"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 738

Рядом свист крыльев — садиться Майка.

— Цел? Что с тобой? Не упал?

Я поднимаю на нее раздираемое счастливейшей улыбкой лицо.

— Ка-а-айф!!!

И падаю навзничь в траву, раскидав в стороны руки.

Глава 24 Почти икар

— Ну что, летун? — спросила Майка, когда мы уже поднимались по склону наверх, — как ощущения? Что почувствовал?

— Ощущения... — я задумался. Да хрен знает! Весь полет мой мозг был занят — следил за кренами, считал махи, пытался сориентироваться на местности, отслеживал шкалу выносливости... — даже не знаю Май.

— Да как так-то? — фыркнула девушка, — Ты хоть посмотрел на подставки? Ты же был выше? Видел Общий дом?

— Не-а, — сокрушенно помотал головой

— Эх, ты... Ну тебе хоть понравилось?

— Ага-а-а, — тут я не скрываясь вновь расплылся в блаженной улыбке.

Майка благодушно рассмеялась.

— Эх, молодежь... То-то же! Это тебе не дурацкими железками махать, это... Это куда круче.

И хоть в глубине души, на счет «дурацких железок» я был готов поспорить, но сейчас я искренне закивал головой.

— Так, ученик, — опять начала «игры в лектора» наставница, — есть два момента, которые мне не очень нравятся. Первое, — она загнула палец, — ты о-о-очень медленно разворачиваешься. Аккуратненько, блинчиком, почти без крена. Это конечно сохраняет твою высоту, но с такими разворотами надо заканчивать.

— Почему? — задал закономерный вопрос я.

Мы уже традиционно валялись под «моим» пьедесталом, жевали запасенную снедь, прикладываясь по очереди к бурдючку.

— Вот представь: высоты мало, пора уже и на посадку, а ты пока что по ветру летишь. С твоими разворотами, ты скорее всего у земли окажешься в крене, с боковиком. И все — циркуль, сломанные крылья. Ты уже это проходил как-то, помнишь?

— Помню, конечно. — я поморщился. — Слушай! Все забывал спросить: А почему вы всегда садитесь и взлетаете против ветра? Это ж ... — пожал плечам, подбирая слова, — нерационально.

— В смысле? — в изумлении изогнула бровь девушка, — против ветра не рационально? А как тогда по-твоему? — она наклонила голову как будто с вызовом, — может по ветру?

— Ну да! Это ж сразу прибавка к скорости!

— Рус, — глаза девушка расширились до лучших образцов эльфийских. Только у тех все же не круглые, — то есть ты до сих пор не понимаешь, как летит крыло?

— Ну-у-у... — протянул я, — Нет.

Девушка вздохнула.

— Ладно, потом как-нибудь объясню. Просто запомни, взлет и посадка — только против ветра. Ни с боковиком, ни, упаси тебя боже — с попутняком. Запомнил?

Я кивнул. Хотя от объяснения бы не отказался.

— Во-вторых, — вернулась Майка к менторскому тону, демонстрируя мне второй загнутый палец, — тебе после каждой пары взмахов приходится исправлять крен. Это плохо. За это время ты успеваешь растерять почти всю ту высоту, что набрал за эти взмахи. К тому же они у тебя пока еще не очень эффективные. Понимаешь, к чему это ведет?

— Да, — кивнул я, — если стартую с поля, то так высоты и не наберу, буду лететь низенько-низенько, пока выносливость не кончится.

— Вроде того.

Да что ж такое-то! Только начнет хоть что-то получаться, а меня опять, как маленького кутенка носом в ошибки! Когда же я почувствую себя по настоящему летающим?

— Тогда сейчас, как восстановишь выносливость это и будем тренировать!

Старт прошел по уже опробованной схеме — прыжок с двух ног вперед-вверх, и тут же взмах. Подравнялся, взмах.

— Серию!

Майка уже рядом.

Взмах, взмах. Инстинктивно прервался, так как начало валить в левый крен, Исправился.

Взмах, взмах. Опять влево. Исправил. Взмах, взмах, левый крен, исправил.

— Влево. Сейчас!

Потихоньку кренюсь, начинаю плавный-плавный поворот.

— Круче, Рус, больше крен!

Проваливаюсь левым «плечом» сильнее, горизонт заваливается еще и вдруг мое тело начинает скользить вбок, в сторону крена. Сердце сбивается, вспыхивает паника и тут же сносится набегающим потоком, пока тело само отрабатывает выравнивание. Фух!

