По лезвию судьбы (СИ) - Ларгуз Ольга - Страница 43

— Приятной поездки, — в словах Марсова сквозили какие — то странные интонации. А может мне просто показалось? Не знаю. Кажется, сегодня у меня случился эмоциональный перегруз, вот и цепляюсь к словам по поводу и без.

Мы еще немного погуляли по галерее, а затем босс повел меня к выходу.

— Думаю, на сегодня достаточно. Тебе нужно отдохнуть, Ника.

В машине тихо, Марс попросил водителя выключить радио. Я устроилась поудобнее на кожаном сиденье, а босс придвинулся ближе и похлопал себя по плечу.

— Ты всегда можешь опереться на меня. Отдыхай.

Он предложил, я согласилась. Прислонилась к надежному мужчине и расслабилась.

— Ты улыбаешься… Тебе понравился вечер, Ника?

— Да. Было здорово, — я не лукавила, ведь рядом были Андрей и Миша, Лиза с Кириллом. Наши душевные разговоры, обсуждение картин. Вечер явно удался.

— Ты отлично танцуешь… — Марсов пытался скрыть ревность, но она колючими молниями мелькала в синеве глаз. — Очень красиво и чувственно. И это платье такое…

— Какое? Что — то не так?

— Так. Все так, Ника. Но это кружево весь вечер сводило меня с ума, — он провел ладонью по моей ноге, коснулся кончиками пальцев черной пены, выглядывающей из — под плотной ткани. — Дьявольское искушение…

— Ты тоже хорошо танцуешь. Я получила удовольствие, — босса нужно было срочно переключить с темы искушения, поэтому я вернулась к безобидной теме. — Спасибо тебе за танго.

— С удовольствием, пернатая.

Атмосфера в салоне накалялась с каждой минутой, непрозвучавшие слова висели в воздухе. Когда авто плавно качнулось и остановилось у моего подъезда, я тихо выдохнула, открыла дверь и вышла.

— Я тебя провожу, — Марсов стоял рядом, поддерживая меня за руку.

— Спасибо, я сама…

— Не обсуждается, — отрезал босс, а затем смягчился. — Такую красавицу нельзя отпускать одну.

— Точно! Я совсем забыла, что ты — дракон! — улыбнулась, подыграла. Спорить с боссом — себе дороже. Если он что решил, то непременно это сделает!

— Именно!

Ну почему кабины лифта такие невыносимо маленькие?! Кто так строит?! Марсов занял три четверти пространства, а я пыталась не забывать дышать. Табак, кожа, ром. Запах Марса окружал со всех сторон.

Пальцы слегка подрагивали, когда я доставала из сумочки ключи от квартиры, но меня отвлекли. С тихим рыком босс развернул меня к себе.

— Ника…

Его голос сорвался в хрип, синие глаза заливала тьма, когда горячие ладони обхватили мою голову. Сухие губы мазнули по виску, прошлись по скуле и замерли в ожидании. Да или нет? Джентльмен сделал первый шаг и ждал моей реакции.

Я сидела на подоконнике, кончиками пальцев касалась своих губ, на которых все еще горел наш поцелуй. Медленный, томный, тягучий, как мед.

С трудом разорвав объятия, Марсов открыл дверь моей квартиры и слегка подтолкнул в спину.

— Спокойной ночи, Ника, — он улыбнулся, пряча руки в карманы. — Уходи, пока я не схватил тебя и не уволок в свою пещеру. Не буди дракона…

Дракон и так был разбужен, я это видела, просто сейчас человек был сильнее зверя.

— Спокойной ночи, Миша.

=30=

Пламя ароматической свечи отбрасывало на потолок странные тени. Они танцевали, сплетаясь в жарких объятиях, расходились, чтобы затем вновь слиться воедино. На прикроватной тумбочке лежал футляр с колье. Я пробежалась кончиками пальцев по сверкающим камням и улыбнулась, вспоминая Михаила. Его слова, наш танец, дорогу домой… Улыбаясь, захлопнула черную бархатную крышку и упала на подушку. Морфей подкрался на мягких лапах, как Барс, мурлыкал на ушко приятную мелодию, вел в танце. Субботнее утро я встретила в прекрасном настроении, и первым меня приветствовал не ребенок.

Босс: Доброе утро, пернатая. Как спалось?

Телефон подал голос ровно в девять утра, автоматически снимая ночную блокировку. Да, я соня! Мой выходной — мои правила.

Ника: Доброе. Отлично. Спасибо за вечер, мне понравилось.

