Жестокие наследники (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 73

Великая Геджайве, здесь кто-то был? Прибыл ли кто-то для того, чтобы вытащить нас отсюда? Я вскочила на ноги, адреналин забурлил во мне. Я бросилась к Римо, затем мимо него. Мы уже бежали по центральному проходу как раз в тот момент, когда появились Кира и Куинн с затуманенными глазами и копьями в руках.

Вскоре они уже бежали рядом с нами. А рядом с Римо бежал Круз, взметая ногами песок. Единственного, кого не хватало, был Кингстон. Вероятно, он прятался, чувствуя, как по нему звонят колокола смерти, потому что, если бы мы были на пути домой, его бы судил и казнил на этот раз мой отец.

Когда мы прорвались через линию деревьев, густой дым заволакивал небо, а осколки металла и стекла уже усеивали песок. Из-под изогнутого листа металла донёсся стон. Я подбежала к нему и подняла его.

Моя хватка ослабла, и кусок металла, который прикрывал новоприбывшего, перевернулся и закачался у моих босых ног. Шок скрутился в моей груди, и вздох наполнил мой рот. Я упала на колени, шаря руками по распростёртому телу.

— Джия? Джия!

Из тонкого пореза на её скуле сочилась кровь.

— Джия? — мой голос дрогнул от шока.

Её ресницы затрепетали, а затем её прекрасные серые глаза остановились на мне, и её дрожащие губы приоткрылись, произнося моё имя. Она приподнялась на локтях, а потом приняла сидячее положение, и мы обнялись. И хотя я должна была прийти в ужас от того, что означало её присутствие здесь, я была чертовски рада, что она пришла.

Я пригладила её длинные каштановые волосы. Её локоны были настолько покрыты коркой соли и спутанные, что почти напоминали дреды Киры.

— Великая Геджайве, Амара, я думала, что никогда тебя не найду.

Всё её тело внезапно напряглось, и она оттолкнула меня.

— Подожди. Неужели я мертва? Так вот почему…

Я улыбнулась неуверенной улыбкой, настолько полная эмоций, что моё тело затряслось, хотя мир вокруг нас наконец-то затих.

— Ты не мертва. Поверь мне.

Я убрала прядь волос, прилипшую к её мокрой щеке.

— Это последняя камера. Вот почему поезд взорвался.

Шок отразился на её осунувшемся лице. Несмотря на то, что она ни разу в жизни не была бледной, её кожа стала белой как кость.

— Джия, как ты нашла это место?

— Джош. Он позвонил мне. Спросил, есть ли у меня от тебя какие-нибудь новости, — она судорожно глотнула воздух. — Мы не знали, что с тобой случилось. Мы думали… мы думали, что Грегор заставил Римо похитить тебя и уничтожил обе ваши Инфинити, чтобы мы не смогли отследить тебя, но Грегор… он сказал… он сказал, что никогда не приказывал своему внуку делать это. Он сказал, что если Римо забрал тебя… то это было не по его приказу.

Она снова втянула воздух.

Я потерла место между её лопатками, пытаясь успокоить её.

— Кто-нибудь знает, что ты здесь?

— Сук.

Её нижняя губа приподнялась над верхней, как это всегда бывало, когда её сердце было готово разбиться.

— Н-но этот багва решил последовать за мной внутрь.

Она вздрогнула.

— Он здесь?

Я обвела взглядом мешанину из песка и деталей поезда в поисках другого тела, но такового не обнаружила. Умер ли он при ударе? Неужели он очнулся на грязевом поле?

— О, Амара… — слёзы потекли по её щекам, разжижая кровь. — У него ничего не получилось. Он…

Она поперхнулась, затем издала душераздирающий вопль.

Моя кровь заледенела.

— Он съел яблоко? — спросила я. Мой тон звучал бесстрастно.

Она шмыгнула носом, затем пискнула:

— Яблоко? — она провела ладонями по щекам, размазывая кровь. — Нет. У него аллергия на яблоки. Пистри поймал его.

Улыбка появилась на моих губах, вскоре превратившись в неудержимое хихиканье.

— Великан, трехголовый… почему ты смеешься? Он мёртв, Амара. Сук мёртв.

— Нет, это не так.

Я попыталась успокоиться. На самом деле, я действительно попыталась, но мои нервы были настолько расшатаны, что я не могла с ними справиться.

