Хромой из Варшавы. Книги 1-15 (СИ) - Бенцони Жюльетта - Страница 935

Оставшись верной себе и своей любви к Франции, Фелисия пережила в Париже страшную осаду, так драматически завершившую царствование Наполеона III, получила рану и была на волосок от смерти. Ей было пятьдесят семь, ее спас врач одной знакомой семьи, который с истинной любовью выходил ее. И он же после того, как опасность миновала, привез ее в Венецию, где дедушка и бабушка Альдо встретили ее, как королеву. С этого дня, если не считать двух или трех поездок во Францию к своей подруге Гортензии де Лозарг, Фелисия не покидала дворца Морозини. Для Альдо она стала бабушкой, заменив родную, которая вскоре умерла. Мальчик обожал эту великолепную даму, сохранившую, несмотря на возраст, свою красоту, и перенял от нее вкус к опасным приключениям, которые так часто заставляли горько вздыхать жену Альдо – Лизу. Теперь Фелисия Орсини покоилась возле своего супруга на Сан-Микеле, острове мертвых, в часовне семьи Морозини, всегда полной цветов.

Когда Лиза заглянула в гостиную, чтобы сказать Альдо, что все готово к отъезду, он все еще стоял перед портретом Фелисии. Лиза тихонько подошла к нему и взяла под руку.

– Я так и не решила, кто из них красивее, – сказала она, взглянув на Изабеллу. – Нет сомнения, что в лице твоей мамы больше нежности, и на ее долю выпало больше счастья. Их жизни были такими разными!

– Характеры тоже. Фелисия была острой шпагой, готовой в любую минуту покинуть ножны, а мама – воплощением любви и ласки... И, как всегда, парадокс судьбы! Фелисия мирно закрыла глаза в окружении нашей любящей семьи, а мама не только умерла одна, но ее убили, и убийцей стал тоже член нашей семьи...

– К этой семье теперь принадлежу и я и горжусь этим, – проговорила Лиза. – А тебе пора выходить, если ты не хочешь опоздать на поезд. Альдо! Ты же едешь в Швейцарию, значит, наверняка навестишь папу?

Альдо рассмеялся, взглянул на Лизу и поцеловал ее.

– Ох уж эти женщины! Но тебе, моя дорогая, не узнать больше, чем ты знаешь, потому что не знаю и я, заеду в Цюрих или нет. – Если заеду, то ты приедешь ко мне, и мы благополучно вернемся вместе.

– Как это было бы чудесно! Просто идеально! Но на самом деле...

– Не продолжай! – И прибавил нараспев: – Если я заеду к Морицу, то позвоню, и ты приедешь. Если нет, приеду я! А теперь я убегаю, и не вздумай меня задерживать!

Больше всего Альдо не хотел сейчас разговоров с женой. Дело – если эту поездку можно было назвать делом – до крайности интриговало его. Разумеется, если бы его просил не Массариа, он бы никуда не поехал...

Но! Но демон авантюр если и дремал в Альдо, то всегда вполглаза! Он и вмешался.

"Ты прекрасно знаешь, что поехал бы. Не поехал, а помчался! – осуждающе проговорил суровый голос, который время от времени раздавался в душе Альдо. – Ты по-прежнему обожаешь тайны! И единственное, что тебе сейчас не по нраву, это отсутствие Адальбера!.."

– Не угодно ли помолчать! – тут же возмутился про себя Морозини. – Я, кажется, ничего у тебя не спрашивал!

Обиженный ангел-хранитель, приготовившийся было сопровождать Морозини, печально сложил крылья и вернулся дремать в теплый уголок возле камина. И дремать ему было тем уютнее, что он знал: он прав, как никогда!

Несмотря на снег, который засыпал все вокруг, Морозини добрался до Грансона всего за несколько часов без малейших затруднений. В Лозанне напротив вокзала он арендовал отличный автомобиль марки "Рено", почти такой же, даже по цвету, какой купил Адальбер для их перемещений между Парижем, Шиноном, Цюрихом и Лугано. Альдо часто водил его, так что и тут уверенно сел за руль и без помех проехал семьдесят километров, отделявших озеро Леман от Невшательского озера, в конце которого расположился Грансон.

