"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Потапов Артём - Страница 1026

И как добыть эти деньги, Марк Лициний хорошо знал. Недрогнувшей рукой Красс, не ожидая одобрения Суллы, сам вписал в проскрипции новые имена. В Гражданской войне, растерзавшей Рим, каждый преследовал собственные цели. И от своих целей Красс отказываться не собирался.

Утро в древнем Риме начинается не с кофе.

Спалось мне настолько крепко, что я в какой-то момент попросту забыл, где нахожусь.

— Люд! Людочек, поставь чайник, — бросил я по привычке. — Кофе хочется…

Запнулся.

Сначала по сердцу больно резануло, что Люды со мной больше нет, а потом по вялым мыслям расползлось понимание, что я сам-то тоже не в своей квартире в Королеве…

С этими мыслями я сел и медленно помассировал виски ладонями. Со временем, наверное, свыкнется, но пока еще придется просыпаться вот так. Все-таки тяжело окончательно привыкнуть, что ты попал в прошлое, да не куда-нибудь, а аж на два тысячелетия назад. И ты… больше не ты.

Кстати, спал я абсолютно голым, трусов-то здесь не предполагалось. Зато мне удалось выспаться. Да, здесь не было пуховых перин или ортопедических матрасов, но был тюфяк, наполненный шерстью. Кровать лично у меня сегодня тоже была не простая — судя по резьбе на ножках, которую я осмотрел, наклонившись, ее привезли из Египта. Сама она была выполнена из слоновой кости, и ее особенностью было то, что ножки у изголовья были чуточку выше. Так что я спал как бы под наклоном, а вместо подушки здесь была подставка из дерева. Не знаю, почему прежний владелец виллы так заморочился, но до самого рассвета я продрых, как убитый. Почти. Пару раз пришлось разлепить глаза, когда на улице лаяли бродячие собаки. Однако неожиданные визитеры так и не явились.

Я энергично растер лицо ладонями, а убрав руки, обнаружил перед собой рабыню. Ох ты ж, как получилось нехорошо. Я инстинктивно прикрыл достоинство. Рабыня, чуть склонив голову на подбородок, внимательно смотрела на меня. Наготы она явно не смущалась. Мне так-то тоже не впервой щеголять голышом перед бабой, но все же эта была незнакомой.

— Чего желает господин? Чай-ник? Ко-фе? — она с трудом выговорила незнакомые слова.

Услышала-таки. Я тяжело вздохнул, прогоняя остатки сна, и поднялся, кое-как прикрывшись.

С женщинами, которых в поместье оказалось полтора десятка человек, тоже потребуется решать вопрос. Оставлять их на растерзание карателям я определенно не планировал — эти ни перед чем не остановятся. Но это потом, а прежде предстояло решить собственный вопрос. Да-а-а. День впереди предстоял крайне насыщенный.

— Говорю, что неплохо будет выпить чего…

— Подать вина? — мигом нашлась она.

— А… погорячее чего есть?

Выпивать с утра совершенно не хотелось. Понимаю, что особых альтернатив вину (пусть и разбавленному) в Риме не было, но так недолго и спиться. Римляне-то смолоду «фильтруются», а мне поздновато начинать.

— Травы и ягоды, господин, — поклонилась рабыня. — Какой напиток желаете?

— Давай на свой вкус. Только ты воду прокипяти как следует. Чтобы булькало, поняла?

Терпеть не могу альтернативы обычному листовому чаю, но здесь о нем придется забыть. Как и о кофе.

— Будет исполнено. Динара сопроводит вас в лаватрину.

Я покачал головой. Оденусь я как-нибудь сам, не маленький. В лаватрину, как здесь называли домашнюю баню, тоже дойду безо всякого сопровождения.

Рабыня шмыгнула вон из комнаты, исполнять поручение. Причем с явным облегчением. Сейчас, когда рабство было в расцвете, подобных ей считали за скот. И за любую оплошность (даже и надуманную) хозяин физически наказывал свою «собственность». Юридической ответственности, как и фактической, за убийство раба в это время еще не ввелось. А на спине этой красавицы я заметил кровоподтеки от ударов плетью. Что бывает, когда хозяин не в духе, девчонка явно знала не понаслышке.

