Две хозяйки одного замка (СИ) - Усова Василиса - Страница 7

Алес слегка заскучала. Священнослужитель «скрипел» минут пять, и под звуки его голоса, глаза закрывались сами собой…

— Алесия Ирсана Бартон!

Девушка встрепенулась.

— Готовы ли вы принести брачную клятву мужчине, что перед вами?

Вопрос явно был риторическим. Можно подумать, у нее есть возможность сказать «нет».

— Готова.

Священнослужитель кивнул.

— Я, Алесия Ирсана Бартон, дочь покойного графа Осберта Маркуса Бартона и покойной графини Аллии Бетаны Бартон. Сестра нынешнего графа Лайона Осберта Бартона. Перешагнувшая рубеж молодости в нынешнем году. Не имеющая детей от иных браков, и не замеченная в дурных связях.

Безо всякого понуждения со стороны, в здравом рассудке и трезвом рассуждении. Соглашаюсь стать женой графа Нортмана Рейнальда Арельса. И клянусь быть ему верной супругой, блюсти интересы мужа выше своих, не противиться его воле, и не вмешиваться в дела, без прямого на то позволения…

В зале по-прежнему стояла звенящая тишина. Вдоль стен мерцали свечи. На алтарь, из маленького окна, под самым потолком, падал солнечный луч.

— Я обязуюсь всегда следовать за своим мужем, и оставаться на месте, по одному его слову. Клянусь не допускать неверности даже в мыслях, и с гневом отрицать любые недостойные намеки… Отрицать любые недостойные намеки…

Алес прикусила губу. Дальнейший текст просто испарился из памяти. Кажется, там было что-то про хозяйство. Или про детей? Судорожно соображая, она, тем не менее, продолжила говорить:

— И клянусь быть ему верной супругой, блюсти интересы мужа выше своих, не противиться его воле, и не вмешиваться в дела, без прямого на то позволения…

Граф Арельс впервые за все время опустил на нее глаза. Однако сейчас его мнение мало волновало девушку. Она пыталась вспомнить текст. Священнослужитель подсказывать не спешил. Старичок вообще пребывал в какой-то полудреме.

— Обязуюсь всегда следовать за своим мужем…

В зале слегка зашевелились.

— … вести хозяйство твердой рукой. — прошипел граф сквозь стиснутые зубы.

— Вести хозяйство твердой рукой, — повторила Алесия, не поведя бровью. — Держать слуг в повиновении, быть мудрой и неизменно доброжелательной к другим…

Оставшуюся часть клятвы она договорила без запинок. Благо, там было уже немного.

Священнослужитель не сразу отреагировал на тишину. Некоторое время он еще жевал губами, а затем дал слово Нортману Арельсу.

Мужчина заговорил. Голос у него оказался чистым, ровным и неожиданно приятным. Что ж. Должны же у будущего супруга быть хоть какие-то положительные черты.

— Я, граф Нортман Рейнальд Арельс… Перешагнувший рубеж молодости шесть лет назад…

В целом, мужская версия клятвы заметно отличалась от женской. Сперва шло перечисление имущества и земель. Затем упоминались дипломатические миссии и военные кампании, в которых граф принимал участие.

Что же касается обещаний, их можно было уложить в несколько фраз. Будущий супруг обещал быть верным. Заботиться о благосостоянии семьи. Не поднимать на жену руку, не унижать, не пренебрегать. И защищать интересы супруги, если кто-то по недоброму умыслу выдвинет против нее ложные обвинения.

Звучало многообещающе. Однако что-то подсказывало, что все эти слова — простая формальность. Алесия каждой клеточкой ощущала, что графу она не по душе.

Было ли дело в ее «не репутации», или во внешности, или в самих обстоятельствах брака… Девушка не знала. Нортман Арельс практически на нее не смотрел. И в то же время, от него буквально исходили волны неприязни.

— Объявляю вас мужем и женой! — торжественно провозгласил старец. Его скрипучий голос звучал словно со стороны.

Зрители разразились аплодисментами. Зал храма наполнился веселыми голосами. Алесия покосилась на новоиспеченного супруга. Тот, не удостоив ее даже взглядом, молча предложил локоть. А затем, с крайне мрачным видом, повел через толпу.

Глава 4

И опять… и снова…

— Граф, графиня, поздравляем от всей души!

