"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Лазаренко Ирина - Страница 455

– Вино. Квас. Рагу. Хлеб. Каша. Остальное поспеет к полудню.

Хозяин «Тенистого уголка» двигался невероятно бесшумно для такого громадины, и Кинфер подпрыгнул на лавочке, на которую только успел присесть.

На лице орка ни одна жилка не дрогнула. Стоял себе и смотрел на гостя спокойно сверху вниз.

– Квасу, – взял себя в руки эльф. – И рагу. И хлеба.

Заказ принесли очень быстро, но порадоваться еде Кинферу не пришлось. Разглядывая в своей миске неаппетитную массу землистого цвета, он смутно припомнил, как ректор предупреждал его об оркской еде. За три дня пути по Гижуку отведать местной кухни Кинферу пока не пришлось. Большей частью путь пролегал по малонаселенным местам, и эльфу приходилось довольствоваться запасами вяленины, сухарей и крупы. А вчера утром он проезжал через крупный город и привычно выбрал таверну, где стряпали гномы.

Представителей иных рас в Гижуке было немного, но какое-то количество гномов, людей и эльфов тут все-таки обитало. А гномскую кухню с ее острыми и пряными приправами Кинфер очень даже уважал.

В Ылге гномов, кажется, не водилось.

Эльф покосился на пирующих орков, убедился, что те на него не смотрят, и очень осторожно слизнул с ложки немного рагу. Выпучил глаза, затравленно огляделся, не нашел, куда бы выплюнуть, и, зажмурясь, проглотил.

Варево готовили, похоже, из грязи пополам с тараканами. Жирными, свежеубиенными.

Кинфер присосался к квасу, надеясь смыть с языка гадкий вкус. Квас был хорошим, резким, прохладным. Отдышавшись, эльф с опаской оглядел хлеб. Тот выглядел не Божиня ведает как аппетитно, но вполне невинно. Желудок забурчал, требуя законной доли пищи.

Эльф вздохнул и отгрыз корочку. Хлеб испекли из непонятно какой муки, не пшеничной и не ржаной, к тому же пересушили и недосолили, но между ним и рагу выбор был невелик.

Со страдальческим видом сжевав все три куска, Кинфер расплатился (хорошо хоть ортайские деньги не забыл выменять на местные во вчерашнем городе) и решил, что отныне готовить еду будет сам. Во дворе мазанки он видел поленницу, в котомке еще осталась крупа, а овощей и прочего сельчане небось только рады будут продать.

Но это все потом. А теперь – спать! Немедленно спать!

Когда Кинфер вышел за плетеную ограду «Тенистого уголка», навстречу ему попался пожилой орк. Лысый, согбенный, худощавый, в домашней поношенной одежде, он шаркал по другой стороне улицы. Старик что-то приговаривал, очень эмоционально, да размахивал руками не хуже ветряка.

Эльф проводил изумленным взглядом пожилого орка, а потом обнаружил себя взятым в кольцо двумя орками молодыми.

Похоже, все обитатели Гижука обучались незаметному подкрадыванию! Во всяком случае, Кинфер не мог припомнить, чтобы ортайские орки подобным образом заставали его врасплох. Эти двое были схожи, словно две вишни с одной завязи, да еще и одеты одинаково: в полотняные рубахи и шерстяные штаны, подвязанные бурыми поясами. Единственным отличием была пара темных родинок над губой одного из орков.

– Маг? – для порядка спросил второй близнец, словно в Ылгу сегодня прибыл еще десяток светловолосых эльфов.

– Маг, – не стал отрицать очевидного Кинфер.

– Хорошо, – решил первый орк, и братья вежливо подцепили эльфа под локотки, вынуждая следовать по дороге между ними.

– Э-э-эй! – возмутился Кинфер.

Ноги его теперь доставали до земли не на каждый шаг. Положение получилось, откровенно говоря, унизительным.

– Не трепещи, – посоветовал отмеченный родинками орк, который теперь шел справа. Ладонь у него была та еще, легко охватывала отнюдь не тощее предплечье мага, – не зла хотим, посоветоваться надо.

Эльф дернулся, как рыба в рыбацкой сети.

– А руки для этого крутить обязательно?

– Извиняемся, – хором пробасили близнецы и разом отпустили мага.

Тот наконец обрел под ногами твердую почву и нервно повел плечами, расправляя непотребно перекосившуюся одежду.

– Только стоять не будем, будем шагать, – решительно добавил второй орк, и эльф предпочел не спорить.