Выравниваюсь вдоль пьедесталов, отмечая их краем глаза. Ну-с, поехали дальше: взмах, взмах, исправить. Взмах, взмах, исправить.

— Рус, меньше правым крылом. Легче маши правым, тебя кренит всегда в одну сторону!

Пока соображал, что хочет от меня Майка, пьедесталы слева и травянистое поле подо мной закончилось, внизу потянулось нагромождение валунов. Соображаю, что вылетел из Лягушатника. Красным таблом вспыхивает в мозгу мысль, что снизу приземляться некуда, ноги поломаю... Даже не задумываюсь о том, что делаю, начинаю правый разворот на обратный курс.

— Круче, Рус, еще круче!

Пробую завалить крен глубже — скольжение, и снова в груди гулко бухает пустота.

Выровнялся. Взмах, взмах, крен влево, исправить.

Черт! Меня же каждый раз кренит в одну сторону! А что, если чуть менее энергично работать правым крылом?

Взмах, взмах... Автоматически прервался для оценки крена. Есть, но совсем небольшой. Отлично!

Взмах, взмах... Взмах. Взмах! Вот только сейчас начинает заваливать. Значит еще слабее.

Взмах, взмах, взмах... Черт! Прямо по курсу выросла гора. Опять Лягушатник кончился.

Зараза, гора близко! Изо всех сил отворачиваю, ожидая удара, крыльевые суставы заломило, а дух перехватило...

Открываю глаза... Я что, зажмурился? Когда?! К черту, некогда, я лечу наискось к линии пьедесталов, вон и башня из-за них выглядывает. А это что? Площадь? А там? Обрыв... Офигеть, как же он близко!

— Право, Рус, давай в право!

Отворот. Крен держу на грани срыва в скольжение. Получается чуть энергичнее, чем я привык.

— Рус уходи в долину, высоты не хватит сесть наверху.

Высоты? Взгляд вниз, в стороны, зацепился глазом за валуны. Черт, я фактически на их высоте, если начну сейчас разворот для посадки, спираль закончится в земле раньше, чем доверну. Эх, опять снизу подниматься!

На этот раз приземлился довольно чисто — с пробежкой в два шага, у самого конца склона. Майка заложила надо мной вираж, крикнула, что будет ждать наверху, и упорхнула. А я тут же уселся в траву прямо там, где стоял — надо же хоть немного отдохнуть. Да и ноги до сих пор подрагивают. Непонятно почему — они же не работали!

Похвалив сам себя за предусмотрительность вытащил из поясной сумки несколько полосок мяса. Покосился на эликсиры, пара небольших флакончиков так и просились радикально решить проблему восстановления шкалы выносливости, но потом передумал — еще не вечер. Сейчас, шкала немного выйдет из красной зоны, и можно тащиться наверх.

— Полет — это здорово, говорили они. Ты будешь порхать как бабочка, говорили они, — сквозь сбивающееся дыхание я все же пытался шутить, — только вот никто не говорил, что на пару минут полета вниз, придется полчаса шагать вверх.

Развалившаяся под камнем Майка критически рассматривала меня, пока я сипя и шатаясь тащился от склона к «лежбищу»

— Это пока ты не научился садиться на старт. А для этого я уже сказала, что тебе нужно: махи без кренов, и более энергичные развороты... Будешь? — она протянула мне мою же флягу.

Я рухнул рядом, принял вино, сделал большой жадный глоток.

— О-о-о-о, как хорошо! ... Да я пробовал круче поворачивать. Фигня какая-то — если слишком сильно открениваюсь, начинаю как бы скользить вниз, в сторону крена. А вдруг так и рухну, до земли?

Я подтянул к себе торбу.

— Кстати, я тут слегка похозяйничала, — промежду прочим созналась Майка.

— Это как? — не понял я. Дыхание еще не пришло в норму, — подмела вокруг булыжников, и ... — приподнялся на локте, делая вид что осматриваюсь, — занавески постирала?

— Не, — девушка хихикнула, оценив шутку. Ткнула пальцем в мешок, — позволила себе угоститься. А то ты так долго поднимался...

— Ерунда, — отмахнулся, доставая из торбы последний кусок сыра и сушеное мяса, — могла бы и не спрашивать. Впредь бери, конечно. Вот ... — выдохнул, — А крен на махах я «поймал» — меня каждый раз кренит влево.