— Долгих вам лет семейной жизни!

— И наследника. А еще лучше — двух или трех!

Пожелания сыпались со всех сторон.

Алесия улыбалась так, что сводило скулы. Кого-то благодарила, кому-то кивала. Граф тоже подавал признаки жизни, отвечая на поздравления тем, кто находился к нему ближе всего. Наверное, со стороны они казались вполне счастливой парой.

Однако девушка чувствовала, что супруг буквально тащит ее за собой, разбивая толпу гостей, словно ледокол. Ему так не терпится остаться наедине? Или просто не любит находиться в центре внимания?

Кто ж его разберет?

— Вы просто очаровательны, графиня!

— Благод… — Алесия повернулась к очередному гостю, и едва не врезалась в дверцу кареты, которую перед ней распахнул граф Арельс. — О-ох.

Столкновения каким-то чудом удалось избежать. Однако мужчина все равно смерил ее уничижительным взглядом. Будто в случившемся только ее вина. В отместку, Алес забралась в карету, полностью проигнорировав предложенную руку. Не только супруг может демонстрировать дурной нрав.

Графу ее своевольство явно пришлось не по душе. Сжав пальцы в кулак, он поднялся следом и занял мягкую лавку напротив. Алесия невольно приготовилась.

К чему?

Да к чему угодно! К резкому слову, ехидному замечанию, холодной отповеди… Однако мужчина избрал четвертый путь. Скрестив руки на груди, он устремил свой взгляд в окно. Вот так. Будто кроме него тут больше никого нет.

Девушка чуть прищурилась. Ситуация начинала ее забавлять. Если кому и строить из себя обиженную на весь мир «принцессу», так это ей. Между прочим, это ее выдернули из родного поместья и передали в лапы местного титулованного солдафона.

А может, супруг ждет, что она будет лезть из кожи вон, чтобы привлечь его внимание? Пожалуй, любая другая девица на ее месте уже попыталась бы заговорить.

Ну… если так, то ничего его сиятельство не дождется. Алесия тоже перевела взгляд на окно, твердо решив, что не проронит ни слова, пока мужчина первым не обратится к ней.

Какую-то часть пути они проехали в полной тишине. Карета мерно покачивалась. Мимо проплывали серые дома, постепенно превращаясь в невесомые воздушные замки… Потом внезапно появилась залитая солнцем поляна, со множеством цветов. И над этой поляной зависла одна, совсем маленькая, грозовая тучка…

— … графиня, вы уснули? — пророкотало что-то, сквозь приближающийся гром.

— Что?

Алесия дернулась, едва не свалившись на чьи-то колени. Прекрасная поляна исчезла. Вокруг снова была карета, а за окном мелькали серые дома. Граф Арельс сидел напротив и сверлил ее презрительным взглядом.

— У меня сложилось впечатление, что вы спите. — голос мужчины звучал уже не так приятно, как в храме.

Алес пару раз моргнула, приходя в себя. Какая потрясающая наблюдательность — «сложилось впечатление… вы спите…». Может она чувств лишилась, от привалившего ей «счастья»?

— Тут просто очень душно. — вывернулась девушка, решив пока не показывать «зубки».

Граф Арельс поморщился, но все же протянул руку и приоткрыл окно. Карету тут же заполнил легкий ветерок. Он приятно охладил лицо и… Алесия едва не чертыхнулась, обнаружив, что пока она дремала, вырез платья успел заметно сползти, и теперь прикрывал грудь на самой границе приличий.

Неловко получилось. Как-то в своей деревне, она успела подзабыть о коварстве местных нарядов. Резко подтянув платье повыше, Алес отвернулась к окну. Щеки ее пылали. Интересно, как долго этот мужлан любовался занимательными видами? Или он затем ее и разбудил, чтобы она не оскорбляла его требовательный вкус?

Пожалуй, надо было плюнуть вчера на клятву, и хорошенько выспаться. Новоиспеченный супруг явно не стоил таких стараний. И страданий тоже не стоил.

Остаток пути прошел в молчании. Впрочем, девушку это более чем устроило. Она копила моральные силы для второго акта — приема во дворце. Надо выглядеть если не счастливой, то хотя бы довольной жизнью. Чтобы никому не давать повода для злорадства.