"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 1077

– Пусть так, – он принял обвинение без споров и продолжил для меня: – Во-вторых, я готов внести плату за твою учебу, Кларисса. Не из-за тебя, а из банальной справедливости. Нельзя учить дракона на факультете, где учат бездарей.

– Какое щедрое предложение, – я не спешила радоваться. – И ощущается какое-то требование к такой услуге.

– Никаких требований. Если я что-то о тебе и понял, так только то, что бесполезно от тебя чего-то требовать – все равно выкрутишься, соврешь, изобразишь или убежишь, прикрывшись смущением.

– Тогда предложение еще более щедрое, – я не могла отпустить скепсис. – А я слышала, что драконы жадные.

Сат вместо ответа неожиданно широко улыбнулся – я вообще не поняла подтекст и переспросила:

– Это не так? Драконы могут что-то отдавать без счета и требований?

Он продолжал улыбаться, как если бы ждал, что я сама придумаю ответы на свои вопросы. Но мне объяснила Данна, опять кривя губы, но уже в адрес родственника:

– Ты так и не поняла, Кларисса? Дракон не отдаст ничего своего, уж особенно без счета. Но это не значит, что дракон не рад инвестировать в свое же. Нашел себе приятную вещицу и скорее испепелит здесь все вокруг, чем допустит, чтобы вещицу отчислили только из-за того, что у нее нет денег на учебу! Понадобится тебе больше – он достанет больше. Потому что это проще, чем отпустить свое.

– Как грубо, Данна, – отозвался Сат, но все с той же улыбкой.

– Спасибо, что объяснила, Данна, – моя реплика прозвучала куда искреннее. – Пугающий расклад, если честно. И как же мне выпутаться из такой зависимости? Дождаться срока конца сделки?

– Как повезет, – эйра косилась на Сата. – И давай честно – ты сама виновата. Если бы не ввела сразу в заблуждение, такого чувства бы и не возникло! Мы не относимся к драконам как ко всему остальному. И вот не знаю, сколько уйдет времени на перестройку.

– Данна, – Сат с усмешкой ответил ей, продолжая смотреть на меня. – Ты ведь в курсе, что я тут сижу?

– А я тоже тут сижу! – выпалила она. – Как единственный позыв совести! Кларисса очень меня взбесила, и мне она никто. Но она дракон, а не сундук с золотом. И я буду зудеть твоей совестью до тех пор, пока и ты этого не осознаешь! Не нравится, господин Дикран? Так будешь вынужден слушать госпожу Дикран, – она снизила тон и заговорила мягче: – Сат, угомони внутренних бесов, хотя я и могу тебя понять. Вопиющая ситуация, к которой тебя подтолкнули, но угомони. Ты ведь понимаешь, что Кларисса не может называться твоей служанкой или вообще твоей? Она теперь, к примеру, хоть за наследного принца замуж может выйти – он не эйр, как ты помнишь. Вот увидит, познакомится и возьмет ее замуж! Не припомнит ли потом тебе корона эту жадность? Я уж не говорю о тысяче других вероятностей!

– Пусть попробует, – Сат воззрился на нее в оцепенении. – Пусть попробует – и корона увидит, на что способен эйр, когда берут то, что принадлежит эйру!

Данна охнула и перекинулась на меня:

– Сама виновата, сама! Кто ж тебя в эту несуразицу впутал? Кто тебя вообще надоумил взывать к самому древнему нашему инстинкту? Ведь это и твой инстинкт тоже, пусть не так развит, как у эйров! Сказала бы сразу – твое оскорбление не было бы воспринято так остро. Но ты специально даешь слово служить – и что, по-твоему, должно было произойти в голове чистокровного? Особенно того, кому ты небезразлична, а? Будь ты честна, сейчас бы Сат бегал за тобой влюбленным мальчишкой и переживал бы о том, какими словами сообщить о ваших отношениях семье. Тоже ничего хорошего бы не вышло, но по крайней мере он сразу бы рассматривал тебя как свободную личность, на которую не может заявлять права!

– Кто влюбленный мальчишка? – уловил Сат.

– Да есть тут один! Не знаешь, каково это – влюбиться в сундук золота?