Маленький средневековый городок, где домишки плотно окружили стены и башни замка, словно послушные цыплята гордую собой наседку. Замок смотрел на большое голубоватое озеро, и его городок вместе с ним, и, надо сказать, выглядели они вместе просто очаровательно – старинные дома, башенки, коричневые, словно бархатные, крыши. Все здесь дышало миром и безмятежностью, какие жители мудрой Швейцарии сумели возвысить до высокого искусства.

Благодаря карте, полученной от Массариа, Альдо не составило труда отыскать "Сеньорию", своеобразное подобие замка, но куда меньшего размера и совсем не сурового, стоящего в окружении парка, спускавшегося террасами к озеру. С первого взгляда было ясно, что садовник "Сеньории" знает свое дело и по нраву своему романтик. Этот прелестный уголок хорошо было бы навестить весной. Как бы он порадовал глаз! Однако, со слов нотариуса Альдо знал, что у него никогда больше не будет повода приехать сюда, и пожалел об этом. Когда много странствуешь, то иной раз случается вдруг увидеть место, куда хотелось бы вернуться. Но чаще всего вернуться туда нельзя. Потерянный рай, у ворот которого стоит грозный ангел-дворник, опираясь на метлу... В пылающий меч ангела Альдо не верил: слишком опасное оружие, одно неверное движение, и наши несчастные прародители исчезли бы с лица земли.

А прародители получили свыше приказ: "Плодитесь и размножайтесь!" Тоже, прямо скажем, немалая проблема. Как его выполнишь, не нарушая правил морали, если вас всего двое? Ну, ладно бы, если б послали с небес на помощь какую-нибудь команду штрафников, земля бы тогда заселилась существами небесной красоты, так нет ведь, нашими предками стали кроманьонец и Венера Брассемпуйская, ну и другие, конечно... Прошедшие века подтвердили, что говорливый змий не задержался навсегда в раю и что...

"Перестань валять дурака, – одернул себя Альдо. – Тебе предстоит встреча с умирающим!"

Но ему нужно было как-то себя подбодрить после утомительного путешествия... И, конечно, он нервничал перед предстоящей встречей... К тому же Адальбера не было рядом, и ему предстояло действовать в одиночестве...

Между тем его приезд не остался незамеченным. Решетки ворот под балконом, соединившим две небольшие башни, растворились. Седовласый лакей, исполненный впечатляющего достоинства, одетый в форменный пиджак с золотыми пуговицами и белоснежную рубашку с воротником-стойкой, приблизился к машине. Альдо не дал ему времени задать вопрос.

– Князь Морозини, – представился он, протягивая свою визитную карточку. – Мэтр Массариа должен был сообщить о моем приезде. Я приехал из Венеции и... Надеюсь, не опоздал.

– Нет, состояние барона сейчас вполне удовлетворительное. Полагаю, – добавил слуга с улыбкой, – что господин барон никогда бы не позволил себе умереть, не повидавшись с князем Морозини. Меня зовут Георг, моя жена – Марта, она ведает кухней. Если Ваше Высочество[429] желает дойти до замка пешком, мой сын Матиас займется вашей машиной.

Замок внутри был так же по-средневековому суров, как и снаружи: в гостиной – глубокие стрельчатые окна и каменные скамьи, чтобы сесть, если залюбуешься красивым видом. Огромный камин с полыхающим костром поленьев. На карнизе камина – битва оленей, а над ним – целая коллекция старинного оружия. На одной стене несколько портретов, на другой – красивый гобелен с травами и цветами и... Здесь же была размещена кровать с колонками и пологом с таким же растительным рисунком. Очевидно, для облегчения ухода за больным гостиная стала спальней.

Однако Гуго де Хагенталь ожидал своего гостя не под покровом полога. Он сидел в одном из кресел возле камина, и вид его почему-то растрогал Альдо.

Высокого роста, ссутулившийся вопреки усилиям держаться прямо, с как будто рубленным топором лицом и голубыми, глубоко запавшими глазами, барон скрывал худобу широким одеянием из черного бархата. Круглая черная шапочка, несомненно, согревала уже облысевшую голову. Ему трудно было даже дышать, и все-таки он постарался улыбнуться и протянул гостю полупрозрачную исхудалую руку, для которой уже тяжело было массивное кольцо с гербом. Альдо с поклоном пожал ее.