"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Потапов Артём - Страница 485

Я остановился рядом с новыми стальными воротами, и они плавно, без скрипа, открылись. У входа стояло несколько наших охранников с Сайгами, один держал на поводке овчарку.

— Работа кипит, — сказал Слава, выходя из машины и оглядываясь. — А я думал, пока тебя нет, все расслабятся, Волк.

— Всё и должно работать, и неважно, где я, в Питере или здесь, — я поехал в сторону гаражей. — Сейчас устроим совещание по нашему ЧОП, обсудим, что будет дальше и куда двигаться после этого. Потому что дальше всё будет серьёзно, парни. Очень серьёзно.

Глава 3

Этот овальный стол для совещаний поставили в мой кабинет, пока я был в Питере. Хоть директор Антонов почти не разговаривал со мной из-за Мерседеса, но про новую мебель, которая нам полагалась, не забыл.

Кабинет у меня всё тот же, тот самый, который давным-давно вычищал от старых бумаг сотрудник РУОП, когда те ещё вели дело против «Волковских». Ремонт сделали новый, провели несколько телефонов, а к одной стене поставили несколько экранов, на которые выводились картинки с камер видеонаблюдения.

Новенький стол орехового цвета занимал большую часть помещения. В центре, помимо графина с водой, стоял стаканчик с шариковыми ручками внутри, на каждой из которых была гравировка «ЧОП Гранит» или «Краснозаводский ГОК». Подарок от администрации области в честь запуска, причём ручки неплохие, качественные, не дешёвый Китай.

На стене, прямо над моим местом, кто-то повесил портрет президента Ельцина, но я подумывал подшутить над остальными и повесить туда портрет следующего президента, о котором пока ещё никто не знает. Пока думал, Ельцина снял и отдал Лёне, чтобы тот повесил его у себе. Вот бывший опер и держал портрет в руках, не зная, что с ним пока делать.

Только что закончилась планёрка со старшими охранных смен, и в кабинете остались только ключевые сотрудники. Женя сидел рядом и лопал пузырьки на упаковочной плёнке. Нам вчера пришли новые камеры, и каждая была запакована в такую. Их мы уже передали техникам, чтобы развешивали по точкам.

Слава стоял у окна, едва слышно напевая песенку про «Жёлтые тюльпаны». Мы слышали её утром по радио, и, похоже, она заела у него голове. Машуков сидел напротив меня, терпеливо ожидая, когда я начну. Ну а Лёня, которого мы с большим трудом вернули домой из Питера, лежал на диванчике, положив на живот портрет Ельцина, на которого сорил шелухой от семечек.

Окна открыты, снаружи кроме шума проезжавших мимо грузовиков и далёкого гула работающих цехов слышался лай. Это Дима обучал новых сотрудников работать со служебными овчарками, которых мы закупили весной. И судя по тому, что я видел, собаки уже справлялись со своей работой, и справлялись хорошо, а вот новички ещё путались.

Много у нас сотрудников. Как и всегда, приходилось уделять много времени тому, чтобы весь наш контингент из участников Чечни и Афгана мирно уживался с бывшими ментами и невоевавшими спортсменами. А будет людей ещё больше, и насчёт этого я хотел поговорить с майором Елагиным, когда он вскоре прилетит к нам для важной встречи.

— Фильм там в Питере хороший показывали по телевизору, многосерийный, — рассказывал Лёня, пока у нас был перерыв. — Про оперов питерских. А у нас не показывают.

— Скоро будут, — сказал я. — Ну что, начинаем, парни?

Женя отложил плёнку, а Слава вернулся на место. Я сел за своё кресло и подкатил его ближе к столу. Только Лёня остался лежать, ему можно. Он вообще на больничном, но сегодня захотел появиться.

— Хотел поговорить с вами о нашем бизнесе, — сказал я, положив руки на стол и смахнув с него пылинку. — Как раз вчера, пока везли Вишневских из Читы сюда, обсудили ещё вводные.

Оба Вишневских немало перепугались, когда одного из братьев похитили. Но я не только помог его вернуть, но и закрыл вопрос с той сделкой, о которой они так переживали. Заодно сделал всё, чтобы нам не мешали те стервятники, которые тогда накинулись на нас разом.

