"Фантастика 2025-4". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 761

«Собеседника» как выключило. Вот и славно!

Вдох, выдох. Вдох, выдох. Вдох сквозь зубы, медленный, чтоб проходящий через рот и носоглотку воздух насыщал кислородом слизистую. Выдох расслабленно, воздух должен вытекать сам собой. И так, пока не появится ощущение, что дышать не хочется. При этом максимально отрешиться, не думать, расфокусировать внимание… Наконец три глубоких, выжимая на выдохе все остатки воздуха из легких, чтоб на их место пришел свежий, и вдыхая так, что плечи поднимаются, а межреберные начинают трещать. Потом, уже вдохнув на полную, ещё — затягивая воздух уже щеками и проталкивая его внутрь: как называемая доупаковка.

А затем я просто позволил телу расслабленно соскользнуть в воду.

Мгновенье лежал на поверхности, покачиваясь в волнах и глядя вниз, туда, куда сейчас нырять буду. А затем сложился в поясе пополам, вытягиваясь руками в глубину, и ноги броском в верх: Duckdive — «нырок утки». И вертикально, как свая провалился в глубину. Тут же отсекло все поверхностные звуки, уши как ватой обложило, сквозь которую доносился тихий рокот.

Ласт нет, поэтому гребок руками — скольжение. И в момент, когда инерция почти закончилась — толчок ногами брасом, одновременно протягивая руки вперед, вытягиваясь в «стрелочку». Скольжение… Продуваюсь на автомате, зажимая нос левой рукой. Пока иду «на комфорте» — дышать вообще не тянет.

Сделав четыре гребка, позволяю себе «включить мозг» и осмотреться. Господи, как же красиво! Конечно, в лагуне подводный мир в разы богаче, но и здесь есть на что посмотреть. На круто уходящей в глубину стенке прилепились морские губки. Разные. Разноцветные — оранжевые, синие, зеленые. Одни словно каменные наросты с «мозгами» — настолько причудливо изрезана их поверхность, другие вытянулись трубками, третьи прикидываются кувшинами. Жаль есть их не будешь. Среди них шныряют стайки маленьких рыбёх.

Теперь-то понятно — течение несет массу планктона, от совсем микроскопического, которым питаются губки и моллюски, до более крупного. Вон, попадаются мелкие рачки, около сантиметра размером, что-то типа криля. Эх, криль на земле — это ж отличнейший источник белка! Только как чистить вручную сантиметровых рачков без промышленного оборудования? Не представляю.

Среди всякой мелочи замечаю довольно крупную «тарелку». Сегодня я ушел глубже, чем в предыдущие погружения, метров шесть, не меньше, и добыча начинает попадаться покрупнее. Похоже на мидию, по крайней мере, что-то из двухстворчатых, сидит, прилепившись к скале. Отковыриваю ножом и опускаю в сетку. Первый пошел!

Лёгкие начинает «поджимать» — неприятное чувство за грудиной. «Сбрасываю» его в живот, так терпеть легче, я ещё не закончил.

Ещё гребок вниз, вновь пальцами левой поджимаю нос и чуть «надуваю». Щелчок в ушах подтверждает, что давление за барабанными перепонками уровнялось с «забортным» — «продувка». Отковыриваю ещё одну большую раковину.

Грудная клетка сокращается, словно в спазме. А вот и первая контракция — непроизвольное сокращение дыхательной мускулатуры. Фигня, по-хорошему, до того уровня кислорода в альвеолярном воздухе, за которым ждет «блек» ещё почти столько же, можно и потерпеть.

Но… долбанный Хеху! Меня словно холодной водой из ведра окатывает страхом.

Черт! Лёгкие начинают беспорядочную «пляску», подталкиваемые диафрагмой в попытке сделать глоток воздуха. Только до воздуха мне около восьми метров вверх! Сознание затапливает паническими картинами, среди которых немало и моих собственных. Видимо выброшенный в кровь адреналин всё ж заставил память открыть те архивы, что старательно не пускал в сознание долгие годы…

К черту! На воздух! Дышать!

Разворачиваюсь головой вверх, гребок… Остатки рацио твердят что надо расслабиться, отпустить мышечные зажимы для уменьшения расхода живительного газа, но тело и сознание уже не повинуются. Я словно взлетающая птица торопливо взмахиваю руками, безостановочно подталкивая себя гребками ног — какой нерациональный расход кислорода! Вместо того, чтоб спокойно смотреть прямо перед собой, закидываю голову вцепившись взглядом в приближающуюся поверхность, заставляя дополнительно напрягаться мышцы шеи.

