Соблазнитель (ЛП) - Пир Элин - Страница 52

— Знаешь, Шелли, — бросил Марко с усмешкой. — Я бы хотел посмотреть на вещи с твоей точки зрения, но, похоже, я не могу засунуть голову настолько глубоко в свою задницу.

Я как раз собирался попросить его быть поласковее с Шелли, но она ответила прежде, чем я успел открыть рот.

— Очень мило, Марко, продолжай говорить, и, быть может, когда-нибудь ты скажешь что-нибудь умное!

Как только дверь за ними закрылась, остались только Арчер, Кайя, Афина и я.

— Хорошо, теперь мы можем поговорить, — сказала Кайя. — Объясни-ка, Финн, что ты имел в виду, когда сказал, что назревает война?

Мы с Арчером обменялись взглядами. Он знал, о чем я говорил, а вот тот факт, что женщины не поняли этого, красноречиво говорил об их пацифистском мышлении.

— Хан находиться под колоссальным давлением, — начал я. — Наша нация ждала, что произойдет нечто подобное, и теперь, когда граница частично разрушена, это наш шанс снести ее и вернуть власть, в которой мужчинам было отказано на протяжении веков.

Афина и Кайя потеряли дар речи, но плечи обеих поникли, а брови сошлись на переносице.

— Единственное, что останавливает нас от вторжения на данный момент, — это Перл.

— Перл? — сказала Афина. — Потому что Хан прислушивается к ней?

Арчер кивнул.

— Хан знает, что война против Родины будет стоить ему брака, именно поэтому он колеблется.

Голос Кайи дрожал, когда она заговорила.

— Что ж, скажи ему, что все мы, женщины с Родины, встанем на сторону Перл. Если вы вторгнетесь на Родину, мы никогда вам этого не простим. И не сможем здесь остаться.

Арчер отпрянул назад.

— Это нечестно. Не я принимаю решения за Хана, так почему же ты собираешься бросить меня из-за решения, которое принимает он?

— Не только я; Кристина, Рейвен и все дети. Мы все покинем Северные земли! — У Кайи слезы стояли в глазах, когда она подняла руку и указала на меня. — Финн, я знаю, что Хан прислушивается к тебе и Боулдеру, так что вам двоим лучше убедить его держаться подальше от Родины.

— Мне кажется, ты не понимаешь. Хан собирается воевать либо за Родину, либо против нее.

— Что? — Кайя покачала головой. — Но он правитель; на что бы ни решились Северные земли, это зависит от него.

— Для десятков, если не сотен северян, это будет выглядеть иначе. Если он будет сидеть сложа руки и позволит Родине восстановить стену, его линчуют через неделю.

— Но, но… — Кайя была не в состоянии составить связное предложение.

— Единственный вариант — это переговоры, — заявила Афина. — Должен быть достигнут компромисс.

— Вот именно! Поэтому Хан хочет, чтобы его советники были рядом с ним. Несколько часов назад он и Перл разослали по стране сообщение, призывая всех сохранять спокойствие.

— Мы можем его увидеть? — спросила Кайя.

Я прокрутил для них видео, мой браслет спроецировал клип с Ханом и Перл, стоящими бок о бок с суровыми выражениями лиц.

— Сегодня произошло разрушительное землетрясение, — объявил Хан. — Нам повезло, что на нашей стороне границы никто не погиб. Однако Родина пострадала. Тысячи людей остались без крова, были потеряны драгоценные жизни. — Хан нахмурил брови. — Я знаю, что часть границы между нашими странами разрушена, и для тех из вас, кто планирует пересечь границу, я хочу сказать вот что. Родина не беззащитна, все мужчины, которые сегодня пересекли границу, были схвачены.

Хан расправил плечи.

— Как вы все знаете, между Родиной и Северными землями уже начался постепенный прогресс интеграции. Многие говорили мне, что это землетрясение — прекрасная возможность для Северных земель оккупировать Родину, но действительно ли мы хотим силой захватить то, что можем получить добровольно, если проявим терпение?

Ясные голубые глаза Перл смотрели прямо в камеру, когда она заговорила.