Это дало нам время выдохнуть, а ещё заключить выгодные контракты на будущее. Ну а нам самим это дало новые машины, больше денег, выделяемых для охраны, и акции. Я уже увеличил свой пакет с трёх процентов до восьми, и целился в десять.

Ну а кроме этого, братья отныне слушали меня внимательнее, чем раньше, и всё, что я говорю, воспринимали всерьёз. В конце концов, нас ждут ещё большие проблемы, ведь даже если нами не займётся Платонов, то в августе ждёт дефолт.

— Мы обсудили все повисшие ещё с весны вопросы со службой безопасности, — продолжил я. — Их было много, но мы решили все. Служба безопасности холдинга остаётся, служба безопасности комбината будет образована в ближайшие дни уже официально. И главное — СБ комбината не будет подчиняться службе безопасности холдинга.

— Ого, — Лёня удивился. — Белоглазов там на говно наверное изошёлся, что он теперь тут не рулит?

— Что-то вроде.

Изначально СБ комбината должна была находиться под контролем Белоглазова, но я и раньше не хотел такого исхода, и стал резко против после того, когда он не смог решить проблемы в Питере. А ещё это он навёл контакты с генералом Горностаевым и Петрухой, и, можно сказать, пригрел змей на груди.

— Это не значит, что на нём поставили крест, — сказал я. — Он останется в Питере, на нём будет охрана офиса и сотрудников, на нём будет экономическая безопасность холдинга, информационная и прочая. Он бывший чекист, работал в КГБ и ФСК, знакомства в Питере есть. Но здесь мы справимся лучше и без него. Здесь ему делать нечего, это наша территория.

Да, ему это не понравилось, но Вишневские в этом вопросе послушали меня, а не его. А что насчёт остального, я за ним присмотрю. В его же интересах жить с нами мирно, мы своих друзей всегда поддерживаем, и он это знает. Ну а если будет строить интриги, быстро пожалеет об этом.

— А если он опять обосрётся, мы за него все вопросы решать будем? — спросил Женя, крутя в руках зажигалку.

— Если такое будет, то Вишневские поставят вопрос о доверии к нему, — сказал я, покрутив в руках увесистую ручку с гравировкой «Гранит». — Но посмотрим. У меня нет цели как-то его подсадить, если он сам не станет нам мешать. Работать-то надо и в Питере, не только здесь.

— Но ты ему не доверяешь?

— Я доверяю только вам. А там у каждого свои цели, и они не всегда совпадают с нашими.

— А что с «Гранитом» будет? — с беспокойством спросил Лёня. — Неужели, раз появилась СБ, он больше не нужен? Столько с ним возились.

— Сейчас до этого дойду. Мы же тогда смотрели законы, поняли, что замучаемся всё переоформлять, да и собранный арсенал жалко.

Я с усмешкой посмотрел на Женю, который сразу напрягся, и подтянул к себе пачку листов, которые накопились мне на подпись. Их я подписывал новой ручкой.

— В службе безопасности будет мало людей, — сказал я, ставя свою закорючку на каждой бумаге. — Пока там только я и Павел Андреевич из Питера, он соберёт свою команду, а я свою. Контракты мы сохраним, как и обговаривали весной, только с одним нюансом. Но я уже не могу тратить весь день на маршрутные листы и отчёты, — я показал всем только что подписанную бумагу. — Ну а Женьке уже некогда пересчитывать гильзы. Так что будет так.

Поставил последние подписи, собрал листы в стопку и поднялся. Все терпеливо смотрели на меня.

— Мы делим «Гранит» на филиалы, — сказал я. — «Гранит-север» для металлургического завода и старый «Гранит». Этот, как и раньше, основной, для комбината и угольного разреза, ну и для точек в городе.

— А чего не «Гранит-юг»? — удивился Лёня.

— Тогда придётся всё в ОВД переоформлять, а это долго. Ну а так всё остаётся как раньше. Между собой можем называть его «югом». Далее, у каждого филиала будет свой директор, но общее управление будет из новой компании, например, «Гранит-главный».

Все молчали, а я достал из кармана блокнот с кожаной обложкой, на которой было выдавлено «КГОК», и открыл свои записи.

— Вот мы все в неё и войдём. Я глава компании, вы все соучредители, и ещё будет двое человек, скажу кто. А лишних мы сюда не пустим. Компания будет управлять охранными фирмами через директоров. Директора работают в ЧОП, а в СБ беру с собой Женю, Славу и Дениса.