Соблазнитель (ЛП) - Пир Элин - Страница 17

Финн откинул волосы назад и покачал головой.

— Никто. Зачем? Что такого происходит на ваших днях рождениях?

Сэмюэль взял на себя смелость объяснить традицию получения подарков на свой день рождения.

— А еще ты получаешь торт со своим именем, — добавила Шарлотта.

— Не может быть! — прищурил глаза Финн. — Вы двое просто выдумываете всякие небылицы, чтобы вызвать у меня чувство зависти. Никто не получает и торт, и подарки только потому, что родился в этот день.

— Мы получаем, — настаивали Шарлотта и Сэмюэль, кивая головами, чтобы подчеркнуть правдивость своих слов.

Финн повернулся ко мне.

— Они что, издеваются надо мной?

— Нет, празднование дня рождения здесь очень распространено.

— Ха, вы, ребята, выдумываете всё.

Я рассмеялась.

— Это не выдумки, это старая традиция, которая насчитывает сотни лет, если не тысячи. Наверняка ты слышал о ней.

Финн отвел взгляд и потер плечо.

— Я видел нечто подобное в старых фильмах; это выглядело… — он задумался. — …мило.

— Мило! — воскликнул Сэмюэль и махнул рукой в приглашающем жесте. — Я покажу тебе несколько игрушек, которые мы с Шарлоттой получили на наш последний день рождения.

Финн, Ханс и я последовали за ними, когда двое детей побежали в дом, промчавшись мимо Карины, которая в этот момент выходила.

— Близнецы хотят показать Финну свои игрушки, — объяснила я ей, когда она вопросительно на меня посмотрела. — Вы идите вперед, я останусь здесь и поговорю с Кариной, — крикнула я вслед Хансу и Финну.

— Ты могла бы меня предупредить, — заявила Карина, когда они скрылись из виду. — У меня чуть сердечный приступ не случился, когда я увидела этого мужчину на своей кухне.

— Финн — тот самый человек, который держал меня в заложниках в Северных землях, — тихо произнесла я. — Он приехал извиниться передо мной.

— И ты простила его? — спросила Карина.

— А ты бы не простила?

Карина глубоко вздохнула и высвободила маленькую ручку Мариты из своих вьющихся волос.

— Возможно, но я не уверена, что была бы с ним так же дружелюбна, как с тобой. Разве ты не злишься на него? — Прежде чем я успела ответить, Карина вздохнула и добавила. — Не отвечай. Ты наверняка скажешь, что в твоем сердце нет гнева.

Я улыбнулась.

— Я лишь пытаюсь сказать, — выдохнула Карина, — что не все мы можем быть такими же просветленными от предрассудков и суеверий, как ты, и что я восхищаюсь тем, что ты так терпима ко всей этой ситуации.

— Финну еще долго предстоит учиться сопереживанию и чуткости, и я не могу объяснить почему, но я чувствую, что наши пути связаны.

— Что ты имеешь в виду? Ты говоришь о судьбе? — спросила она.

Карина была одной из первых подруг, которых я встретила, когда четыре года назад переехала в этот район. Тогда она была беременна близнецами, и тоже только-только переехала. Старая мельница пустовала уже более пятнадцати лет, и все местные жители были в восторге от того, что там поселится новая жрица.

Карина была одной из самых гостеприимных женщин. Она помогла мне навести порядок на мельнице и обустроиться. С тех пор мы стали лучшими подругами.

— Судьба — это громко сказано, но да, я думаю, что в том, что наши пути пересекались дважды, есть предзнаменование свыше. За пять дней проведенные с Финном, я многое о себе узнала. — Я на секунду призадумалась. — Это был не простой урок на терпение, терпимость, принятие и прощение.

— Да, не сомневаюсь. — Карина отдала мне Мариту и вернулась на кухню, чтобы найти для нас какие-нибудь угощения. — Что он имел в виду, говоря о том, что соблазнил бы меня? — спросила она с тронувшей ее губы улыбкой.

Я поцеловала Мариту в волосы и села за огромный кухонный стол.

— Финн просто очень интересуется женщинами, и он прав — ты прекрасна.

Карина фыркнула.

— Ха, видел бы он меня до рождения детей. Теперь на моем теле все кажется большим и обвисшим. — Она засмеялась и вскинула руки вверх.

