Две хозяйки одного замка (СИ) - Усова Василиса - Страница 16

Благо, что деньги с реализации рюкзаков идут через брата, так что некоторая финансовая независимость у нее есть.

Но чтобы ее отъезд не выглядел побегом с поля боя, надо выждать еще несколько дней. А до того времени следует показать юной виконтессе, что любая власть имеет две стороны.

Решение было не окончательным. Если бы Лианна извинилась, или хоть как-то показала, что жалеет о своих словах, Алесия охотно пошла бы на примирение. Но увы… вместо этого, девочка решила продемонстрировать свою власть вечером того же дня.

Местная служанка, на просьбу поменять несколько сгоревших свечей, виновато потупилась и сообщила, что прежде должна спросить позволения у юной госпожи. Алес только усмехнулась про себя. А понимает ли виконтесса, что в эту игру можно играть и вдвоем?

— Хорошо. Тогда сходи, пожалуйста, к Лианне Арельс и спроси, можно ли заменить свечи в моих покоях на новые?

Девица убралась. И вернулась только через полчаса. С одной свечой.

— Лианна Арельс просила передать, что достаточно света и от одной свечи. — служанке явно было не по себе, но девушка поощрила ее доброжелательной улыбкой.

— Весьма разумно. Я тоже очень положительно отношусь к экономии. Кстати, ты же не забыла спросить — можно ли задернуть в моей спальне шторы?

— Н-не спросила, ваше сиятельство.

— Тогда сходи и спроси. Ведь все приказы должны исходить только от хозяйки замка.

Вернувшись минут через десять, служанка сообщила, что шторы задернуть можно.

— А можно ли переставить кочергу у камина из левого угла в правый?

— Зачем вам, госпожа?

— Мне кажется, там ей самое место.

Служанка спросила и это. А потом — разрешение, чтобы откинуть одеяло. И позволение — завязать развязавшуюся ленточку на балдахине.

Нехорошо, конечно, гонять прислугу почем зря, но Алесия знала, чего добивается. И вот…

— Юная госпожа просила передать, что приказы вы должны согласовывать сами, а не через слуг. Мы должны работать, а не ходить из покоев в покои. — девица закусила губу. — Прошу простить, ваше сиятельство, но это ее слова.

Алес величественно кивнула.

— Что ж, леди Лианна и здесь права. У вас действительно много работы, так что я буду наведываться к виконтессе сама. Кстати, как рано она просыпается? Не хочу потревожить ее в неурочный час.

— Между восходом солнца и полуднем, ваше сиятельство.

Ага… Это примерно часов в десять утра. Все складывается даже лучше, чем можно было ожидать.

— Спасибо, можешь идти.

Служанка почти бегом бросилась к двери.

— А нет, стой.

Девица замерла с самым несчастным видом.

— Я хотела еще попросить, чтобы ты позвала мою личную служанку — Агнету. Или это тоже нужно согласовывать с юной госпожой?

— Ну-у… Наверное, я могла бы просто передать Агнете, что вы ее ждете, госпожа?

— Даже не знаю… — взглянув еще раз на служанку, Алес сжалилась. — Ладно, пусть это будет наш маленький секрет. Иди.

Глава 8

На лесной дороге

Утро для виконтессы Арельс началось с громкого стука двери и наигранно-удивленного восклицания мачехи:

— Ох, леди Лианна, прошу простить! Не знала, что в это время вы еще спите!

Из вороха белых и розовых подушек показалось что-то маленькое, сонное и взлохмаченное. Оно протерло глаза, пару раз хлопнуло черными ресницами и, увидев нарушительницу спокойствия, состроило злобную гримаску.

— Графиня… — прошипела девочка. На ее лице отчетливо виднелся след от подушки. — Кто вам позволил…

Однако Алес не дала ей договорить. Старательно излучая жизнерадостность, она бодро перешагнула порог, не дожидаясь приглашения. Потому что слишком оптимистично было надеяться, что падчерица предложит ей войти.

— Очень жаль, что пришлось вас разбудить, но мне нужна вода для умывания!

— И причем тут я? — буркнула Лианна, едва сдерживая зевок. В голове еще крутились обрывки недавнего сна, из-за чего было очень сложно вернуться в реальность. — Для этого есть слуги.

— И вы не против, если они согреют для меня воды?

