Соблазнитель (ЛП) - Пир Элин - Страница 13

— Нет, он был богом или кем-то в этом роде?

Она кивнула головой в сторону маленькой фигурки парня с большим животом, на лице которого застыла широкая улыбка.

— Нет, Будда не был богом, просто мудрым человеком, которого многие выбирали для следования по пути просветления. Одно из его учений гласило, что лучшее лекарство — это смех. Он рассуждал о том, как приятно и заразительно слышать смех детей.

Финн пожал плечами.

— Мне это не знакомо. Я никогда не видел ребенка.

— Но ты же видел маленьких ребятишек, верно?

— Угу.

— А ты заметил, какие они раскованные, когда смеются?

— Конечно.

— Отлично. Я не хочу лишать тебя чувства юмора. Скорее, я хочу помочь тебе использовать его в благих целях.

— Что это значит? — нахмурился я.

Афина положила руки мне на колени, и от этого у меня все затрепетало в нижней части тела.

— Юмор может быть броней, за которой прячешься, или факелом, чтобы освещать темноту для других. В любом случае твой юмор связан с твоей духовностью.

— Ладно. — Я подавил желание попросить ее провести руками по моим бедрам чуть выше.

— Если ты используешь юмор в качестве щита, это навредит в первую очередь тебе, потому что помешает тебе расти и развиваться.

Я одарил ее кривоватой улыбкой.

— Дорогая, я уже в восемнадцать лет вымахал почти до двух метров, навряд ли в свои тридцать четыре мне предстоит еще куда-то расти.

— Я говорю о твоем личностном росте, — произнесла Афина терпеливым голосом.

— А, ясно.

— Теперь закрой глаза и делай глубокие вдохи, как я. Сосредоточься только на своем дыхании и проговаривай про себя: «Я добр к людям, а люди добры ко мне».

Я сохранял невозмутимое выражение лица, когда повторял слова Афины, и очень старался прокручивать в голове забавную фразу, которой она меня научила, каждый раз, когда отвлекался. Но проблема заключалась в том, что мой разум не переставал кипеть, и, в частности, он не переставал думать о том, каково это — заняться сексом с Афиной. Она была такой миниатюрной, что я бы, наверное, поставил ее в любую позу, какую только мог себе представить. Мои губы изогнулись в улыбке, когда я представил ее обнаженной и стонущей от удовольствия мое имя. Было нелегко, но даже с головой забитой пошлыми мыслями, я сохранял спокойствие, дышал равномерно и держался за нежные руки Афины.

Через некоторое время Афина прошептала:

— Теперь ты можешь открыть глаза.

Последовав ее совету, я сразу же пожалел об этом, потому что ее красивые проникновенные глаза были полны любопытства, и у меня возникло ощущение, что она читает мои мысли.

— Правда, было замечательно?

Все внутри меня бурлило.

— Само собой, — согласился я, растягивая губы в улыбке.

— Ты почувствовал связь наших энергий?

— Да, было очень много связей.

Афина сжала мои руки.

— Я чувствую в тебе доброту, Финн, мне кажется, тебе будет полезно сосредоточиться на своей духовной энергии вот так на протяжении пяти дней.

— Возможно, — сказал я, подыграв.

Афина явно была довольна собой, и впервые я увидел, как она улыбается, не таясь.

— Я знала, что тебе понравится медитация.

То, как Афина улыбалась мне, приводило к нежелательной реакции. Она была и так хорошенькой, когда не улыбалась. Но когда она сияла от счастья, ее природная миловидность проявлялась на полную мощь. Наша близость и иррациональный интерес к моей персоне пробуждали во мне такое чувство, словно в холодный зимний день выглянуло солнце. Я сидел, купаясь в ее внимании, как будто она была солнцем, излучающим тепло и насыщающим витамином D.

— Если мы будем медитировать два-три раза в день, ты быстро повысишь свою выносливость, — добавила она.

Вместо того чтобы сказать, что она самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал, я нацепил на свою физиономию игривую улыбку и блеснул юмором.

— Не беспокойся, милая. У меня хватит сил общаться с тобой столько раз в день, сколько ты пожелаешь.

Афина натянуто улыбнулась.

