"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Лазаренко Ирина - Страница 206

По лестнице к их площадке идёт со сгона группа людей в плащах и глубокими капюшонами. Их сопровождают трое котулей.

Илидор дёргает Йеруша за рукав, указывает подбородком на приближающихся людей.

— Давай спускаться, мы дорогу перекрыли.

Люди замедляют шаг, перешёптываются взбудоражено.

— Надеюсь, они не видели, как мы рухнули…

Йеруш смотрит наверх, но не видит там ничего, помимо обычнейшего неба. Ни следа перегонного кряжича, кровавой сетью окутавшего весь лес.

В молчаливой задумчивости дракон и эльф спускаются со сгона. За ними спускаются трое котулей и четыре человека в плащах с глубокими капюшонами.

— Ну что? — спрашивает Илидор, оказавшись на земле. — На этот раз, надеюсь, ты запомнил направление?

И оборачивается к эльфу, но вместо эльфа видит незнакомого котуля с оскаленной пастью, а в следующий миг кто-то наотмашь бьёт дракона в затылок и лес летит вверх тормашками.

Часть 5. Крещендо. Глава 30. Люди и твари

Гудение в голове — между ушей словно застрял улей. Во рту кисло-горький вкус травяного настоя. Тело лежит на чём-то комкастом, разбросанном по чему-то твёрдому. Почти забытый запах металла и ржавчины. Глаза не хотят открываться из-за вкуса травяного настоя, но мысли в голове уже очнулись, все разом, они бегают, сталкиваются друг с другом и требуют думать их всех разом. Шея немного занемела. Рот вдруг наполняется слюной, капелька попадает в дыхательное горло, и Йеруш подскакивает, заходясь кашлем. Его тут же несколько раз сильно прикладывают ладонью по спине.

Прокашлявшись, он наконец открывает глаза, и в них тут же врезается полоса серого света из-под высокого, в человеческий рост, неплотно притворённого ставня на стене слева. Йеруш трёт глаза, ещё несколько раз кашляет, Илидор снова хлопает его ладонью между лопаток. Кочерга его знает, почему Йеруш узнаёт Илидора, даже не видя его. Просто ощущает, что дракон рядом.

Их клетка стоит под стеной длинной, шагов в тридцать, комнаты, которая заканчивается очень мрачной, едва различимой впотьмах дверью на противоположной стене.

Клетка?

Найло пружиной взвивается на ноги, его заносит вперёд, бросает на толстые прутья решётки, перед глазами темнеет.

— Какого ёрпыля?

Он обернулся. Дракон сидел на груде соломы, скрестив ноги, и рассматривал свои ладони.

— Что это ещё такое?

Йеруш пронёсся вдоль прутьев, сильно дёргая каждый из них, поднял навесной замок на дверце, очень ржавый и большой. Замок грюкнул-скрежетнул, и плечи покрылись мурашками. Найло рыкнул и попробовал раздвинуть прутья — те не шевелились, только холодили пальцы и оставляли на них хлопья ржавчины. Попробовал, пыхтя, протиснуться между прутьями — не пролезала даже голова. Оглядел пол вокруг клетки — мало что видно в сером свете. Просто земляной пол, кое-где земля рассохлась и ссыпалась в щели кладки.

Илидор всё это время сидел на груде соломы и пялился на свои руки.

— Что это за место? — потребовал Йеруш ответа у пустоты и тряхнул прутья. — Кто нас сюда приволок? Как и нахрена? Я хочу выйти отсюда немедленно!

Дракон наконец поднял голову и отрывисто велел:

— Утихни.

— В смысле?! Ты что-то знаешь?

— Нет. И сейчас нам никто не ответит.

— И?!

— И, значит, придётся посидеть спокойно.

— О, — Йеруш выбросил к дракону ладони с растопыренными пальцами. — Прекрасно! Попасть в клетку и просто сидеть! Это какая-то драконья мудрость?

— Тебе стоит сейчас её рассмотреть очень внимательно, — мимолётно оскалился Илидор. — Нет смысла носиться и верещать.

— Это я верещу?! — Йеруш топнул ногой. — Я? Да! Ну, ладно! Ну, может, я и верещу, а твоя идея чем-то лучше?

— Ну да, — спокойно ответил Илидор. — У меня же большой опыт сидения в клетках.

Найло осёкся.

— Могу поделиться, — продолжал дракон. — Собственно, я уже начал. Не трать силы без нужды. Дыши. Сиди на жопе и дыши. Если ты измотаешь себя сейчас — неважно, что будет потом. Ты не сможешь этим воспользоваться, потому что закончишься раньше.

