"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Потапов Артём - Страница 1515

Я пожал плечами.

— И чего ты хотел? У нас тут сейчас не ерунда ведь какая, а, возможно, самая важная наука в стране, разве нет? И это мы ещё про всякое… даже говорить не начали!

— Вот и не начинай, — быстро проговорил Андрей.

Я насторожился и спросил его кивком головы — что за дела? Тот опять криво усмехнулся и, понизив голос, проговорил:

— Вилочка.

Я, так же молча, недоумённо пожал плечами, и Либанов, морщась, объяснил:

— Как думаешь, можно было услышать ту вилку, которую я в окно бросил… ну, пусть хотя бы в коридоре? И через сколько группа вломилась? Тридцать секунд? Сорок? Ну минута — уж точно не больше, да? Соображаешь, о чём я?

Я прокрутил в голове всю сцену и признал, что в этот раз он прав. Вилка стукнулась в стекло совсем несильно, вероятно, зубчиком, да под углом, это вообще ерунда. Датчик — даже если он есть! а так, навскидку, я ничего похожего не вижу — сработать никак не мог, они, насколько я знаю, даже на трещины в стекле не всегда срабатывают, чтоб сигнал пошёл — это прям реально разбить надо. Либанов, хоть и упал на пол, но аккуратно, себя жалеючи, тоже никакого особенного шума там не было. И ведь под нами — какой-то совершенно левый зал, который вообще институту принадлежит и используется от силы в месяц раз! Теоретически, конечно, кто-то мог туда с утра зачем-то впереться, услышать “падение тела” и немедленно пожаловаться (в Спортлото, ага), но и тогда ГБР никак бы к нам с такой оперативностью не примчалась. Отсюда — вывод: нас пасут. И очень плотно. Причём, со мной эти мероприятия не согласовывали. Я, конечно, мог запамятовать, но очень вряд ли.

Самое обидное, что если опять кто-то вроде тех японцев (или кто они там) припрётся, отбиваться нам, скорее всего, снова придётся самим.

-*-*-

Вчера мне позвонил Ивлев и не меньше получаса выносил мозг на тему “это очень важно” и “ты обещал”. Под конец я уже взорвался и наговорил ему… всякого. Возможно, поэтому, сегодня, встретившись и коротко поздоровавшись с Алексеем и Михалычем в ангаре, на первое время я нашёл себе дело в самом дальнем углу: не хотелось бы и им высказать что-то нелицеприятное.

Но в процессе поглощения притащенного заботливой Рыжей завтрака — отошёл, отогрелся и повеселел. Потому, увидев Ивлева, заходящего с небольшой свитой, уже даже почти не огорчился и сам пошёл к нему навстречу — здороваться.

Генерал же, в первый момент с беспокойством оббежав и пересчитав взглядом присутствующих, тоже явно расслабился и встретил меня своими привычными подначками.

— Что, отвыкли работать масштабно? Да с утра, рано? Вот бери пример с моих — они не ложились ещё!

— У нас работа квалифицированная, умственная. Она свежей головы требует и круглосуточные бдения на посту не одобряет. Разница! Понимать надо.

Ивлев хмыкнул и сделал рукой дирижёрский пасс куда-то назад. Оттуда чёртом выскочил Даниил, споро установил сбоку небольшой раскладной столик и уместил сверху даже с виду довольно дорогой кожаный кейс. А когда он его, набрав код на замочке, открыл, и верхняя крышка оказалась полностью съёмной, я и вовсе ошалел — это ж сколько такая игрушка стоит?

Пока я удивлялся, генерал звучно постучал по металлической столешнице каким-то ключом, добившись того, что народ, и так подошедший поближе, замолчал и внимательно на него уставился.

— Спасибо, — как ни в чём не бывало поблагодарил собравшихся Ивлев.

А потом как-то весь выпрямился, будто став выше и стройнее.

— Сегодня у нас довольно знаменательный день. Сегодня мне выпала честь вручить некоторым из вас знаки признания Родиной их заслуг. И поверьте, мне очень приятно начать с человека, которому мы обязаны тем, что сейчас занимает наши думы, время и силы — Телепортом. Саша! Александр Иванович! Позволь тебя искренне поздравить с высокой оценкой твоих заслуг со стороны, не побоюсь, всего российского народа! Высочайшей! — тут он прокашлялся и достал из кейса красную бархатную коробку размером с небольшую книгу.

