"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Мархуз" - Страница 242

– Я начала волноваться, что ты не придешь, – с легкой укоризной заметила она, шагнув к нему. Решила подзарядиться перед практикой? Мирт поймал протянутую руку, чувствуя, как сила наполняет обоих, и испытывая не меньшее наслаждение от недовольства студента их близостью. Мелочно, а приятно. – Чем был занят?

– Последовал твоему совету и присматривал за Хедвин. Съездил в редакцию. Ты уже видела «Сплетник Живилля»?

– Слышала, – хмыкнула Летти, мотнув хвостом. – Асфирь угостила обедом и вдохновенно трещала за чашечкой чая. Поражаюсь ее памяти. Она даже диалоги пересказывает в лицах. Значит, ты целый день провел с девушкой? – Лисица показала клыки, насмешничая, но Мирт заметил, как хвост недовольно мотнулся из стороны в сторону.

Обольщаться не стоило: Летти в принципе не любила, когда он ходил куда-то без нее, неважно, с кем. Но было приятно потешить себя надеждой, что она взревновала.

– Не весь. Дневная поездка вышла достаточно плодотворной, – признался Мирт.

– Что-то нашел?

– Дома обсудим. – Он мотнул головой, напоминая о греющем уши студенте. Келлиан упорно делал вид, что его не интересует их разговор, но Мирт видел – тот жадно ловил каждое слово.

– Кстати, забыла предупредить, сегодня с нами дежурит Келлиан, – спохватилась Летти.

– Практику по некромантии он тоже завалил? – не сдержался полуэльф, хоть и знал, что перед ним один из самых успешных студентов потока.

Пожалуй, именно это сбивало с толку. Белмош не был бесталанным, он технически безупречно пользовался заклинаниями. Как так вышло, что оказался не способен сварить ни одного дельного зелья?

– С некромантией у меня всё в порядке, не переживайте. Просто как куратор курса я хочу, чтобы практика прошла удачно, – беззаботно откликнулся Келлиан.

– Стремление учиться похвально, но, может, стоило потратить свободное время на зелья? Раз у тебя сложности с занятиями мисс Рекорти.

– Впереди выходные. Уверен, что смогу разобраться в зельях с помощью моей любимой наставницы.

Мирту ведь не показалось, он специально выделил интонацией слово «любимой»?

– А насчет студентов – я на последнем курсе. Будет распределение – хочу остаться в Академии, помощником по боевой магии. Меднорог мне сам предложил. Так что опыт лишним не будет, – не без гордости добавил студент.

Гордиться было чем. Обычно преподаватели брали в помощники лучших из лучших (на других попробуй переложи обязанности)! И если Фальт просто проводил вступительное собеседование между желающими занять место в лаборатории, то Меднорогу физических показателей было недостаточно, он придирался к кандидатам с особой тщательностью. Мирта, например, забраковал из-за их связки с Летти, справедливо полагая, что полуэльф будет ставить в приоритет помощь подруге, а не свои прямые обязанности.

– Неожиданно. Давно решился? – не меньше Мирта удивилась лисица.

– Помните тот день, когда вы приходили на полигон? Тогда Меднорог и предложил тренировать студентов вместе с ним. Ему надо было куда-то отойти, он оставил малышню на меня… Кажется, его удивило, что по возвращению никто не разбежался, – немного смущенно признался Келлиан. Видно было, что он хотел поделиться, но боялся показаться зазнайкой.

Бесило до невозможности!

– Первые две недели моих занятий я собирала первый и второй курс по коридорам. Прогуливали бессовестно, – вспомнила Летти. – Так что ты молодец. Но не думай, что это поможет тебе получить зачет по зельям.

– И в мыслях не было. Я хочу честно заработать высшую оценку и буду стараться изо всех сил, – заверил Келлиан.

Тут раздался далекий глухой бой часов. Восемь.

– Ну что, пора начинать.

Летти огляделась, убедилась, что все студенты на месте, и подошла к ним. Краткий инструктаж, как вести себя на кладбище, Мирт, откровенно говоря, прослушал, запустив в это время поисковый импульс между могил. Можно было бы довериться покрывающей кладбище сети заклинаний, растянутой магами и незримой обычным людям. В теории она позволяла определять нежить до десятков ярдов, но… себе Мирт доверял больше.

– Не трать силы. Летти уже всё проверила, – совершенно другим, сухим тоном предупредил его Келлиан, встав рядом с оградой.