Девочка моргнула чуть припухшими глазами. Ах да… В другое время она бы нашлась с ответом, но сейчас так сильно хотелось спать…

— Скажите, что я разрешила.

Лианна рухнула обратно в подушки и закрыла глаза. Но спустя ровно минуту мачеха вернулась вновь.

— Кстати, виконтесса, пока вы не уснули, могу ли я попросить служанок провести легкую уборку в моей комнате?

— Можете.

Алесия слегка поклонилась, как бы в знак благодарности. На цыпочках вышла за дверь. И мысленно досчитав до ста, снова заглянула к падчерице.

— И вот еще что, можно мне и сегодня на завтрак горькую пшеницу с молоком и медом? Безумно ее люблю.

Лианна зашипела, как рассерженная кошка. Она только-только начала погружаться в новый сон. А звонкий голос графини, бил по ушам словно набат.

— Нельзя! Никакой горькой пшеницы на нашем столе! Тем более с молоком! — взвизгнула она. — У нас тут не крестьянская изба. Извольте завтракать лепешками с маслом, как и положено!

— Фу. Терпеть их не могу. — притворно скривилась Алес. — Хотя масло еще вытерпеть можно. Это не мед, и не сыр…

Принцип — «не бросай меня в терновый куст», известный любому, кто читал сказки дядюшки Римуса, сработал на ура. Девочка купилась моментально, даже не заподозрив подвох.

— Ваши вкусы меня не интересуют, графиня. Будете есть то, что подадут. И мед… и сыр… — она широко зевнула. — А сейчас уйдите, я хочу спать!

Алесия послушно выполнила приказ, и только оказавшись в коридоре позволила себе легкую улыбку. Если падчерица не сделает выводы из сегодняшнего утра, то можно повторить урок завтра. И послезавтра. И даже после-после…

Заодно мелкая вредина поймет, что за свои решения нужно отвечать. Интересно, как надолго ее хватит?

Когда за мачехой наконец закрылась дверь, виконтесса Арельс вновь прикрыла глаза. Но сон больше не шел. Девочка повернулась на бок, подложив под щеку ладонь. Удобнее не стало. Тогда Лианна старательно подобрала тяжелое одеяло, чтобы то обнимало ее со всех сторон. Однако даже это не помогло вернуть сладкий утренний сон.

Небо за окном было еще слегка сероватым. Над холмами стелился белесый туман. Где-то вдалеке раздавалась прерывистая птичья трель. Глаза закрывались сами, но почему-то не засыпалось.

Поворочавшись и так, и этак, девочка с размаху накрыла лицо подушкой и глухо зарычала. Ранние подъемы она ненавидела всей душой. А мачеха специально разбудила ее. Назло! И заслуживала за это самого сурового наказания.

Правда на ум ничего не шло. Вот отец умеет любого наглеца поставить на место одним взглядом. Но это отец. Его многие боятся и уважают. И если бы он был здесь… Глаза защипало и Лианна крепче прижала к лицу подушку.

Стойкости падчерицы хватило дней на десять. Алесия методично появлялась на пороге ее спальни примерно часов в пять-шесть утра. И каждый раз с новой просьбой. То спрашивала — можно ли перестелить постель? Иногда жаловалась на слишком горячую воду для умывания и интересовалась, — позволено ли будет ее разбавить?

Пару раз просто заходила пожелать доброго утра. Правда глядя на сонные, чуть припухшие глаза, девушка порой ощущала себя извергом. В глубине души ей было даже немного жаль девчонку.

С другой стороны, в ее родном мире миллионы школьников вставали в шесть-семь утра и шли учиться. И ничего.

Ее саму всегда поднимали в пять. Мама уходила на работу в пекарню. Требовалось закрыть за ней дверь. А потом спать уже как-то и не хотелось. Годы прошли — привычка осталась.

Нет, юная виконтесса тоже пыталась отыграться. Например, на завтрак подавались лепешки с медом. Алесия к ним почти не прикасалась, по утрам ей вообще редко хотелось есть. Лепешки посыпанные сыром, появлялись на столе в обед, а иногда и на ужин.

Зато о гречке приходилось теперь только мечтать. Алес нехотя признавалась себе, что тут перехитрила саму себя. Впрочем мясо, овощи, кукурузная и пшеничная каши тоже были неплохи.