"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 1132

– Вам одного дракона в зятьях будет мало? – ректор не терял самообладания, а выглядел так, словно пытался не расхохотаться.

– Драконов в роду много не бывает, – ответил отец. – Обсудим детали?

– Как-то не вяжется это с вашим предыдущим убеждением, господин Реокка. Одну дочь замуж никак не хотели выдавать, а вторую готовы пинком под венец отправить.

– Во-во! – ожила Кларисса. – Именно так это со стороны и выглядит, послушайте только умного человека. Меня пинком то на учебу, то в удачное замужество. Пап, я вроде тебе и родная, а гнобишь как неродную!

Ректор с Тристаном отложили этот спор до будущих времен – все равно в столицу на помолвку являться, до тех пор и придумают. Сама же Кларисса, которая сразу не хотела учиться ни в какой академии, рвала на себе волосы и покрикивала на меня, что я ей всю жизнь сломала. Улетали мы, оставляя семейство в тревогах.

На обратном пути ректор ошарашил своими выводами:

– Кирсанна – это не имя твоей сестры. Не ее имя, хоть и похожее.

На подобные вопросы я уже отвечала:

– А нас дома всегда другими именами звали, вот и появляются несочетания. Со мной ведь та же история – привыкла к «Лорке», на «Клариссу» такого же отзвука нет.

– Это-то ерунда. Какое мне дело, как зовут твою сестру? Совсем другая забота, что и мать тебе неродная.

Вот этой тонкости я не учла – ректор ведь всегда, с первого взгляда определял родство. Да получше, чем с этим могли справляться лисы! Я прижала ладонь к груди и отчаянно завопила:

– Ка-ак?! Этого не может быть! Я что же, просто какой-то подкидыш?! Папенька ненастоящий – кое-как эту новость пережила, но заодно и маменька? А она сама-то в курсе, что мне неродная? Папа вон сколько лет не догадывался!

Ректор даже не моргнул:

– Как проорешься, объяснишь спокойно – какого беса вы все задумали.

Я мгновенно притихла. Тайну слишком долго не сохранишь – не в этом случае. Сату даже не пришлось меня предавать в этом вопросе, магия справилась. Но я улыбнулась ласково и пообещала:

– Объясню, господин ректор. Прям на свадьбе и объясню – подарочек вам сделаю. У эйров сердце ведь сильное, все сможет перенести? Даже в вашем возрасте? А если до свадьбы не дойдет, тогда вы так и останетесь в счастливом неведении. Чувствуете новый ультиматум?

– О бесы. Мало мне было Великой Змеи в невестах, так за ней еще и семейка пройдох стоит, от которых отделаться будет сложнее, чем от нее самой. Поступим так, Кларисса. Я сейчас к окошку отвернусь, а ты незаметно дверцу отвори и прыгай. Мы как раз над заливом летим. Думаю, море и есть твоя естественная среда обитания. Стань там счастливой и сделай счастливым меня – потеряйся в глубинах.

– А если вы ошибаетесь, и я разобьюсь или утону? – переспросила без интереса.

Он прижал руку к груди так же, как делала недавно я, и заверил:

– Клянусь, что буду плакать ровно три дня по потере недавно обретенной невесты. Или даже четыре. Соглашайся, Кларисса, с моей стороны это невообразимая уступка. Ну что, я отворачиваюсь?

Я немного обиделась:

– Сам вы несмешной, и шутки у вас такие же.

Глава 4

Это моя суть – всегда идти вперед, а уже по ходу дела разбираться со всеми проблемами. И обычно такая стратегия работает. По крайней мере, она намного эффективнее любой тоски и депрессии, которые замораживают и замедляют. Правильнее акцентировать внимание на самом лучшем в жизни и делать вид, что только оно существует, – это ускоряет. А что у меня самое лучшее? Ну, я жива и здорова, с учебы не выгнали, живу в доме самого ректора – хорошо питаюсь и сплю на шелковых простынях… Эх, как-то не прибавляет оптимизма. Но если соединить пару предпосылок – ректора и учебу – то их можно превратить в настоящую удачу!

