По требованию герцога (ЛП) - Хэррингтон Энн - Страница 27

7 глава

Час спустя Себастьян не только успел станцевать с несколькими женщинами из своего списка, он также мысленно вычеркнул большинство их имен. О, они, безусловно, все были прекрасны, все изящны, но, что досадно, каждой не хватало… чего-то. Чего-то неопределенного, он даже сам не понимал чего именно.

Хуже было то, что из-за того, что он танцевал сегодня вечером больше, чем на любом балу с тех пор, как он унаследовал, слухи о том, что герцог Трент ищет себе жену, распространились молниеносно. Все мамы и их дочери брачного возраста пришли в неистовство. Из-за чего ему казалось, что за ним охотятся.

Кстати о добыче… Миранда.

Даже когда он танцевал, он не мог не заметить все внимание, уделяемое ей сегодня вечером джентльменами, которые собирались вокруг нее, как овцы, борясь за ее внимание. Или за танец. Или за одну из ее восхитительных улыбок. Или за кокетливое порхание ее веера, которое раздражало его каждый раз, когда он видел, как она взмахивает им рядом с джентльменом, который с ней разговаривал.

Это чертовски раздражало. Как он мог сосредоточиться на поиске жены, когда она вела себя так беспечно? Так кокетливо. Так счастливо. Разве она не осознавала, какое внимание привлекает?

Кроме внимания Роберта.

Глаза Себастьяна сузились, глядя на брата через комнату. За всю ночь он почти не отходил от мисс Морган, и даже сейчас они вели тихую беседу у открытых французских дверей, ведущих на темную террасу. Роберт весь вечер почти не замечал Миранду. Его внимание было обращено только на потрясающую дочь генерала. И, кажется, он пытался убедить ее присоединиться к нему в саду на несколько минут наедине.

Понимая, что сейчас нет смысла прерывать Роберта, чтобы напомнить ему о его обязанностях перед Мирандой этим вечером, если только он не хочет, чтобы они двое подрались, Себастьян схватил стакан пунша с подноса проходящего лакея и направился через бальный зал.

Миранда стояла к нему спиной, когда он подошел к ней, и полукруг мужчин, собравшихся вокруг нее, рассыпался по мере его приближения. Умные мужчины. Сегодня он был не в настроении иметь дело с кучкой самопровозглашенных коринфян, охотящихся на невинную деревенскую девушку вроде Миранды. Он точно знал, чего они от нее хотят, и речь шла не о рыбалке.

Ее спина напряглась, как будто она почувствовала его приближение до того, как увидела его. — Трент.

— Мисс Ходжкинс.

Не в силах сдержать слегка раздраженный тон своего голоса, он протянул:

— Я вижу, сегодня у тебя появилось несколько новых друзей.

Каким-то образом ей удалось встретиться с ним лицом к лицу, закатить глаза и одновременно надменно покачать веером жестом организованной наглости, с которым половина светских дам еще не овладела. Увидев ее, стоящую в своем прекрасном платье, ее зеленые глаза, сияющие в свете люстр, и ее нос с веснушками, он не мог не улыбнуться. От чего выражение ее лица стало еще более раздраженным.

Просто назло ему она сделала глубокий реверанс.

— Ревность вам не к лицу, ваша светлость, — отчитала она его снисходительно,

Ревность? Эта девушка совсем с ума сошла.

— Я не ревную.

Он предложил ей стакан пунша и многозначительно добавил:

— Я просто осторожен.

Судя по тому, как она приподняла бровь, не принимая протянутый стакан с пуншем, он почти ожидал, что она спросит, не отравил ли он его. Вместо этого она приняла его.

— Спасибо.

— Тебе весело?

Он искренне хотел знать.

Медленная улыбка расплылась по ее лицу, та же сияющая улыбка, которой она не менее десятка раз за последний час одаривала мужчин, ищущих ее внимания. Но когда она направила эту улыбку на него, он почувствовал, как она пронзила его насквозь, вплоть до пальцев ног в его гессенских сапогах. И тогда он понял, почему так много мужчин собралось вокруг нее сегодня вечером. Просто ради ее улыбки.

— Очень, — мягко сказала она. Затем она наклонилась ближе, как будто делилась сокровенным секретом.

