Анна (ЛП) - Амманити Никколо - Страница 11

– Откуда ты знаешь?

– Тому, кто мне это сказал, было не менее 16 лет. У него была борода и ни одного пятна. Он сказал, что его вылечила большая женщина. Не просто Взрослая, а большая. Её называют Крошка. Она ростом 3 метра, заразилась Красной, но выздоровела, – взгляд Марио, который до этого момента был таким же живым, как у пасущейся коровы, оживился. – Мне пришлось дать ему 5 бутылок вина, чтобы он рассказал, где она живёт.

– Ну и где же? – спросила Анна.

– Где-то в горах. В СПА-отеле, – сказал он. – Знаешь, где это?

Анна на мгновение задумалась:

– Конечно! Это совсем недалеко.

– Ты там была?

– Ну, не совсем там, но поблизости. В любом случае, мне достаточно свериться с картой.

– Эта Крошка исцеляет.

– И как он это делает? – Анна позволила себе скептически улыбнуться.

– Её нужно поцеловать, у неё во рту волшебная слюна.

– То есть её нужно поцеловать взасос? – девочка расхохоталась.

– Да.

– А если она не захочет? Если ты ей не нравишься?

– Захочет, захочет. Просто надо принести ей подарок, – он снова закашлялся и чуть не задохнулся. Затем еле слышно продолжил: – Больше всего она любит шоколадные батончики.

– Шоколад уже весь испортился. Он весь белый и безвкусный.

Марио улыбнулся, как продавец в мясной лавке, нахваливающий свою колбасу.

– Мы знаем, как его нужно хранить. Мы держим его в прохладном месте, в подвале. В пластиковых контейнерах. За пять шоколадок она тебя поцелует, а за шесть...

– Хочешь, я тебя туда провожу? – перебила Анна

– Куда?

– К Крошке. Я знаю дорогу.

Близнец мгновение молчал, почёсывая ногтем корочки на губах. Он указал на дверь склада.

– Давай вернёмся, – сказал он, и они вернулись в магазин. – А как же Паоло?

– Он мёртв. Оставь его здесь.

Марио схватил батончик с хлопьями, развернул и, не предлагая, проглотил в два счёта.

– Знаешь, я ничего не делал без брата. Нам нравилось оставаться в магазине – меняться с покупателями, собирать батарейки, лекарства... Но после пожаров никто больше не приходит. Только банды, пытающиеся нас грабануть.

– Туда недолго идти.

– Сколько?

– Пару дней.

– Не знаю... могу дать тебе шоколадок, чтобы она тебя тоже поцеловала.

– Да, но этого недостаточно, – девочка расхохоталась. – Если ты хочешь, чтобы я тебя туда отвела, дай мне лекарства для брата.

Марио открыл три ящика:

– Бери что хочешь.

Она быстро нашла две коробки с антибиотиками и положила их в рюкзак.

– И отдай мне всю еду, которую мы сможем унести. Я выберу. Ещё нужны заряженные батарейки.

– Хорошо.

– Поступим так: забежим ко мне домой, я дам лекарство брату, а следующим утром идём в путь.

Марио оживился:

– Идёт, а то я устал сидеть один. Как зовут твоего брата?

– Астор.

– Странное имя… – Марио протянул Анне руку. – Договорились.

План Анны был прост. В Торре-Норманна она сбежит со всей поклажей и – прощай Марио и его Крошка.

Они продвигались по проселочной дороге, которая пролегала мимо пригорода из четырёх домов, маленькой церкви и кольцевой развязки со стелой павшим в Первую мировую войну. Огонь поглотил сады Про-Локо, и стволы эвкалиптов стали похожи на чёрные карандаши, воткнутые в землю. От газетного киоска осталась только железная конструкция. Пожарная машина так и осталась стоять, пробив дверь парикмахерской.

Анна держалав одной руке пакет, полный консервов. Микелини в красной бейсболке с козырьком и надписью "Нутелла" и с ружьём через плечо, толкал тачку с коробками. Груз закрыли брезентом и закрепили резинками.

Они вспотели и отдыхали от жары, только когда солнце скрывалось за облаками.

Анна не понимала, нравится ли ей Марио или нет. Едва выйдя из магазина, он помрачнел и через пару километров пошёл медленнее. Это могло быть из-за Красной Лихорадки, но Анна подозревала, что он просто обленился. Если идти так медленно, они доберутся до дома только к сумеркам.