Оставшись один, я некоторое время пялился на тунику. Оборачиваться ею правильно было не так просто, как может показаться на первый взгляд, и неудивительно, что многие просили помощи. А тут еще балтеус надо надеть по уму и разобраться с сандалиями. Я поскреб макушку — не зря говорят, что в древнем Риме надевание на себя одежды было искусством. И надевая ее самостоятельно, я рисковал сотворить какое-нибудь некомильфо или стать похожим на Аллу Борисовну в лучшие годы. К одежде тоже следовало привыкнуть. А заодно забыть, скорее всего, раз и навсегда, о джинсах, рубашках и туфлях.

Да, что-то многовато всего забыть надо. И это ещё про «окей, гугл» я не говорю.

На помощь пришла та самая Динара, оказавшаяся смуглой и миниатюрной брюнеткой.

— Господин изволит принять водные процедуры?

Она протянула мне кожаные штаны. А, вот это хорошо. Я покосился на нее, штаны взял. Надел их, и через пару минут мы уже стояли у бани. Париться основательно у меня особого желания не имелось, да и время не позволит, но конструкцию бани я все же осмотрел не без любопытства. Тут была прихожая, которая вела в раздевалку, теплая комната и собственно парилка — калдариум. Полы были выложены мозаикой с изображением обитателей водного мира, имелась и мраморная скамья для отдыха.

Температуру давали трубы с горячим воздухом, а в парилке стоял бак, наполненный водой. Из него кипяток шел в ванну и лабрум — фонтан-умывальник. Ну а венчал все большой бассейн с холодной водой.

Я двинулся сразу к умывальнику. Там меня поджидала еще одна рабыня, такая же симпатичная, как две предыдущие. Луц явно не жалел денег на красоток, и рабыни на вилле были как на подбор. Симпатяшка держала в руках «зубную щетку» — небольшую веточку, смазанную «пастой». Рядом с девчонкой стоял табурет, на который мне было предложено присесть. Для чего, понятно — рабыня хотела почистить мне зубы. К хорошему быстро привыкаешь, конечно, но я все же забрал у нее веточку. Прежде чем совать это добро в рот, понюхал. Пахло так себе и внешне отнюдь не напоминало «блендамеды».

— Из чего смесь? — уточнил я.

— Мазь из раздробленных мозгов волка, — послушно пояснила девчонка и невозмутимо добавила. — Но если господин желает, есть толченный порошок из костей осла или рогов коровы.

Ну-у… выбор невелик. Драть себе эмаль дробленной костью осла не хотелось. Так-то мозги волка (волка, блин!) — тоже вариант не очень, но безопаснее. Можно попробовать, потому что оставлять зубы без ухода здесь будет затеей так себе.

— Лия чем-то провинилась перед господином? — тихо уточнила рабыня.

Пришлось заверять, что все в порядке, и никого пороть плетью я не собираюсь. Ну а паста оказалась, к счастью безвкусной, и с задачей неплохо справилась. Приноровившись, я вычистил зубы, умылся и, не отказавшись все же от помощи, оделся. А когда закончил, меня ждал сытный завтрак.

По пути увидел, что несколько невольников таскают вещи к выходу. Там уже лежала немаленькая такая кучка из столовых приборов и прочей серебряной утвари.

— А это? — я придержал за руку проходившего мимо раба, нагруженного серебряными блюдцами.

— Что желает мой господин?

— Господин желает, чтобы все серебро, которое есть в доме, оказалось продано, — я кивнул в сторону одной из статуй, одетой в доспехи из драгоценного металла. — Когда я говорю, всё, то это означает — именно всё.

— Но…

Не знаю, что он хотел возразить, я не стал слушать.

— Помимо вас, лоботрясов, у меня есть женщины, которым тоже нужно помочь. Либо я заберу сестерции из вашей доли и отдам им, либо будьте так добры, выковыривайте все, что только найдете.

— Будет исполнено, — теперь раб не стал возражать.

Я подмигнул застывшей Динаре, явно не ожидавшей от меня подобных слов. Ну извините, до сих пор в голове не укладывается, как можно делать из живого человека вещь.

Девчата подали к столу вареные яйца, кашу и небольшой горшочек, от которого струился приятный малиновый аромат. Еще от одного горшочка откровенно пахло тухлятиной. Настолько, что я даже поморщился. Тот самый гарум, на котором прежний господин поднял целое состояние.