Йеруш издал негодующий вопль, и дракон заговорил быстро, сердито:

— Серьёзно, Найло, сейчас просто нужно подождать. Это нетрудно.

— Нетрудно?!

— Точно. Эта клетка — не из худших, тут удобно просто сидеть и ждать! Сам посмотри: она просторная, она не на улице и не в подвале, вокруг ничего не воняет! В комнате даже окна есть! Ха!

Найло шагнул назад от прутьев, словно они его ужалили. Шурша соломой на полу, сделал два шага назад и какое-то время стоял, покачиваясь верхней частью тела, а потом медленно стёк на пол.

— Серьёзно, тут нет ничего страшного, — успокоительно-насмешливо протянул Илидор. — А вот, помнится, я как-то ехал в клетке зимой, да-а! Представляешь: в повозке с задёрнутым пологом, да, знаешь, я ехал полуголым и избитым в кровь. По твоей милости, между прочим!

Йеруш сжался в комок, подтянул колени к груди, обхватил себя за плечи.

— Много дней, — безжалостно продолжал дракон. — Вот это было очень, очень паршиво! А тут — тьфу, Найло, просто подожди. Рано или поздно кто-нибудь придёт и откроет замок!

— И что тогда? — после долгого молчания спросил Йеруш.

Дракон плотоядно улыбнулся. Найло покачал головой и сжался в комок поплотнее.

— Илидор, ты не понимаешь, насколько мы вляпались?

Дракон дёрнул плечом.

— А ты понимаешь? Так давай, просвети меня. А то, кажется, ты сейчас поломался просто оттого, что тебя заперли — ну так я уже сказал: пока что это не похоже на беду. Мы живы, целы и даже не привязаны. Любая клетка открывается. Любая. Рано или поздно, поверь мне. Просто сиди на жопе и не трать силы. Пригодятся.

— А ты, значит, не в панике, — Йеруш вскочил, бросился к ледяным прутьям, вцепился в них, впечатал между ними лицо. — Ты совсем не боишься!

— Это что-то изменит?

Найло обернулся. Дракон сидел в совершенно расслабленной позе: одна нога согнута в колене, на ней лежит-покачивается рука. Спина, плечи и затылок удобно устроились на прутьях решётки, хотя одна лишь кочерга знает, как можно удобно устраиваться, когда ты сидишь в клетке. Когда она, кажется, сейчас схрупнется вокруг тебя – от этой мысли трудно даже дышать! Когда в любой момент сюда может прийти кто-то, желающий сделать тебе плохо или больно, или сюда может никто не прийти. Ты так и останешься среди этих непробиваемых решёток, холода и ржавчины, мутного света в щёлках ставень, ты останешься здесь, пока не сдохнешь от жажды или пока не сойдёшь с ума от этой тесноты и невозможности.

Как тебе удаётся просто пережидать это, твёрдо зная, что рано или поздно замок откроется, нужно лишь сберечь силы до этого момента? Нужно очень-очень верить в то, что замок откроется. Нужно забыть, что на самом деле его ведь совсем не обязательно отпирать.

У Йеруша начали постукивать зубы. В голове метались панические и возмущённые мысли, наталкивались друг на друга, требовали разгрызть эти ёрпыльные прутья зубами, приняться истошно вопить и не затыкаться до тех пор, пока сюда кто-нибудь не придёт. Требовать у мироздания, чтобы тело Йеруша Найло немедленно достали из этой микроскопической коробочки, сей миг выпустили его на волю, а иначе, иначе…

Может быть, чтобы сохранять спокойствие в такой ситуации, нужно было вырасти среди клеток? Приучиться находить силы и свободу в себе, а не вовне. Не позволять запереть своё сознание так же просто, как запирают тело — да, ёрпыльный шпынь! Йеруш, тяжело дыша, снова обернулся к дракону. Как можно быть спокойным, когда ты в клетке? Насколько несгибаемую волю нужно иметь для этого, насколько большое жизнелюбие и дисциплинированный ум? Особенно когда ты маленький драконыш, рождённый в тюрьме Донкернас, ты не имеешь никаких внешних точек опоры, у тебя нет знаний об иной жизни и другом способе действий — как ты на одном лишь внутреннем топливе смог научиться сохранять рассудительность и свободу сознания в мире, где кто-то другой может в любой момент запереть твоё тело в клетку?