Поставив локоть на стол, я подперла подбородок рукой и озвучила мысли вслух.

— Финн, кажется, отличается от других северян, с которыми я знакома. Интересно, почему?

— И в чем отличие? — спросила Карина и откусила от печенья большой кусок.

— Ну… — я склонила голову набок и задумалась над тем, что до сих пор наполняло мою голову лишь поддернутыми туманной дымкой мыслями. — Помнишь, я говорила тебе, что в Северных землях была женщина, с которой мне удалось пообщаться? Кристина, археолог, которая тоже была жителем Родины?

— Да, я помню, ты говорила о ней.

— По словам Кристины, мужчины Севера сражаются насмерть на турнирах, чтобы быть с одной из немногих женщин, которые там рождаются.

— Какая жестокость, — прокомментировала Карина. — Продолжай.

— Дело в том, что если для них так престижно иметь жену, а Кристина говорила, будто все они были сосредоточены на поиске одной единственной женщины, то почему Финн другой?

— Понятия не имею. — Карина взяла еще одно печенье, не сводя с меня глаз. — И какая у тебя теория?

— Моя теория заключается в том, что либо Кристина ошибалась, либо Финн — аномалия, — заключила я. — Он не заинтересован в поиске только одной женщины. Подозреваю, что он хочет быть с огромным количеством женщин.

— Ты говоришь так только потому, что он назвал меня красивой? — спросила Карина, пережевывая последний кусочек печенья. — Пожалуйста, скажи, что это не имеет никакого отношения к тому факту, что он приставал ко мне, а не к тебе? — спросила она. — Ты не должна принимать это близко к сердцу. Может, я просто больше в его вкусе, чем ты.

— Хотела бы я, чтобы все было так просто, — ухмыльнулась я, — но он постоянно ко мне пристает. Если бы мы с тобой захотели заняться с ним сексом, гарантирую тебе, что Финну было бы все равно, с кем из нас он бы им занялся.

Карина слизнула крошки с губ и наклонилась.

— По-моему, его интерес отчасти лестен, но все же странно, что он думает о нас в сексуальном плане. Кто так делает, и даже хуже — признается в этом?

Я рассмеялась.

— Просто мужчины Севера отличаются от нас. Они все еще придерживаются старомодной идеи, что женщины и мужчины должны заниматься сексом.

— Зачем? Разве у них нет секс-ботов?

— Да, есть, но Финн объяснил мне, что они используют их только потому, что у них нет доступа к настоящим женщинам.

Карина пренебрежительно махнула рукой.

— Это он так думает, но ты можешь объяснить ему, что он ошибается. Если бы секс между мужчинами и женщинами был лучше, люди на Родине занимались бы сексом друг с другом, так ведь?

Я нахмурилась и медленно кивнула.

— Наверно.

— У нас есть возможность испытать близость с людьми, но мы по-прежнему предпочитаем роботов; это должно о чем-то говорить.

— Верно, — кивнула я головой. — Но знаешь ли ты кого-нибудь, кто занимался сексом с мужчиной?

На лице Карины медленно расплылась улыбка.

— Да, и она не была впечатлена. Мужчине надоело заниматься с ней оральным сексом, и он остановился до того, как она дала ему на это разрешение.

— Кто это был? — спросила я, но Карина не ответила.

— Я поклялась, что никому не скажу. Она стесняется этого и не хочет, чтобы люди думали, что она какая-то натурофилка. Это был просто юношеский эксперимент. Мы не должны осуждать ее за это, — склонила голову Карина. — Хотя ты бы не стала кого-то осуждать.

— Не стала бы, — подтвердила я.

— Дело в том, что моей подруге такой секс не очень понравился, и она сказала, что это было мерзко.

— Мерзко?

— Кажется, она использовала слова «мокро» и «липко».

Я откинула голову назад и нахмурилась в замешательстве.

— Почему мокро и липко?

— Не знаю. Мне следовало расспросить поподробнее, — сказала Карина, пожав плечами. — Но я уверена, что Финн ошибается, если считает, что секс с женщиной лучше, чем с секс-ботом.

Я порывалась упомянуть о том, что Финн провел здесь достаточно времени и был с пятью женщинами. По-видимому, оставалось еще немало натурофилов, которым не претила идея переспать с человеком.