчера был сожжён целиком. От самого домовладельца осталась кучка золы, почерневший череп и оплавленная корона. Перед входом на Лысую гору весь песок испещрён следами огромных когтей…

— Обвинения серьёзны, спору нет. Однако не всё так явно, как кажется.

— Вы готовы дать показания? — Я полез в карман за блокнотом.

— Почему бы и нет? — с лёгкой зевотой откликнулся фон Дракхен. — В конце концов, съесть вас всегда успеется. Надеюсь, на этот счёт вы не строили иллюзий?

Я кротко кивнул. В сравнении с Кощеем этот типаж закоренелого преступника выглядел гораздо более воспитанным и обаятельным, всё-таки европейское образование, но не был от этого ни менее жесток, ни менее коварен. Так итальянский мафиози соотносился бы с ростовским братком…

Его мнимая готовность к «диалогу» проистекала скорее всего от банальной скуки. Любые, даже абсолютно чужие преступления, приписываемые ему, лишь повышали его социальный статус, работали как «чёрный пиар», лишь укрепляя его страшную, злодейскую славу.

— На мне много так называемых грехов, — неторопливо начал Змей, пытаясь добавить виски и в мой бокал. Я поднял ладонь — достаточно, без закуски не пьём, свалюсь на фиг…

— И вы абсолютно правы, я вполне способен совершить всё то, в чём меня готово обвинить ваше следствие. Более того, мне даже выгодно признать свою вину!

Я кивнул, значит, мои рассуждения об этом типе были верными.

— Но, честно говоря, пара моментов в этих преступлениях выглядит настолько топорными, что мне это несколько оскорбительно. Начнём с вашей столицы Лукашкинбург…

То, что он рассказал дальше, заставило мою спину покрыться холодным потом. Всё было не так, всё неправильно, все наши версии, доказательства и улики рухнули в один миг, как картонный домик.

— Три девушки действительно у меня. Но я их не крал. Они просто сами собой появились в гостевом крыле. Уверяю вас, у них есть всё необходимое, домой они не рвутся, и ни к какому браку их никто не принуждает. Возможно, вы даже успеете их повидать, прежде чем я проголодаюсь. Теперь о Кощее. Редкостный мерзавец был, не находите?

— Не могу с вами не согласиться! — с чувством подтвердил я. — Именно поэтому вы его убили?