"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 288

Михаил Задорнов

Пять разношёрстных фрегатов: «Паллада», «Паллада −2», «Леандр», «Тринкомали» и «Форт» в сопровождении двух пароходов «Проворный» и «Высоколетящий» прибыли в Шанхай пятнадцатого ноября. Четырнадцатого Виктор Германович весь день смотрел на небо в поисках подсказки, была ли буря в Крыму. Смешно. Нет, небо здесь за тысячи и тысяч миль тоже было хмурым, и ветер приличный, но не буря. И понятно, дурень же, а не дурак, явно эти два случая между собой никак не связаны.

В бухте Шанхая опять было столпотворение торговых судов, и неугомонные упорные наглы тоже были среди купцов. Из семи кораблей, стоящих в порту под загрузкой или разгрузкой, два были с красным торговым флагом Великобритании. Плюсом один француз. Кроме того, было два голландских корабля, американец и португалец.

— Если так и дальше будет продолжаться, то мы до Австралии с её золотом вообще никогда не доберёмся. Опять сами враги в ниши руки добычу послали, — Пожаловался Сашка капитану первого ранга Тебенькову.

— Бу-бу-бу, — это кавалер шведского ордена «Меча» Михаил Дмитриевич своё отношение к разграблению купцов, в частности ни в чём неповинных белых и пушистых англичан, высказал.

— Смотрите, француз какой прыткий, удрать решил, — на французском судне действительно поднимали паруса, — Где только его навигации учили. Ветер восточный, из порта не выйти. Да и пароходы у нас. Понаберут в капитаны по объявлению. Правьте к нему наперерез, он на север собрался. — А чего за два с лишним года всяких морских сражений и походов даже дурень в морском деле может разобраться.

Пока догоняли прыткого француза на «Высоколетящем», Сашка пошёл в каюту, продрог под дождём на ветру. Юг, конечно, но всё одно холодно.

Присел на диван, закутавшись в одеяло, чтобы согреться, и мысли перенеслись к письму, что он в чёрном конверте оставил Государю императору. Зачем написал про истребление раненых, больных и пленных? Ну, целых две причины. Первая — в шок ввести царя батюшку. Нужно, чтобы он не раздумывал, будет ли буря и предпринимать ли атаку на них пятнадцатого ноября, отложив подготовленное Инкерманское сражение. Это — данность. Обсуждайте господа правители этично это или не этично, а не будет или нет. Будет. И шок от кровожадности сна отобьёт в этом сомнение. Было и второе, гораздо более прагматическое объяснение, но его озвучивать нельзя. Даже задумываться об этом этим рыцарям нельзя. Там будут десятки тысяч лишённых продовольствия англичан, турок и французов, и из них тысячи обмороженных и покалеченных. И если они все, скажем пятьдесят тысяч, попадут в плен, то их русская армия, сама лишенная продовольствия, не прокормит. И русские офицеры и генералы будут кормить пленных, убивая голодом своих русских солдат. Они же Ссуки все гуманисты, все рыцари. И это обязательно приведёт к солдатскому бунту и проигрышу в войне. Получится не лучше, а хуже. Выход только один — не брать в плен ни одного врага. Истребить прожорливых французов, англичан и турок. Что скажет просвещённая Европа⁈ Она скажет, что русские — варвары. Вот это новость!!! Да, не может быть. У нас баня есть, у нас нужники строят, у нас народ, в смысле дворянство, по нескольку языков знает. У нас Глинка, Пушкин, Лермонтов, Римский-Корсаков, Ломоносов, растудыть его в качель. Пирогов опять же. Да хрень всё это. Русские — это орды диких варваров, и от них нужно спасать Европу. Убили пленных?!! Из диких варваров станут кровожадными варварами. Не любили, презирали и ненавидели, теперь ещё и бояться будут. Это хорошо. В следующий раз подумают. Хотя, чем там думать. Ну — задумаются хоть.

Глава 12

Попытка Председателя свести переговоры к заурядной драке встретила серьёзные возражения со стороны Его Высочества.