— Сейчас не время наносить удар раненому соседу, а время проявить человечность, цивилизованность и милосердие. — Она сделала паузу и добавила. — Я сражалась в Совете Родины и бросила вызов всем слухам, которые процветают на Родине о том, что северяне — жестокие монстры. Я утверждала, что вы хорошие и гордые люди с высоким уровнем достоинства и чести. То, что вы сделаете в это кризисное для Родины время, определит, была ли я права.

Настала очередь Хана.

— Сейчас мы в состоянии выдвигать требования, которые ускорят процесс интеграции, и я призываю вас сохранять спокойствие и ничего не предпринимать, пока я стараюсь во благо нашей нации.

Видео закончилось, и в столовой воцарилась тишина.

— Думаешь, ваши люди послушают? — спросила меня Афина.

— Надеюсь на это, но многие в отчаянии и хотят получить свой кусок пирога незамедлительно. — вздохнул я. — Магни и его войска будут заняты патрулированием границ и охраной Серого особняка. Все, на что мы можем надеяться, это на то, что переговоры с Советом Родины пройдут хорошо и что у Хана будет достаточно обещаний, чтобы успокоить мятежников.

— Ему понадобится гораздо больше, чем обещания, — заявил Арчер. — Он должен предоставить им женщин, многим из них.

— А как насчет всех тех женщин, которые хотят выйти замуж за северян? — спросила Афина. — Мы видели их в новостях.

Я заерзал на своем стуле.

— Да, но, к сожалению, Совет не позволит им сюда приехать. Они настаивают на проверке этих женщин, и думаю, рассчитывают их отговорить.

— По-моему, это не плохая мысль, — сказала Афина, чуть нахмурившись. — Некоторые из этих женщин казались немного неуравновешенными.

Арчер фыркнул.

— Совет боится, что нас станет больше, если у нас будет слишком много женщин, способных родить нам детей.

— Верно, — кивнула Афина. — До тех пор, пока вы представляете опасность для Родины, они не позволят вам расти в численности.

Я откинулся назад и скрестил руки на груди.

— Однако разрушение пограничной стены все меняет. Я поговорил с Магни и со всеми северянами, которые сегодня пересекли границу, теперь мы точно знаем, какая система обороны на Родине. Она эффективна, но Магни говорит, что у нее есть слабые стороны, которые мы сможем изучить, и что Совет уже должен был догадаться об этом. Это пощекочет им нервы, вам не кажется?

Афина и Кайя обменялись тревожными взглядами.

— Позвольте мне сформулировать иначе, — произнес я. — Никто не хочет войны, но рано или поздно эта стена рухнет, а поскольку местами она уже разрушена, похоже, войны не избежать.

— Но, Финн, Родина к этому не готова. Ты не понимаешь, какую массовую истерию это вызовет среди нашего народа, — сказала Кайя с широко открытыми глазами. — Я полностью поддерживаю интеграцию наших наций, но если она произойдет слишком быстро, то потерпит неудачу и не принесет ничего, кроме боли и страданий.

— Сомневаюсь. Я только что провел десять дней на Родине, и ваш народ меня полюбил, — возразил я.

— Полюбили тебя не все, — поправила Афина. — Многие просто наблюдают за происходящим с подозрением и страхом. Есть большая разница между приветствием пяти северян и тысячами.

Арчер потер лицо.

— Я счастлив, что в данный момент я не Хан. На его плечи ляжет тяжелый груз, это уж точно.

Глава 32

Переговоры

Финн

Афина отказалась остаться в школе, когда я рано утром отправился в Серый особняк.

— Я хочу помочь, — настаивала она. Несмотря на то, что я не был уверен, что она может чем-то поспособствовать, это меня вполне устраивало, поскольку я чувствовал себя не комфортно, оставляя ее вне поля своего зрения.

— Слава Матери Всего живого, что ты здесь, — воскликнула Перл, когда я представил ей Афину. — Эта комната битком набита волками, твоя мудрость и миротворческие навыки станут желанным подкреплением для этой группы.

— Я так рада снова с тобой встретиться, — сказала Афина и склонила голову перед Перл. — Когда нас обменяли на границе, я была огорчена тем, что ты заняла мое место в качестве заложника.

Перл взяла Афину за руки и тепло ей улыбнулась.