Нечестный штрафной. Книга третья. Часть вторая (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 12

Отказываться от такой оказии я не стал. Да и зачем, если человек сам всё для себя решил и сам же вызывался на сей подвиг. Да и ещё одна причина была для принятия такого решения. Светлана…, Светка. Его сестра и её безграничная сестринская любовь к своему брату.

Да и с обратной связью я так до конца и не разобрался. Реально ведь что-то почувствовал я, когда сегодня после мамы Ленкиной этих родственничков у себя в спальне осматривал. И, если к энергии любви к брату от Светы я смог легко подключиться, то вот такой обратной связи от Вадима к сестре не получил. Но что-то было такое ответное с его стороны в отношении сестры. Я почувствовал силу исходящую от Вадика, причём по концентрации она было даже больше и сильнее, чем от Светланы к нему, вот только она словно была другой по полярности, не мог я её взять в обработку.

С непонятками этими нужно будет разбираться, и изучать такое необычное явление. И, как понятно, для этого мне нужно будет, чтобы они оба, как можно чаще среди дня были рядом со мной.

Ну, Вадик, как товарищ по играм и защитник с элементами обязанностей телохранителя мне как раз подходит. А вот, в каком статусе рядом со мной будет находиться его сестра…, это нужно думать. Так-то в идеале…, подружка, на крайний случай, любовница. Взрослеем ведь.

Вот только боюсь, последний вариант пока мне, по определению, недоступен. И учимся в одной школе, пускай и в разных классах. Да и завистниц будет у моей подружки многовато. Замучаешься от всех отбиваться и подругу защищать. Ну, и если честно, хоть и сделал я её, считай, почти писаной красавицей с потрясными формами, вот только не тянет меня к ней, и чувств никаких нет, кроме, наверное, профессионального интереса. Интереса, как у неё, в ней самой, эта любовная магия концентрируется, когда она о своём брате думает? Вот это мы и будем изучать. А, если для этого придётся строить из себя её парня? То, что ж…, пойдём на подобные жертвы без зазрения совести.

А так, конечно, результат я выдал феноменальный, при этом своих сил вообще не потратил нисколечко, а вот халявной энергии любви в себя впитал приличное количество. Ну, и видимый результат…

Влад на своих ногах, не хромая передвигается. Руками спокойно может двигать. С лицом всё хорошо, синяки куда-то ушли все, и зубы все на месте.

Сестрица его? Ну, это уже я, как видно, просто после лечения своих основных пациентов, похулиганил над ней, что-то подобное сделал, как и маманей Ленки.

Хотя тут вопрос… Кому из них я первым физиономии подправил? Не помню ничего. Амнезия никуда не делась. Хорошо лишь одно, всего ничего отрывок по времени из памяти у меня стёрло. Ещё бы понять теперь - из-за чего. Ясно, что болячка у Анны Сергеевны очень серьёзная была, наверняка в этом вся причина кроется.

И ведь проверил потом, всё рассосалось у неё, все опухоли, словно и не было ничего. Никаких следов. А потом видно, на эйфории и притронулся к сокровеному. И бюст подправил немного, перенаправив запасы отложений на чёрный день с боков и бёдер, в более интересные места. Да и попа более упругой у женщины стала, и кожу по всему телу расправить удалось. И животик поплотнел, словно годами в спортзал ходит, хотя может так и обстоят дела, но, что я улучшил результат, ведь это истинная правда. Красоткой неописуемой стала маманя Ленки-Пенки.

А Светлана? Тут подумать надо, что меня дёрнуло и над ней подобный эксперимент поставить. Ведь реально похорошела сестра моего, личного теперь, несменного, на века, телохранителя и охранника.

Кстати, по комнате, для их проживания в интернате…, по этому вопросу надо Алинке звонить, она с мамой этот вопрос быстро убьёт и мне ничего особо объяснять родительнице не придётся.

О! Входящий!!! Никак телефон не успокоятся.

И кто тут у нас такой настойчивый? Вообще-то я поспать собирался после вкусного обеда. Отдыхать ведь я когда-нибудь должен!

Ух ты! Молодой папаня звонит. Тут по любому нужно отвечать. Папа Кеша просто так названивать уж точно не станет, да ещё так настырно…

- Аллё…- кричу в трубку я…

Час спустя.

