"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 1140

– Держите меня щупальцами крепче, скользкие товарищи. А то ведь сил нет, как охота попрощаться! Ненавижу эти последние разговоры, терпеть их не могу, но так хочется хоть слово ему сказать. Ведь я совсем не злюсь, что он не потянул время до второго потока сдающих выпускников… Правильно поступил, предусмотрительно! И прощаться тоже незачем – зачем ему настроение перед уходом портить? Как думаете, может, мне к соседу его завернуть? Спросить, нет ли лишнего пера, а то мои иссохли? Или Сат уже уехал, не стал дожидаться утра? Тогда я случайно все лишние перья могу его соседу и в мягкие места воткнуть…

В общем, тот вечер я кое-как пережила и даже не сорвалась. А плохое настроение можно и на женихе сорвать. К нему-то я и шла перед первой парой – сказать, что завидую чужим успехам, то есть мечтаю, чтобы и меня на выпускном курсе блестящей называли, а не средненькой. Потому дорогому ректору придется еще больше со мной заниматься, учителя лучше все равно во всем свете не сыскать.

Но уже в приемной поняла, что выбрала плохое время. Там же мялась Данна и не позволяла секретарю ее выгнать – видимо, тоже заинтересовалась, что за интригующие крики раздаются из кабинета. И раз даже Данне любопытно, то мне любопытно втройне. Теперь помощницу ректора мы в четыре руки на место усаживали и слова не давали вставить. Да и что такого, если мы причины скандала узнаем? Мы же тут все одна семья!

Помощница смирилась до такой степени, что позволила Данне подкрасться ближе и совсем-совсем немного приоткрыть дверь. Прижавшись ушами к поверхности, мы ощущали ее дребезжание от возмущения ректора:

– Ты спятил, эйр! Ты из меня решил все жилы вытянуть?! Кого ты во мне рассмотрел – бесхребетного идиота?

Ответили ему не так громко, но тоже напряженно:

– Даже интересно, что ты в этом случае можешь предпринять, эйр.

Ого, значит, Сат еще академию не покинул. А их эйро-перекличка – верный знак натянутых нервов. Они всегда на нее переходят, когда уже имена друг друга не хотят выговаривать.

– Как что?! – голос ректора снова ударил по двери. – На правах родного дяди возьму тебя за шкирку и провожу до ворот!

– Попробуй. А я вернусь с пунктами из устава, который ты сам когда-то и сочинил. Позволишь цитату, эйр? «В случае блестящей сдачи итоговых испытаний и наличия вакансий руководство академии не вправе отказать претенденту, невзирая на его титулы и ранговое положение». От себя добавлю – у меня еще и с ранговым положением все в порядке, даже чуть лучше, чем моя защита диплома.

– Ключевую фразу пропустил – при наличии вакансий!

– А ассистент с кафедры общей практической магии еще не принес свое заявление? Я полчаса назад с ним договорился.

– То есть дал взятку, чтобы он тебе место освободил?!

– С моей стороны это было весьма грубо. Но, к счастью, в уставе я так и не нашел ни одной отсылки к такому жуткому преступлению. Очень непредусмотрительно с твоей стороны.

Ректор замер – возможно, ненадолго подавился воздухом. И после уже не кричал, однако злости в его тоне звучало еще больше:

– Эйр, для тебя специально восемь мест в министерстве приготовили – на выбор. Зачем тебе рваться в преподаватели при таких исходных данных? Вот я в свое время глупость совершил, до сих пор страдаю. Но у меня хотя бы имеются педагогический талант и научный интерес, которых в тебе чуть меньше, чем ноль.

– Научусь. А пока я проявляю социальную ответственность, как настоящий эйр. Для работы в министерстве я, мягко говоря, слишком молод и неопытен. Почему бы сначала не набраться знаний, а лет через десять уже идти в политики или управленцы?

– Десять лет? – яростно расхохотался ректор. – Она заканчивает через три! И руку дам на отсечение, что как раз после этого ты потеряешь всякий интерес к этой работе!

– Ставки делать не будем, эйр. Я так далеко не загадываю, – Сат еще и улыбаться начал, чем еще сильнее возмутил своего собеседника.