– Давай поменяемся: я покачу тачку?

Микелини помотал головой.

– А ружьё заряжено?

– Там четыре патрона.

Патроны было трудно найти, их расстреляли в первые месяцы эпидемии, во время грабежей и восстаний.

Они проскользнули в узкую улочку с каменными стенами по бокам.

Марио остановился, чтобы отдышаться.

– Без Паоло как-то странно, – он посмотрел на Анну. – У тебя волосы появились?

– Да.

– Покажи.

Анна расстегнула шорты и спустила их до колен.

Микелини, не отпуская тачку, наклонился посмотреть на полоску чёрных волос.

– А сиськи?

Анна задрала футболку. На груди возвышались два бугорка, увенчанные розовыми шишками сосков.

Они снова пошли прочь от городка. Анна с трудом сдерживалась, но приходилось медленно плестись следом. Чтобы отвлечься, она предложила ему поиграть.

Марио весь вспотел.

– Что ещё за игра?

– Загадай животное.

– Хорошо. Морж.

– Говорить нельзя. Нужно просто загадать. А я буду задавать тебе вопросы, пока не отгадаю. Ясно?

– Ясно.

– Итак, оно летает, ходит или плавает?

– И летает, и ходит, и плавает, – Микелини лукаво улыбнулся.

– Что же это за зверь такой?

– Утка.

– Не говори мне сразу.

– Сама спросила, что это за зверь.

– Я просто рассуждала. Ладно, загадай ещё кого-нибудь.

– Хорошо. Кролик.

– Понятно. Давай лучше идти молча.

Они прошли мимо рекламной таблички автомобилей с мужчиной в костюме и галстуке. Надпись гласила: «Выбери своё будущее сегодня».

Среди сгоревших оливковых деревьев стояло девять тонких фигур, похожие на призраков: впереди двое постарше (коренастый мальчик и сухая девочка, выкрашенные в белый цвет), а остальные в возрасте Астора, обнажённые и выкрашенные в синий цвет, со спутанными волосами на плечах. У некоторых были палки.

Анна и Микелини смотрели на них из-за забора.

– Что будем делать? – Марио почесал подбородок.

– Не ори, – прошептала ему Анна. – Если нас увидят – конец всему.

Чуть дальше, с другой стороны улицы стояло здание с подземным гаражом, над которым возвышалась вывеска «Автосервис Пьери».

Анна схватилась за ручки тачки, пригнулась и пошла вперёд, прячась за забором.

– Не высовывайся и иди за мной. Старайся не шуметь.

Но через несколько метров за её спиной грохнул выстрел.

Микелини стоял посреди улицы. Из ствола ружья выходило облачко белого дыма.

– Ты совсем спятил? – девочка широко раскрыла рот.

– Это их отпугнёт.

– Идиот…

Анна снова двинулась вперёд, но тачку заносило то вправо, то влево. Она бросила её и побежала к зданию, не оглядываясь. Спустившись по бетонному пандусу, Анна очутилась перед тремя опущенными рольставнями. Левая была поднята на двадцать сантиметров. Канализационный сток забило листьями и землёй, принесёнными дождями. Копая, как собака, девочка открыла брешь, сняла рюкзак и, затаив дыхание, чтобы стать тоньше, поползла внутрь. Ноги прошли, туловище и голова – нет. Она прижалась щекой к полу и оказалась внутри, поцарапав лицо с обеих сторон. Высунув руку, она достала рюкзак.

В автомастерской царила темнота. Она попыталась опустить ставню, но та не сдвинулась с места. Выставив перед собой руки, Анна прошла в дальнюю часть помещения, но ударилась коленом о машину, а голенью задела стеллаж с металлическими предметами, который с грохотом опрокинулся на землю. Стиснув зубы от боли, она на ощупь пошла вдоль стеллажей, коснулась грубой стены, нащупала дверь и открыла её. Дальше было ещё темнее. Она опустилась на четвереньки и одной рукой нащупала край ступеньки.

Снаружи раздались выстрелы.

Она села, обняв колени, и взмолилась, чтобы её не успели заметить.

От первого выстрела все обернулись.

Посреди улицы стоял какой-то толстяк с ружьём в руке, а кто-то ещё, весь согнувшись, бежал к зданию, толкая тачку.