Босс: Готова повторить?

Мы всего лишь переписывались, а я явственно видела улыбку Марсова, тонкие лучики морщинок в уголках синих глаз, и даже слышала легкую хрипотцу в голосе, ту самую, сводящую с ума, парализующую волю.

Ника: Возможно, но не в ближайшее время.

Босс: Договорились. Отдыхай, Ника. Приятных выходных.

Ника: Спасибо. И ты отдохни, пожалуйста.

Босс: Твоя забота согревает, Ника. Я ничего не обещаю, но постараюсь.

Согревает… Как его ладонь на моей талии вчера вечером, как взгляд… Ох, кажется я слишком размечталась. Пора вставать. В соседней комнате ребенок показательно громко двигал стул, намекая нерадивой мамаше на то, что утро началось даже у самых ленивых петухов.

— Ма, а ты вчера вечером видела Тора? — Рома в нетерпении ерзал за столом, ожидая, пока воздушный омлет с помидорами и сыром подрумянится до золотистой корочки. — Он был такой же красивый, как ты? Вы разговаривали?

— Олег был, — я щелкнула кнопкой чайника и потянулась к верхней полке за прозрачными чашками с двойными стенками. — Красивый.

— И все? — разочарованно выдохнул мой парень.

— Ром, мы с ним не разговаривали, просто поздоровались издалека и разошлись в разные стороны.

— Почему?

— А сам как думаешь? — я проверила лопаткой готовность омлета и разделила его пополам. — Ты же умный парень…

Умный парень шмыгнул носом и почесал затылок, поднимая дыбом отросшие волосы. Мой милый ежик!

— Его жена была рядом?

— Именно! Так оно и было. Помнишь, мы с тобой говорили о том, что не будем привлекать внимание посторонних?

— Угу.

— Вот это «угу» распространяется и на меня тоже, — я поставила на стол тарелки с завтраком и подала сыну вилку. — Кушай, приятного аппетита.

Я не стала вдаваться в подробности, рассказывать о том, как Торопов дернулся к нам с Марсом, желая поговорить, но мой взгляд и незаметный жест босса изменили траекторию его движения. Весь вечер я чувствовала себя так, словно находилась в прицеле снайперской винтовки. Перед уходом Лиза Серковская шепнула, что ее неоднократно спрашивали о спутнице Марсова, то есть обо мне. В высший свет просочилась темная лошадка. Кто? Откуда? Подробности знали единицы.

— У тебя даже фоток не осталось, — грустно вздохнул сын. — Мам, ну как так можно, сходить на торжественный прием и уйти без фотки?

Ромка безжалостно расправлялся с омлетом, словно желал отомстить ему за мое упущение.

— Посмотри в интернете, наверняка что — то найдешь. Вчера в галерее было много фотографов, самые шустрые уже выложили первые снимки. Тор был красив, сам увидишь…

— Хорошо, поищу. Сегодня к бабуле с дедом поедем?

— Да. Позавтракаем и поедем. А что такое? У тебя на эти выходные были другие планы? Ты меня об этом не предупреждал.

— В воскресенье вечером отец предложил поиграть. Ты ведь не возражаешь?

Отец… это слово все чаще мелькало в речи Ромы. Сначала был «Тор». Как защита, компенсация за нанесенную обиду, отказ от семьи, но постепенно отец и сын начали сближаться. Олегу хватило ума не давить на ребенка, прислушиваться к его желаниям, подстраиваться, Рома отвечал сокращением дистанции. У мальчика появился отец, пусть даже приходящий. Надеюсь, это во благо…

— Нет, конечно, не возражаю. Мы вернемся заранее, чтобы ты успел собраться, так что не волнуйся.

По дороге на дачу Рома шерстил интернет в поисках фото и постоянно отвлекал меня громкими: — Офигеть, как круто! … Ма, это красиво! … А это бриллианты? … А почему все картины такие скучные?

Через несколько минут пришлось рыкнуть, чтобы он перестал совать телефон между сиденьями, демонстрируя фото и отвлекая меня от сумасшедшего утреннего трафика на выезде из столицы.

— Ты похожа на королеву, а дядя Миша… — не унимался ребенок.

— Кстати, а с чего вдруг Михаил Матвеевич стал дядей Мишей? — вмешалась я в словоизвержение парня.

— Ну это… он сам попросил, чтобы я так его называл. А что, нельзя? — растерянно отозвался Рома. — Сказал, что по имени — отчеству слишком долго и нудно, а дядя Миша — легко и удобно.