В этой нелепой перепалке надо было поставить какую-то точку, за что я и взялась:

– В общем, так. Данна, спасибо за поддержку, я ее ценю. Сат, я, наверное, просто осознать не могу, что происходит в твоей голове – во мне слишком мало вашей крови, чтобы представить эту запущенность. У меня ничего подобного нет и никогда не было. Но я подписалась служить до конца семестра, и слово свое не нарушу. Сразу же после я ничего тебе не должна. Я не называлась твоей вещью или твоим сундуком с золотом, потому просто прими как факт. Приношу извинения за то, что сразу не сообщила. Я действительно и понятия не имела, что у вас вот так все происходит. За предложение тоже благодарю, но пока вообще не готова это обсуждать… особенно после услышанного. Так понимаю, согласись я на такую помощь, у тебя вообще чувство собственности разрастется до боевой драконьей формы. Мне в любом случае нужно завтра встретиться с сестрой и обсудить с ней все, что произошло. Надеюсь, хоть она поможет осознать.

Я просто встала и ушла, пока не услышала что-то еще. Часть про влюбленного мальчишку меня вообще очень смутила, хоть и прозвучала от постороннего человека, но с такой уверенностью, как если бы Данна была в этом вопросе категорична.

Кларисса за воротами меня не встретила, ее повозки на привычном месте не оказалось. Возможно, она решила, что моя работа по выходным растянется на несколько недель. Но разговор с ней откладывать дальше было нельзя, потому я отправилась пешком и до нужных апартаментов добралась уже к обеду. Если хозяйки нет дома, то все слуги меня знают в лицо – дадут возможность пройти и накормят.

Однако Кларисса оказалась дома. Она с дикими глазами уставилась на меня в приемной и зашептала спешно:

– Мои родители приехали. Не ляпни лишнего…

Она развернулась, открывая меня сидящим в роскошных креслах мужчине и великолепной женщине, на которую Кларисса была очень похожа. Теперь понятно, почему сама Кларисса не явилась на встречу, и я тут оказалась не к месту. Но она держала тон вежливости, зачем-то представив:

– Мам, пап, это Лорка. Мы учимся вместе, хотели сегодня прогуляться. Лорка, ничего, если на этот раз отменим планы?

– Конечно-конечно, – я сразу отступила назад, чтобы не мешать семейной встрече.

Но на мое появление родители не обратили никакого внимания – заботило их нечто намного более важное, чем какая-то сокурсница. Тристан Реокка, о котором я знала только по рассказам, говорил грозно и зычно:

– Моя дочь дракон?! Почему я об этом узнаю из письма от ректора? От совершенно постороннего человека!

– Дорогой! – женщина говорила более спокойно, хотя и ее голос дрожал. – Я сама пребываю в таком же удивлении.

– В удивлении она пребывает! – Тристан так говорил, будто сильно ругался, но в этом не было уверенности – просто баритон очень глубокий. – Дорогая, а ты ничего не хочешь мне объяснить?!

Вот примерно этот же диалог я где-то уже слышала… Как интересно устроен мир – разные люди в разных городах и абсолютно разных домах, с разным воспитанием и достатком, а говорят те же самые слова, будто вторят друг другу. И поразительно, что грандиозный виток моей жизни, наполненный счастливыми совпадениями и долгоиграющими скандалами, сделав оборот вокруг оси, вернулся к той же самой фразе, с которой начался. Как если бы вообще ничего вокруг не изменилось.

Кроме меня самой.

Тальяна Орлова

Катастрофа на драконьем факультете

Глава 1

Я замерла возле двери в ужасе. Натворили мы дел своим враньем! Когда-то я добралась в столицу из далекого села, как раз после выяснения, что я вовсе не дочь своего отца – самого доброго и замечательного человека на белом свете, но определенно не дракона. И что мама моя – самая прекрасная на свете мама – много чем в жизни похвастаться может, но точно не супружеской верностью. Оттого-то и уродилась ее младшая дочь с примесью драконьей крови. В академию меня не приняли, и тогда Кларисса Реокка, дочь богатого купца, предложила совершить подлог документов: я учусь под ее именем, пока она прожигает жизнь в великолепии и балах. Моя драконья сущность обозначилась очень не вовремя: судьба опомнилась, развернулась и ударила по одной из обманщиц – и даже не особенно промахнулась. В наличии здоровой иронии судьбе не откажешь.