И куда делось показное уважение? Сейчас рядом с Миртом был мужчина, очень недовольный присутствием потенциального соперника.

Имя подруги, произнесенное с показной небрежностью, царапнуло слух. Сам Келлиан не сводил взгляда с лисицы, и Мирт очень хорошо знал этот взгляд. Видел у себя самого. Взгляд влюбленного идиота, как однажды высказался Фальт, и хорошо, что его никто, кроме Мирта, не услышал.

– Летти? С каких пор студенты называют преподавателей по имени? – напряженно уточнил полуэльф.

– Могу и мисс Рекорти называть парочку месяцев, с меня не убудет, – пожал плечами Келлиан. – Но звать ее по имени – вопрос времени. Совместная работа сближает, тебе ли не знать? А я собираюсь стать Летти настолько близким, насколько возможно. Или ты против?

– А если так?

– Тогда придется потесниться. – Келлиан оттолкнул его плечом, тоже выпуская импульс в сторону леса. – Ты всего лишь напарник. А я собираюсь стать для нее всем.

Келлиан провоцировал, но специально или нет, Мирт пока не понял. Отсюда Летти не могла слышать их разговор, а приклеенная к лицу мальчишки вежливая улыбка не позволяла догадаться о готовом вспыхнуть конфликте. Больше всего хотелось встряхнуть Келлиана за шиворот и раз и навсегда объяснить, кто чья половинка, но скандалить при студентах?

– Что, даже возражать не будешь? – догнал его оклик, когда Мирт развернулся обратно к напарнице.

– Никогда не мешаю людям тратить свое время.

Между тем Летти развернула список студентов и вызывала их к себе, тщательно разъясняя каждому, какой вопрос задавать призраку после призыва. В воздухе перед ней висела большая светящаяся схема кладбища, разбитая на сектора. Выходило по две-три могилы на группу: от почти свежих захоронений неподалеку от ворот, где призраки отзывались на заклинание от легчайшего прикосновения магии, до истлевших костей в склепах, с которыми разве что с зельями работать, и то не факт, что получится дозваться. С секторами, куда идти, Летти подсказывала, а вот могилы студентам предлагалось искать самостоятельно: понимание, как устроено кладбище, тоже входило в практику. Задание выглядело простым, но в первый раз пройтись между крестов в темноте или спуститься в заброшенный склеп было страшновато.

– Если увидите нежить – никакого геройства! Отходите на безопасное расстояние и зовете на помощь, – на всякий случай напомнила Летти. – И самое главное, помните, вы призываете духов, а не поднимаете мертвых: ни кошечек, ни собачек, ни любимой тетушки, которая не рассказала про наследство. Нарушите – направитесь прямиком к ректору за документами. Все меня услышали?

Недружный хор голосов был ей ответом. Что ж, хотя бы так. Летти заставила студентов проверить, с собой ли амулеты первой помощи, зелья для призыва и магические накопители, и махнула рукой, отпуская их на практику. Первокурсники разделились на группы и разошлись в разные стороны.

– И что дальше? Будем патрулировать? – предположил Келлиан.

Из своей собственной практики он помнил только визг девчонок, когда они попытались разговорить труп, а тот взял и ожил. Ох и досталось же им от Фальта!

– Смысла нет. Первый час все будут осторожничать. К тому же я контролирую сеть. – Летти подняла руку, прикоснувшись к незримой струне, тотчас отозвавшейся на чужую магию.

– А как же ответы на вопросы? Что если они напишут первую пришедшую в голову ерунду? – не успокаивался Келлиан.

– Тогда провалят практику. Все ответы давно известны, – пожала плечами Летти.

В прошлом году таких умников нашлось трое, и пересдавать им пришлось Фальту. После практики с мастером смерти парни месяц вели себя тише воды ниже травы.

– Погодите, получается, призракам всегда задают одни и те же вопросы? – разочаровался Келлиан.

– Ты же не думаешь, что полиция действительно будет ждать несколько месяцев, чтобы закончить расследование? – не сдержался Мирт. Он в свое время пристал к Фальту именно с этим вопросом, и тому пришлось рассказать упрямому первокурснику всю схему. – Между Академией и семьями умерших существует договоренность на проведение практики. Некроманты тревожат мертвых раз в год, родственники получают отступные. Многие сами согласовали такое посмертие.