Данна скосила на меня взгляд – будто нашла виноватую. Но действительно, всем присутствующим было понятно, кто такая «она», из-за которой Сат придумал всю эту хитрость. И я от ее взгляда смутилась, словно сама участвовала в организации происшествия. Сату вряд ли могли отказать и раньше, однако он не просто так подстраховывался и пунктами из устава. То есть лишил дядю всех козырей.

– Хорошо! – рявкнул ректор. – Великолепно! У меня самая лучшая академия на свете, если эйры по вечерам моют стеклянные колбы! Вот это штат, я вам скажу, я теперь и уборщиц только из принцесс смогу набирать! Только ты ошибаешься в главном – эта кафедра не имеет никакого отношения к драконьему факультету, то есть ты с моей невестой как был за стеной, так и останешься.

Сат ответил после короткой паузы:

– Ты уже почувствовал, что твои невеста и дочь уже тут? Тогда отвечу сразу для всех заинтересованных. Я и не собираюсь оказаться с ней по одну сторону стены. Но первые годы для нее будут самыми сложными. Особенно с ее характером. Я просто хочу быть там, где в нее кинут очередной столп драконьего огня. Не больше.

– Вот ведь жаль, что я тебя в прошлый раз не добил… – ректор, поняв, что проиграл, заговорил спокойнее. Но вспомнил о нас и закричал уже в сторону двери: – Студентки Дикран и Реокка, живо на лекцию! А то я вас обеих отчислю! От племянника не смогу избавиться, так зайду с другой стороны! А ты, эйр, стой, нам надо обсудить заодно и твою юношескую хроническую отвагу…

Мы с Данной вняли и поспешили убежать. Господин ректор сейчас в таком состоянии, что и дочь может не пожалеть. Замедлили шаг уже в учебном крыле, и Данна сразу принялась меня отчитывать за неимением под рукой Сата:

– Вот в этом вопросе я с папой полностью согласна! Глупость несусветная! Ничего тебе уже не сделают, тревоги лишние. Да и отец тебя защитит в случае чего – это он раньше терялся, но после решения совета и для себя определился. Но Сат просто не может уйти… не может отпустить свое сокровище из виду, хотя больше никогда в жизни к нему не притронется!

– Зачем ты кричишь? – я старалась говорить ровно. – Не я ведь виновата ни в его характере, ни в решении.

– Да потому что ты не влетела в кабинет! Пощечину бы ему залепила, отрезвила бы. Разревелась бы, в конце концов, от мысли, что он не только себе жизнь ломает, но и тебе заодно!

– Разреветься не додумалась, – призналась я. – А что бывает за пощечины эйрам? Руки по локоть отрубают?

– Очень смешно! Единственное, что тебе было нужно, – капля свежего воздуха от бывшего любимого человека!

Я не спорила, потому что за этими нервами признавала ее правоту. Мимо проплыла «Кларисса», благостно улыбнулась и кивнула нам. Вот, хотя бы эта иллюзия в академии в ближайшее время не рассеется. В отличие от всех остальных иллюзий.

Все занятия прошли в раздумьях, я даже пару замечаний за неверные ответы получила. И сразу после последней лекции снова поплелась в ректорат – уже не для того, чтобы за счет ректора поднять себе настроение, а попытаться поднять настроение ему. Вернее, нам обоим.

На этот раз он был один, да и секретарь будто меня дожидалась, сразу кивнув, чтобы проходила внутрь. Я вошла в кабинет и без приглашения села напротив большого стола. Не стала дожидаться, когда господин Дикран отвлечется от дел – подобного и не дождешься:

– Послушайте, господин ректор, думаю, что должна сама поговорить с Сатом о произошедшем. А с вами советуюсь, чтобы он точно послушал… – я замолчала, но мужчина так ничего и не ответил, потому пришлось объяснять, углубляясь в личное: – Не буду врать, что хотела быстрее с ним попрощаться. Не хотела. Но попрощаться нам с ним придется.

Ректор поднял уставший взгляд, долго смотрел на мое лицо, как если бы самому себе отвечал на вопрос, насколько я искренна. Затем встал и, также глядя на меня, обошел стол. Я занервничала – уловила, что он, за отсутствием других виноватых, готов назначить виновницей меня. Потому тоже поднялась на ноги и заговорила быстрее:

– Я не знала о его планах, господин ректор! И не понимаю, зачем он так поступает. Возможно, не хочет расстраивать меня – и в этом случае именно я должна поговорить с ним один на один.