Вначале поинтересовалась у Данны, где находится кабинет ее отца, уж очень не хотелось заявляться к нему в спальню, а до совместного обеда оставалось еще несколько полезных часов. Не сильно удивилась, обнаружив его примерно в той же обстановке, как в академии. Может, он всю мебель и даже книжные издания в шкафах специально продублировал, чтобы воссоздать антураж одинаковых забот?

– Господин ректор, доброе утро! – начала я вежливо, поскольку на этот раз собиралась не ругаться, а взывать к милосердию. Или ссоре, если милосердия не дождусь.

«Жених» определенно не испытывал той же радости от нашей встречи:

– Чего тебе, Кларисса?

– Заняты?

– Всегда.

– Чем же? – я улыбалась, рассчитывая, что с улыбкой мое вторжение будет выглядеть не наглостью, а приятной необходимостью. – Хоть до начала семестра могли бы отдохнуть! Совсем вы себя не жалеете!

Ректор ответил задумчиво:

– Придумываю, какими ядами тебя можно если не убить, то хотя бы отправить в сон на годы. У тебя есть варианты, как еще сделать нашу семейную жизнь счастливой?

– Шутите опять? – догадалась я. – Кстати, ваш юмор очень однообразен – уже даже не трогает. Я о вас была лучшего мнения! Вы совсем перестали стараться. Это от рабочей усталости!

– К сожалению, шучу, – признал он мою правоту. – Надо всерьез обдумать учебные планы следующего семестра. Мы вынуждены и первый курс набрать, и выпускникам дать возможность благополучно закончить обучение. В конце концов, они не виноваты, что маги взбунтовались и разрушили корпуса… Наверное, самое простое – старшекурсникам пройти оставшуюся программу экстерном и получить дипломы. С первой попытки справятся не все, но хоть немного сократим количество студентов. А теперь большой вопрос – как ускорить подготовку выпускников, но при том не разорвать каждого преподавателя напополам? Или все-таки отложить новый набор на полгода? В этом случае академия потеряет… А я еще не успел посчитать точно, сколько потеряет академия! – Ректор посмотрел на меня и удивился: – Ты все еще слушаешь? Я это тебе рассказываю для того, чтобы ты от скучных разговоров задремала до самого обеда. И даже это не сработало, у меня больше нет вариантов по твоему устранению.

Но я вникала внимательно, а поинтересовалась как можно нейтральнее, хотя и прозвучало неожиданно сдавленно:

– Сат, как понимаю, относится к тем выпускникам, которые пойдут на получение диплома в первую очередь? И так было бы даже в случае, если бы он не отличался успехами в учебе.

– Ты рассуждаешь почти верно. Но только потому, что он действительно один из самых выдающихся четверокурсников. Выглядело бы странно, если бы он не был записан в первый ускоренный поток, – ректор прищурился и добавил с небольшим нажимом. – И я не собираюсь с тобой обсуждать Сата! Ни с кем его не обсуждай. Для тебя теперь открылся весь мир эйров, но Сата Дикрана в нем не существует.

Это звучало почти заботой – не обо мне, конечно, а о любимом племяннике. А ведь я уже почти привыкла переключать мысли, как только они скатывались в эту тему. Ими ведь не только себя замучаешь, но и самого Сата. Не сложилось и не сложилось – с каждым хоть раз в жизни подобное случается. А парень он хороший, для эйра так вообще конфетка, молодой, умный, красивый до судорог, пусть женится на какой-нибудь крысе… Нет, не так, пусть ему достанется самая лучшая из эйр, которая сможет по достоинству оценить его уступчивый характер и широту мышления!

Я с трудом вспомнила, зачем вообще сюда явилась. Уж точно не делать акценты и показывать, что меня что-то не устраивает в чужой судьбе. И заголосила восторженно, как сразу и собиралась:

– Раз Сату запрещено со мной общаться, то извольте – занимайтесь со мной. Начнем с самого сложного предмета, который вы и преподаете. Сама себе завидую, каким репетитором обзавелась! Пусть все студенты локти от зависти кусают.

– Делать мне больше нечего, – ректор указал подбородком на стопку бумаг.

– Нечего! – решила я за него. – Дилемма-то простая. Если мне не помочь, то я с учебой не справлюсь. Если я не справлюсь с учебой – вы меня отчислите. Вы же не можете отчислить собственную невесту?

– Почему же? Очень даже могу.