— Ты ведь понимаешь, что я говорю об ментальной выносливости, да?

— Да, я понял, но знай, на случай, если захочешь наладить со мной другого рода связи, физическая выносливость у меня тоже имеется.

Афина отпустила мои руки и резко поднялась с пола.

— Ты никогда не сдаешься, да, Финн?

Я тоже встал, подергав затекшими ногами.

— Смотря в чем?

— Сколько раз я говорила, что мне неинтересен секс с тобой?

— Я не веду подсчет, но это число, скорее всего, равно количеству раз, когда я говорил тебе, что ты не можешь отказаться от того, чего не пробовала.

Афина подняла коврики с пола и попросила меня помочь ей передвинуть диван.

— Разве в занятиях любовью нет какой-то духовной связи? — спросил я. — Вдруг это и есть истинный ключ к моему личностному росту? Ты когда-нибудь задумывалась об этом?

Афина выпрямилась и скрестила руки на груди, принявшись меня изучать.

— Ты говоришь не о занятиях любовью, Финн. Занятие любовью означало бы, что у нас есть чувства друг к другу. Мы оба знаем, что это не так.

— Ты ошибаешься, дорогая. У меня к тебе уйма чувств.

Одна из бровей Афины взметнулась вверх.

— И что это за чувства?

Игривым тоном я поднял руку и стал подсчитывать на пальцах.

— У меня есть чувство желания, потому что ты охери… прости, я имел в виду, что ты очень красивая. Еще есть чувство любопытства, мне интересно, смогу ли я погрузиться в тебя до самого упора… ты ведь такая маленькая. — Подняв безымянный палец, я продолжил. — А также я испытываю чувство благодарности за то, что ты согласилась снять проклятие, и, наконец, я испытываю чувство разочарования, потому что ты настаиваешь на том, чтобы я остался здесь на пять дней.

Афина прикусила нижнюю губу.

— По крайней мере, ты не врешь, что любишь меня, испытывая совсем иные чувства. Ты получишь очки за то, что был честен и проявил немного порядочности.

— Отлично, — воскликнул я. — И что мне дадут эти очки? — Я позволил своему взгляду пройтись по ее восхитительному телу, одаривая ее своей самой очаровательной улыбкой.

— Увидишь, — произнесла она и направилась к лестнице. — Но сначала я приму душ.

— Тебе нужна моя помощь? Мы могли бы принять душ вместе, а заодно ты показала бы мне функцию сушилки, о которой говорила. Не забывай, у меня нежные руки врача.

— Это очень щедрое предложение, но я вынуждена отказаться. Мне еще нужно подготовиться к занятиям.

— Каким занятиям?

— Занятиям духовного просвещения, которые я преподаю. Тебе стоит к нам присоединиться.

— Нет, спасибо. Я уже, как говорится, достаточно просвещен.

На этот раз смеялась Афина, поднимаясь по лестнице и открывая мне изумительный вид на ее округлые ягодицы.

Глава 9

Духовный мир

Афина

— Помни, о чем я тебе говорила: ты всего лишь наблюдатель. Держись в стороне и не говори ни слова.

— Я слышал тебя все три раза. — Финн держал в руках горсть винограда и подбрасывал его в воздух, ловя ртом. — Ты проводишь эти занятия каждый день?

— Нет, только два раза в неделю. В другие дни я предпочитаю гулять по улице и знакомиться с местным сообществом. Но занятия по духовному просвещению привлекают людей со всего мира. — Я указала на устройства виртуальной реальности, лежащие на столе. — Я создам для тебя универсальный аватар. Вообще-то, это не одобряется, потому что нам важно знать, с кем мы контактируем, но если кто-нибудь тебя спросит, скажи, что твое устройство виртуальной реальности сломалось.

— Хорошо, — отозвался Финн. — Только убедись, чтобы мой аватар был красивым. — Он скрестил руки на груди, когда я предложила ему несколько вариантов на выбор.

У Ханса было наготове свое собственное устройство, но он наклонился и сказал:

— Финн, если ты не будешь открывать рот, можешь пойти в облике женщины.

Сначала Финн скорчил гримасу, но потом в его глазах зажглись веселые огоньки.