Приключения принца Флоризеля

Шёл отряд по берегу, шёл издалека, шёл под красным знаменем… Песню эту непонятную как-то напел на уроке князь Болоховский, точнее даже не всю песню, как его калмыки не просили, а вот только первые строчки. Сейчас Беляш, напевая её, именно впереди пусть не полка, а переселенческого обоза под красным знаменем и шёл. Шёл? Вот тут и понятно, почему песня непонятная. Если полк двигался на лошадях, то почему шёл, а не ехал. Они сейчас едут, почти семь десятков фургонов, телег, даже карета древняя одна есть, и без малого пятьдесят всадников. Жаль, что не все они уровня как его неполный десяток диверсантов. Недавняя стычка с индейцами показала, что наличие винтовки или большого револьвера не делает из тебя опытного воина, который не теряется во время боя, не подставляет голову и прочие ненужные части тела под пули, летящие со стороны засевших в скалах врагов. Двое раненых в результате и один убитый среди ирландцев. Да, потом они перестреляли тех пятерых индейцев, что на них напали, но убитого ирландца уже не воскресить. На этом Беляш решил не останавливаться. Нужно найти врага и покарать его в его же логове. Сейчас, проехав по следам индейцев, чётко обозначенные на сырой земле, вдоль берега реки, отряд спешился, они увидели деревню индейскую и решили сначала разведать, что там происходит. Кто и почему на них напал?

Что можно сказать? ничего подобного Беляш ещё не видел. В центре поселения стояла круглая башня из плоских камней, без всякой связки выложенная. Необходимо обладать приличным мастерством, чтобы без извести или хотя бы глины воздвигнуть такое очень и очень немаленькое сооружение. Десятник вот за себя мог сказать, что начни он такое строить… хм, и окажется в результате похороненным под его развалинами. Как позднее выяснилось, племя, индейцы из которого напали на караван, входит в союз племён Навахо.

Здание круглое, кстати, называлось пуэблито. Таких башен было всего две в поселении, одно в центре, а второе на возвышенности на входе в поселение на берегу реки. Остальные жилища выглядели совсем по-другому, полукруглые небольшие здания, сверху обмазанные глиной или чем-то похожим. Эти жилища назывались хоган.

Река, вдоль которой переселенцы двигались уже больше недели именовалась Рио-Гранде. Она с гор на севере течёт на юг и скоро им придётся с ней расстаться. Им не на север, а на запад надо.

В поселение они вдесятером с одним мексиканцем, что взяли в проводники, въехали где-то в полдень, солнце прямо над головой. В поводу у задних лошади индейцев с перекинутыми через спину телами напавших. И наведаться в это поселение Беляш решил не за местью. Просто проводник — Пуэбло, очень удивился этому нападению. Сказал, что народ Навахо — это мирный народ, он никогда ни на кого не нападает, занимается земледелием, скот разводит, ткачеством занимается, продаёт красивые раскрашенные гончарные изделия. А тут что-то непонятное. Нужно сообщить вождям.

— Кому нужно? — удивился калмык.

— Как кому? Вам, я же правильно понял, что теперь вы будете постоянно проводить поселенцев на Запад этой дорогой. Так зачем вам на трети этого пути враги. Народ Навахо входит в союз племён Апачи и у них тысячи воинов. Апачи вовсе не мирный народ, и лучше с ними дружить, чем воевать.

— Хорошо. Поедем разбираться. Всё одно лошадям нужно отдохнуть, да и женщины с детьми помоются, дальше, как ты говоришь с рекой нам не по пути.

И вот приехали.

Сначала люди просто разбежались. Потом от этого круглого каменного здания в центре посёлка показалась группа мужчин в штанах и куртках из кожи, а на головах у них было украшение из перьев. Беляш в Англии в библиотеке фотографии индейцев видел, в том числе и с такими головными уборами. Как он понял — вожди с такими ходят. Трое мужчин, довольно пожилых, отделились от группы и стали подходить, огибая калмыков, к лошадям с убитыми индейцами.

Осмотрев их и переговорив между собой, вожди наконец заметили калмыков. Ещё в библиотеке Беляш приметил, что многие индейцы на фотографиях похожи на калмыков. По крайней мере — они точно относятся к азиатам. А многих можно легко отнести к монголоидам.