— И я смеюсь, потому что никогда не позволю Суку смириться с тем фактом, что его загрызла акула.

Она нахмурилась, её брови почти сошлись на гладком лбу.

— Я видела, как он превратился в дым!

— Когда ты умираешь в этом месте, ты воскресаешь. Бесконечно. Поверь мне. Плавали, знаем, — я пришла в себя. — Если только ты не съешь яблоко. Затем…

Мой взгляд поднялся к свободному кругу сокамерников. Кингстона всё ещё не было среди них.

Джия вытянула шею, наконец, заметив, что мы не одни. При виде Римо её губы сжались в тонкую линию. Однако при виде Круза они раздвинулись ещё шире. Она резко обернулась и уставилась на меня, разинув рот. Её серые глаза были карикатурно большими, несмотря на припухшие от слёз веки.

— Я только что видела?.. Я?.. Это?..

— Круз Вега? — помогла я.

Её челюсть отвисла ещё больше.

— Ты что, шутишь? — она зашипела.

— Нет.

— Он настоящий?

— Круз?

Я согнула палец, подзывая его к нам.

Сначала он даже не отреагировал на своё имя, но потом моргнул, вырвавшись из оцепенения, и направился к нам своей медленной, размеренной походкой.

— Можешь ли ты сказать что-нибудь Джии, чтобы она могла смириться с тем фактом, что ты не плод её воображения?

Он присел на корточки, затем протянул к ней руку.

— Привет, Джия. Я не плод твоего воображения. И мне очень приятно с тобой познакомиться.

Она переводила взгляд с его протянутой руки на открытое лицо.

— Я думаю, она слишком потрясена, чтобы пожимать руки, — сказала я ему.

Она резко подняла глаза на меня, затем снова посмотрела на него.

— Почему ты выглядишь так, как будто ты… как будто ты… как мы?

Вздохнув, он сказал:

— Предполагаю, что это магия.

Её глаза расширились, что, честно говоря, казалось мне невозможным, учитывая их нынешнюю ширину.

— Нима собирается… о, великая Геджайве, она собирается…

Казалось, она не могла найти слов, чтобы закончить предложение.

— И мой дядя. О, Небеса…

Зелёные глаза Круза скользнули по её лицу, он улыбнулся, хотя, казалось, ему было больно это делать. Был ли это разговор о Лили или о том факте, что, несмотря на то, что она унаследовала более точёные черты лица своего отца, более тёмные волосы и медовый оттенок кожи, её глаза и губы в форме бантика были такими же, как у её матери?

— Сколько клеток назад умер твой брат? — спросил он.

Её брови изогнулись, как будто она вот-вот снова сорвётся.

— Две.

Я заправила прядь волос ей за ухо.

— Ты прошла через целый мир в одиночку?

Её опухшие веки закрылись, и она вздрогнула.

— О, Амара, — когда её веки снова поднялись, её глаза заблестели серебром. — Это было так ужасно. К тому же, я думала… я думала, что Сука больше нет. Навечно. И я не думала, что когда-нибудь найду тебя, и…

Она снова разрыдалась, поэтому я притянула её к себе и прижала её голову к своему подбородку.

— Ты должна отвести её к водопаду. Приведи её в порядок, а потом отведи в пещеры, — Круз замолчал, словно желая избавить мою кузину от новостей о мохнатых монстрах, которые вот-вот обрушатся на нас. — Они не нападают внутри личных пещер.

Я кивнула, затем встала и помогла ей подняться, но она пошатнулась, и, несмотря на худобу, она весила больше, чем могли унести мои усталые руки. Римо, стоявший рядом, бросился к нам и поймал её за руку, прежде чем она успела упасть.

— Спасибо, — одними губами произнесла я.

Когда она поняла, чьи руки были на ней, она испугалась и отскочила в сторону, наткнувшись прямо на Круза.

— Полегче, Джия, — мягко сказал Круз.

— Как получилось, что Римо тоже здесь? — моя обычно спокойная двоюродная сестра говорила не так уж тихо: — Он силой запер тебя в тюрьме своего деда?

Лёгкая улыбка тронула мои губы.

— Хочешь верь, хочешь нет, но этот багва последовал за мной.

— Опять багва, — упрекнул Римо, хотя выражение его лица было весёлым.

— Ты хотя бы знаешь, что это значит? — огрызнулась Джия.