Сидим в одной из более-менее пристойных кафешек на Дзёмги. Кормят тут так себе, зато интерьер помещения вполне приличный. Приятный глазу ремонт недавно сделали. Ну, и как считает Карлович, значит наверняка он прав в своём убеждении, ещё кое-кто не успел тут прослушку в столы установить…

- … настырные ребята. И всем нужен именно ты. Меня уже почти месяц обрабатывали. Так-то мне всё равно, но ведь и Наташу дёргать стали, а за тебя и за Алинку она любого готова голыми руками порвать. Но ведь не забываем, она в положении. И ведь просчитали и это, козлы в погонах…

Карлович сидит напротив меня. Позвал меня по улице прогуляться, да погода слякотная, а сидеть просто тупо в машине, не хочется. Потому и кафе для разговора выбрали. А почему на Дзёмгах? Так ехать не надо далеко …

- И кто там у нас такой настырный? - уточняю я.

Гадать смысла нет. Тут любой может засветиться…, и от конторы, и от органов других. Да и бандосы тоже не будут в сторонке стоять. Но сейчас это не они, точно. У тех на показ погонов нет. Только на теле, в бане, их фурнитуру на плечах набитую, увидеть можно.

Всем я, оказывается, интересен стал. Что в принципе и не удивительно совсем. Так засветиться умудрился по-глупому…

- В открытую нагло фэсбэшники действовали. В наглую, свои требования на твой счёт мне выговаривали. Обещали в мои дела влезть, проверить их все на предмет соответствия законодательства. – зло, словно змей шипит, обычно всегда спокойный, Карлович. – Ладно бы это, так Наташу дёргать начали. Я по своим каналам за поводки подёргал, и знаешь…, на удивление эффекта никакого не было на тот момент. Даже, как бы это сказать…, попросили не беспокоить по таким, как они выразились, пустякам

- Да ко мне тут тоже в открытую приезжали. – вспоминаю я - У меня в квартире интернатской беседовали. Один из органов был среди этой троицы. Серьёзный дядька. А вот двое…, я так и не понял, то ли местные, но я их тут у нас никогда не видел. Или залётные, кто-то из приезжих. Как мне показалась москвичи… Кошельки на ножках.

- Вот-вот. - хмурится папа Кеша. - Потом и мне кое-что из расклада накидали. Короче…, тобой сильно заинтересовались в столице.

- Но деньгами сорить не хотят? - хмыкаю я – Так?

- Похоже на то. – соглашается с моими выводами Иннокентий Карлович - Или просто инициатива от местных. Кто-то, наоборот, на тебе заработать хочет и здоровье себе, на шару, поправить, тебя запугав. Но тут другое…, не из-за этой ерунды я тебя дёрнул. На днях думаю, что-то совсем о себе не напоминают гады. А тут из Питера один знакомый приезжал. Проездом был на Камчатку, домой ехал. Так вот…, даже он о тебе немного в курсе дел, что вокруг тебя тут вертятся. Он-то и сказал…, кто-то нечистым на лапы сотрудникам сильно по этом лапкам надавал, отбил у них таки охоту даже дышать в твою сторону. - говорит Кеша и заглядывает в мои глаза. – Явно в игру кто-то очень серьёзный влез, раз сумел приструнить зарвавшихся уродов в погонах.

Ну-да, ну-да! В Москве, в управе, ещё та клоака. Грызут друг друга соратники по оружию в погонах. Знакома мне вся эта кухня. А раз там, как понял, обо мне уже знают, то…

- Буром переть уже не будут, но и предложения станут делать такие, от которых уж больно сложно будет отказаться. Что тебе, что мне. надеюсь маму дёргать больше не решаться, чтобы не озлобить окончательно ни меня, ни тебя. А так… - ухмыляюсь. Кофе допиваю. Погодка что-то сегодня не ахти. Зябко… - давай пока не будем суетиться и понапрасну паниковать, и волноваться. Пускай всё идет, как идёт, своим чередом. Ждём, когда эти серьёзные господа сами на нас выйдут со своими предложениями. Ну, или просто, чтобы контакт с нами наладить. Так просто ведь меня им отсюда не выдернуть. Хотя, сам же понимаешь, если государство меня затребует, то и пикнуть не успею, как скрутят. Надеюсь, всё же до этого не дойдёт. Не такой уж я и ценный фрукт. Ничего противозаконного за мною нет. Так что и бояться нечего. Резонанс от похищения ребёнка никому не нужен, а он, они же понимают, будет сильный. Ждём. Просто подтяни свои дела и ни во что, в ближайшие время, мутное постарайся не ввязываться. Попадёшь им на крючок…, всю душу вымотают, сам ведь понимаешь.