— Указом президента Российской Федерации, за выдающиеся заслуги перед государством и народом, Тумину Александру Ивановичу присвоено звание Героя Российской Федерации! — открыл коробку, там внутри — та самая звёздочка, золотая. И удостоверение ещё. Красное, пухлое, всё как положено.

Я, понятно, затупил наглухо, так что генералу пришлось буквально самому меня за руку хватать, чтоб поздравить.

Но самое интересное было дальше.

Героем я оказался не единственным! Ивлев вручил ещё две звёздочки: Лине — Лине!!! И Михалычу. Который оказался Дмитрием Михайловичем Борисенко. Генерал опять не удержался от подкола, когда вручал награду Рыжей:

— Высокое звание присвоено Эйлин Марии… уж простите старика, но вы не представляете, с каким бы удовольствием я сейчас сказал “Туминой”! Нет, придётся по-старому — Келли! — и вывернувшийся из-за спины генерала Данила вручил Лине ещё и шикарный букет.

Либанова и Одинцева наградили орденами За заслуги перед Отечеством, а

почти всему старому составу вручили по медали. Только Георгий почему-то выделился — ему навесили орден Мужества. Народ гудел и строил смелые планы на сабантуй, я так и стоял в неадеквате, пытаясь осмыслить новости. Даниловские мальчики споро собрали столик и кейс, а Ивлев как-то испытующе посмотрел на меня, потом сделал полшага вперёд и поднял руку:

— Так, попрошу ещё минуту вашего внимания, товарищи! — и когда гул стих, продолжил: — Вы все, конечно, догадываетесь, что послужило главной причиной сегодняшнего награждения. Кто не понял - обратитесь к старшим по команде, они объяснят.

— Да они и сами не в курсе — вы на них посмотрите! — весело крикнул кто-то из задних рядов.

— Ничего, я проведу разъяснительную работу, — коротко оглянувшись на меня, пообещал генерал. — Но тут дело в другом! Болтун — находка для шпиона! Помните? Награды вам вручаю я, а не Президент, и не в Кремле, а в нашем ангаре. Не могу сказать, что мне это не нравится — наоборот, я горд, я благодарен судьбе, подарившей мне на излёте карьеры бесценную возможность поработать над таким важным для Родины проектом.

— А вас-то наградили? — опять перебил кто-то.

— Наградили, — с довольной улыбкой кивнул Ивлев. — Вот только у меня на груди этого ордена нет, как видите! И это не просто так. Ваши — безусловно, заслуженные и почётные — награды из тех, что должны вылежаться. В сейфе. Лет десять… Я всё понимаю, вы молодые, и когда форсить, как не сейчас? Было бы мне двадцать пять — сам бы первым прямо сегодня на улицу выскочил, вот ей-богу! Но — это не та тема, на которую сейчас можно болтать. Служба безопасности проведёт с каждым из присутствующих специальный инструктаж на эту тему. До этого момента запрещены любые упоминания про факт награждения и состав награждённых! Кому бы то ни было! Даже родителям, если вы живёте не с ними, даже девушке! Жене! Ни-ко-му! Всем понятно?

В ангаре ощутимо похолодало.

А Ивлев, как ни в чём не бывало, взял меня под руку:

— Ну что, пойдём в офис, пообщаемся?

-*-*-

Плюхнувшись на стул в кабинете, который Ивлев оставил за собой, я проводил его грузную фигуру взглядом — ему пришлось обходить стол, и он явно задержался. Неприлично — уселся раньше хозяина… С другой стороны — еще вопрос, кто тут хозяин.

Но разговор начал всё же генерал:

— Вижу, хочешь спросить что-то — дерзай.

Спрашивать я не стал, просто проговорил сосредоточенно:

— Нелогично.

— Что именно?

— Выбор награждённых, — Ивлев продолжал смотреть на меня молча, пришлось объясняться: — Я не хочу спорить и говорить, что кто-то чего-то недостоин. Но вот как можно было обойти Либанова… Я вообще не уверен, что не он в проекте самый главный! В успехе проекта. Это награждение в таком виде каким-то данайским даром выглядит!