Троица вновь двинулась по дороге. Пожилой орк, все так же бормочущий, бодро топал шагах в двадцати впереди.

– Вон тот прискорбный на башку старец – наш дедуля, – внезапно заявил близнец справа. – Меня именуют Ук, а брата – Жоркий.

– Кинфер, – представился маг.

– Приятственно, Кинфер. Так вот, когда на дедулю нападает охота смены мест, мы с Жоркием ходим следом и глядим, чтоб старый ни во что не вляпался.

– Тут можно вляпаться во что-нибудь серьезней коровьей лепешки? – хмуро спросил эльф и повел плечами, словно убеждаясь, что их никто не держит.

Близнецы басовито хохотнули, и Ук ответил:

– Мы еще не знаем, он недавно спятил. Быть может, ему придет охота упасть в колодец или свалиться лицом на топор в каком-нибудь дворе, кто ж поймет этих пришибленных?

– Хм-м, – протянул маг.

– Так вот что спросить хотим: а нет ли какого заклятия, чтоб дедуле мозги на место опять повернуть?

– Нам не то чтоб так уж сложно последить за ним, – поспешил уточнить Жоркий, – но дедуля как-то поприятней все же был до того, как спятил.

– Вдобавок семья тревожится, – Ук озабоченно сдвинул густые брови, – как и все другие семьи, где кто-то из родни на голову ушибся. Кто знает, что с этими чокнутыми станет в День Зеленого Паука?

Некоторое время шагали молча. Кинфер покусывал губы, смотрел себе под ноги и то и дело пинал подвернувшиеся камешки. Орки уважительно косились на мага и ждали, что же он ответит.

– Ни слова не понял, – в конце концов заявил эльф. – Какие семьи волнуются, кто обо что ушибся и при чем тут пауки?

Близнецы переглянулись. Жоркий развел руками:

– Он же не тутошний. А мы набросились.

Ук кивнул и остановился: старик, шедший впереди, заинтересовался вишневым деревом в одном из дворов и теперь что-то возбужденно рассказывал ему. Жоркий присел на корточки прямо посреди дороги, вытер взопревший лоб и принялся растолковывать:

– За последнее время во многих семьях кто-нибудь из орков тронулся умом. Плохого эти тронутые не делают, не буянят, ничего такого. Кто тихонечко в углу сидит и бормочет, кто вот с деревьями болтает, а кто и вовсе почти нормальный, только всякое разное ему временами чудится. То будто бы птица по дому летает, то словно живность какая-то мимо ходит, то запахи всякие блажатся. Ничего такого, словом.

– Просто четвертушка деревни чокнутая, – кивнул Ук. – И правда, про что говорить!

– Ну так жители и тревожатся, – продолжал Жоркий, словно не слыша брата, – кому ж охота быть следующим, кто спятит? Или дождаться, что все эти свихнутые все же озлятся? Мало ли, что им завтра привидится, так ведь?

– Правильно, – согласился Кинфер. – А что такое зеленый паук? Глядите, ваш дедуля уже дальше потопал.

– И впрямь! – Жоркий легко поднялся, и троица зашагала по улице дальше.

Никто из жителей до сих пор не попался им навстречу. Даже во дворах не видно было орков, никто не трудился на многочисленных огородах. Быть может, полуденное солнце слишком пекучее для жителей Гижука? Это Кинферу, выросшему южнее, в Ортае, оно нипочем, а оркам жарко, наверное. Вон у близнецов на лбу пот выступил!

– День Зеленого Паука, – теперь говорил Ук, – приходит раз в дюжину лет, когда открывается первый портал и солнце закрывается зеленым туманом.

– Никогда о таком не слышал, – протянул эльф. – Какой еще туман?

Старик дошел до конца улицы. Дальше простиралась долинка. Пожилой орк остановился в нерешительности.

– Раньше во время помутнений он не ходил дальше деревни, – встревоженно заметил Жоркий. – Не хватало еще, чтоб его за околицу понесло. Долина Стенаний – паршивое место для подслеповатого старика, там кротовьих нор без счета!

– Долина Стенаний? – изогнул бровь Кинфер.

Старик высказал что-то простиравшейся перед ним долинке, развернулся и потопал обратно по дороге.

– Хвала Божине, – выдохнул Ук. – Так вот. Ты ж знаешь, что порталы появились в Идорисе, когда сюда приперлись кочевые демоны? Прежний мир, который они заселяли, начал помирать, и они двинулись искать новый.