Изгой Проклятого Клана. Том 3 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 58

Мнительные «учёные», которые считают, что знают об устройстве мира больше, чем неизвестный им и, к тому же, молодой парень.

Но тут из-за их спин послышался голос, которого я ещё не слышал.

— Уважаемый, — это говорил молодой мужчина. С кудрявой головой. Очками с толстыми линзами. И парой десятков лишних килограмм. Неопрятный. Но с внимательным взглядом, которым он смотрел на меня из самого тёмного угла зала. — Нам представили Вас как Руслана из рода Северских. Это верное утверждение?

— Верное, — бдительно взглянул я на него, стоя в центре зала со скрещенными на груди руками. — К чему вопрос?

— Для начала, позвольте, представиться самому, — он встал, неуклюже поклонился. — Валентин Симонов, историк-лингвист Сибирского отделения Имперской академии наук, — он снял очки и принялся протирать линзу краем потёртого свитера. — Моя сфера исследований в данном проекте — перевод надписей, записанных на этих стенах. Язык похож на старославянский, но это не его чистая версия. Тем не менее, мне удалось перевести большую часть записей. И самое важное — прямо перед Вашим приходом.

— Много лишних слов.

— Простите, — он дыхнул на вторую линзу и неторопливо протёр и её. — Дело в том, что в записях главного зала, клан Навич упоминается как владельцы склепа. Однако, источник силы для него принадлежал вовсе не им, — он напялил очки и посмотрел на меня. С подозрением. — А другому роду — Северским. Потому, становится чуть менее удивительно, что именно Вы смогли взять лабиринт под контроль.

Неприметно стоявший в тени Болтун резанул по мне взором. А гнусавый голос Валентина произнёс:

— Что Вы скрываете, господин Северский⁈

Глава 27

Я хмыкнул.

— Действительно, что я могу скрывать? Я — аристо. В моих руках ответственность за секреты рода, который существует сотни лет.

— Не уводи в сторону, Руслан, — произнёс Болтун, сверкая глазами. — Мои люди и лучшие специалисты Сибири не смогли даже сдвинуть эту штуковину с места. А ты умудрился заставить её телепортироваться сюда из ледяного мира.

Тут же я усмехнулся.

— У меня талант к артефакторике, — а ещё многолетний опыт их создания и модификации, ещё в бытность Лордом. О чём знать никому здесь не стоит. — И ты о нём знаешь.

— Иди за мной, Руслан. Поговорим наедине, — Болтун с хмурым видом вышел в один из коридоров.

Надо? Поговорим.

Я присоединился к нему.

Как только мы отошли от компании, он сходу заявил:

— Я не собираюсь тебя ни в чём обвинять. Потому что знаю — ты на нашей стороне. Но если у твоего рода есть знания, как можно контролировать и, тем более, создавать подобные лабиринты, то Империя получит великий инструмент. Этот лабиринт способен преодолевать пространство между мирами. А тот, кто контролирует пространство — контролирует весь мир.

Болтун положил руку на стену и провёл подушечками пальцев по вырезанным в стене символам.

А потом вновь обратился ко мне:

— Этот лабиринт может стать козырем Российской Империи. Лучшего времени, чем сейчас, для него может уже не настать. Понимаешь, о чём я? Все твои изобретения до этого: хлопушки, антимагические боеприпасы… это всё просто пыль, если мы потеряем доступ к Загранью.

Тут уголки его губ чуть приподнялись. В глазах появилась эмоция и мелькнули алчные огоньки.

Болтун продолжил:

— Но если мы получим новый способ путешествовать за Грань… Телепортировать вот такие лабиринты, в которых можно разместить до нескольких тысяч человек. Ты представляешь себе перспективы?

— Вполне, — сухо ответил я.

Даже если я смогу построить такой же лабиринт. То не отдам власть над ним в чужие руки. Потому что не будет никаких гарантий, что его не используют против меня. Такое слишком сложно контролировать.

— Забрасывание целых армий прямо в центр вражеских столиц, — он взглянул на стену, сильнее вжимаясь в неё рукой. — Захват и транспортировка грузов из любой точки любого мира. Неограниченные возможности для диверсионных и разведывательных операций. С помощью этого лабиринта, Империя сможет диктовать свою волю всему миру!

— Тебя занесло, Болтун, — твёрдым голосом сказал я. — Будь всё так, как ты говоришь, «Тихий Дом» уничтожил бы Озёрского, просто телепортировавшись в его усадьбу. А не в метро. Пока твои рассуждения — просто фантазия.