Последнее, что успеваю сделать из разумного — направляю всплытие не вертикально вверх, а целюсь в урез воды.

Если бы не это… Боюсь, моё приключение могло бы на этом и закончиться, ибо когда до поверхности оставалось не более метра… лёгкие, против воли стали выпускать воздух!

Последствия не заставили ждать — когда я в брызгах и потоках сбегающей с меня воды выскочил животом на песочек, сознание потухло.

Благо — буквально на мгновенье. Дальше — лишь череда световых пятен, всё-таки я не отключился полностью. Когда свет вновь «включили», понял, что лежу на боку и не даю голове упасть. Перевернулся на спину, задышал маленькими, неглубокими вдохами-выдохами через нос.

Отходня-я-ак… По телу прокатилась волна слабости. Как же сладок свежий воздух! Ничего «вкуснее» на свете не бывает!

— Ты хотел меня убить!

Буквально верещит внутренняя шиза.

Похер на тебя. Не отвечая, встаю, два шага подальше от воды, и вновь — плюх на задницу. Откидываюсь на спину. Там, где я только что лежал волны слизывают следы на песке — видимо, когда уже на рефлексах вывернулся на бок накрыло «самбой». Это такая потеря двигательного контроля, приводящая к судорогам. Штука не смертельная, если тебя контролируют товарищи. И если нет опасности вновь уйти под воду или как у меня — упасть лицом в мокрый песок.

Наконец пульс более-менее выровнялся, да и противная ватность покинула тело. Сел, осмотрелся. Нож на месте, всё-таки я умудрился его не утопить. Сетка с мидиями тоже с собой.

— … проклятый демон, я запрещаю тебе заходить в воду! Ты не смеешь! Это моё тело!

Наконец я позволил сознанию обратить внимание на непрекращающуюся истерику заточенного где-то в недрах черепной коробки реципиента.

— Слыш… Заткнись.

— А вот и не заткнусь! Не хочешь отдать мне моё тело назад, я назло тебе буду говорить и говорить, пока ты не сойдешь с ума и не оставишь меня в покое!

— Хеху, блин… Да как ты не поймешь, что, если бы не твой страх, ничего бы не случилось! Я нырял так сотни раз. Тысячи!

— Если бы я не заставил тебя всплыть, я бы утонул там, во тьме!

— Да не темно там, — отмахнулся я. — Ты в настоящей темноте не был…

— Мне не важно, где был ты! Важно, что ты больше не пойдешь в воду! Не пойдешь, не пойдешь!

— И как ты мне помешаешь? — устало спросил я.

— Я?

Похоже пацан задумался.

— Пойми, ты, Хеху. Так уж случилось, что ты живешь в моей голове, и у нас одно на двоих тело. Твой страх заставляет это тело быстрее сжигать воздух. Ты провоцируешь меня на неправильные действия, и всё это может закончиться для нас плачевно.

— Да! Да! Вот твоё слабое место, демон! Я буду, буду бояться! Всякий раз, как ты зайдешь в воду я стану кричать у тебя в голове и бояться!

Я флегматично послушал истеричные выкрики реципиента, повертел перед глазами нож… и с размаху засадил себе каменной рукоятью по голени, аккурат в то место, где кость прикрыта лишь слоем кожи!

От удара твердым по надкостнице на глазах навернулись слезы, но боль… Это только боль. А вот истошный, даже какой-то обреченный вой моей внутренней шизы резанул сладостным эхом.

— Видишь ли, — стараясь говорить как можно ровнее заметил я, — боль, я терпеть умею. А вот ты— похоже нет… Знаешь, сколько в человеческом теле мест, чтоб причинить боль, но при этом не повредить его?

— А-а-а-а-а!!! Не надо!!! Прошу-у-у!!!

— Теперь ты просишь… — я устало вздохнул. — Давай договариваться, парень. Смирись, теперь я в твоём теле до конца. И мы либо можем мирно сосуществовать — если не хочешь помогать, так хоть не мешай. Или… — я выдержал паузу, — или ты будешь вопить в моей голове, пытаясь свести меня с ума, а я — буду причинять тебе боль. Сильную. Ты даже не знаешь, насколько сильной может быть боль…