— О, Себастьян, это самая чудесная ночь в моей жизни!

Он почувствовал тепло в груди, а искорки в ее глазах захватили его воображение. Она была так полна жизни и энергии, наполнена счастьем и радостью… и все из-за бала, подобного любому из дюжины или около того грандиозных балов, которые будут проводиться в этом сезоне. Для половины присутствующих барышень сегодняшний бал был просто скучным вечером в длинной череде сезонных мероприятий. Но для Миранды это была сказка.

— Я рад, — ответил он таким же заговорщическим голосом.

— Ты заслуживаешь особенной ночи.

Затем он сделал паузу, осторожно спросив:

— А твой первый вальс? Его кто-то занял?

Она кивнула с широкой улыбкой.

— Да, Роберт.

— Хорошо.

Он должен был почувствовать облегчение оттого, что его брат вызвался выполнить свой долг. Вместо этого он беспокоился, что волнение, которое она испытывает, заставит ее снова нервничать, и он не думал, что его брат сможет вынести еще один разговор о Джоне Мильтоне или бельгийском кружеве. Затем он проинструктировал ее, несмотря на странное сжатие в груди:

— Не бойся веселиться с ним.

— Веселиться? — повторила она с преувеличенным обиженным видом.

— Я думала, что должна вести себя сегодня до боли порядочно и избегать любого потенциально скандального поведения с джентльменами. Не привлекать к себе излишнего внимания, не выходить на террасу или в сад, не оставаться наедине с каким-либо джентльменом

Она дразняще повторяла его предыдущие предупреждения, насмешливо невинно взмахивая веером.

— Не делать… ничего.

Его челюсть сжалась. Дерзкая болтушка.

— Роберт не в счет. Он Карлайл.

И, к несчастью для Миранды, что-то вроде ее няни сегодня вечером, учитывая как мало его брат, казалось, уделял ей внимание, когда приехала мисс Морган.

— Этим летом мы твои опекуны. Нам разрешено проводить с тобой время наедине. Когда он увидел, что ее брови начали изгибаться в знак протеста против этого неписаного правила общественного приличия, он вмешался:

— Просто будь с ним самой собой.

Тень упала на ее прекрасное лицо.

— Но в этом и вся проблема, не так ли? Я всегда остаюсь собой, когда нахожусь рядом с ним, а это никогда…

Ее глаза расширились, когда ей в голову пришла идея.

Сердце Себастьяна пропустило удар. Всякий раз, когда у Миранды появлялось такое выражение лица, за этим всегда следовали неприятности.

— Возможно, мне не следует быть собой.

Ее тело заметно напряглось, когда она размышляла над этой мыслью, как будто внутри нее закрутилась спираль возбуждения, готовая к прыжку.

— Возможно, мне следует быть с ним леди Розой и…

— Нет.

Она уставилась на него, удивленно моргая в ответ на его реакцию.

О боже. Неожиданная сила этого одного слова удивила даже его.

— Веселье, — поправил он, немедленно успокаиваясь и подавляя все безумие, которое только что охватило его при ее упоминании о леди Розе. С Робертом.

— Не скандал.

К счастью, оркестр дал сигнал к началу первого вальса, что дало ему повод уйти, прежде чем он скажет что-нибудь еще, что сделает его похожим на ревнивца. А он, конечно, им не был. Нисколько.

— Твой первый светский вальс начинается, мисс Ходжкинс.

Он взглянул через ее плечо. Он не заметил Роберта в толпе поблизости, но он уже наверняка пробирался через толпу к Миранде. Так же, как ему нужно было добраться до леди Джейн.

— Наслаждайся.

Но не слишком сильно.

С невысказанным предупреждением, витающим в воздухе между ними, он пробирался сквозь толпу, чтобы найти Джейн, которая стояла в окружении своей группы поклонников в стороне от бального зала. Ее глаза искали его поверх раскрытого веера, в то время как она что-то шептала своей сестре.

Но когда оркестр перешел на вступительные ноты танца, он оглянулся через плечо и обнаружил, что Миранда все еще стоит там, где он ее оставил, а Роберта нигде в комнате не видно. Себастьян тихонько выругался.