— Всё с фантазии и начинается, Руслан. Не так ли? Если ты разберёшься, как устроено это место. Если ты сможешь модифицировать его. А потом воссоздать, то я могу тебе поклясться — ты будешь одним из влиятельнейших людей Империи. Титулом князя это вовсе не ограничивается.

Ещё чего! Вот что-что, а морока с княжеским титулом сейчас была мне не нужна.

Князь — это высшие эшелоны власти.

Это нахождение на виду.

Это пристальный взгляд Императора, который и так постоянно направлен в мою сторону. С не до конца понятными намерениями.

Вот только Болтун, кажется, оказался одержим мыслью телепортационного лабиринта. Я ещё не видел в его глазах такой нездоровый огонёк. Обычно все его эмоции прятались за надёжной маской.

Но этот лабиринт словно зачаровал его своими возможностями.

— Для начала давай разберёмся, как всё здесь работает, — спокойно сказал я. — Я не могу тебе ничего гарантировать. То, что он выдержал хотя бы один перенос — это уже чудо. Поэтому сначала нам предстоит долгая работа по его восстановлению.

— Но ты же можешь это сделать? — он резко обернулся на меня. — Ты сможешь восстановить его?

— Вероятно, — да, я точно мог это сделать. Но чем больше я смотрел на изменившееся поведение Болтуна, тем меньше хотел передавать лабиринт конкретно в его руки.

— Отлично. Тогда приступай. Ты получишь всё необходимое.

Хм… он даже не рассматривал возможность отказа. А если я буду настаивать, то, что-то подсказывало, что ко мне применят все меры, чтобы заставить.

Сейчас это только лишние хлопоты.

Я не собирался становиться целью номер один.

Лучше я восстановлю лабиринт. А потом придумаю, как вывести его из-под влияния Болтуна. Тем более, что ремонт ему действительно был остро необходим. А без меня и Велеса им управлять не получится.

Когда Болтун объявил специалистам, что теперь я возглавляю все работы по восстановлению лабиринта, они встретили эту новость без энтузиазма.

Поэтому первым же делом я собрал их обратно в зале и объявил:

— Вы свободны.

— Что это значит, сударь⁈ — вперёд шагнул один из специалистов.

Это был артефактор лет шестидесяти, с аккуратной остроконечной бородкой. Остальные специалисты смотрели на него с подобострастием. А дорогая одежда с незнакомым мне гербом, показывала что он из благородного рода.

— Вы плохо понимаете русский язык? — невозмутимо спросил я его. — «Свободен» — это значит, что вы можете идти, куда пожелаете. А в контексте нашей с Вами совместной работы, это говорит, что Ваши услуги более не требуется. А если совсем простыми словами — уходите и не мешайте.

Его глаза чуть не вылезли из орбит. Покраснел. Его толстые губы и обвисшие щёки затряслись, когда на него нашёл приступ бешенства.

— ДА КТО ВЫ ТАКОЙ⁈ СЕВЕРСКИЙ⁈ КТО ЭТО⁈ КТО ВЫ⁈ НЕИЗВЕСТНЫЙ РОД! Я — РОДИОН МЕТЕЛЬСКИЙ, ПОТОМСТВЕННЫЙ АРТЕФАКТОР И ЗАСЛУЖЕННЫЙ ДОКТОР НАУК! КАК ВЫ СМЕЕТЕ ОБХОДИТЬСЯ СО МНОЙ КАК С МАЛЬЧИШКОЙ НА ПОБЕГУШКАХ! Я БУДУ ЖАЛОВАТЬСЯ!

— Профессор, вам нельзя нервничать, — к нему тут же подбежал молодой паренёк с папкой в руках.

— ЧТО ОН СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТ⁈ — Родион спросил на паренька, который аж сжался под его взглядом. Похоже на рефлекс.

Я усмехнулся.

Точку поставил ровный голос Болтуна.

— Покиньте лабиринт, Родион Васильевич.

Артефактор с приоткрытым ртом обернулся на Болтуна. Не веря. Не желая верить в его решение. Но Болтун только указал взглядом на дверь.

Родион схватился рукой за сердце и продолжил уже гораздо спокойнее.

— Это возмутительно… Оставлять столь ценный экземпляр какому-то юноше! — закачал он головой. — Вы рискуете редчайшей находкой, которая может перевернуть представление обо всей артефакторике!