"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Мархуз" - Страница 475

Глава 58

— Все правильно делал, Сандро, грамотно додавил «министра». Ты расставил все точки над «и» — или с нами, или против нас. В Париже не дураки у власти сидят, среди банкиров таковых нет. Шансов на сопротивление многомилионным армиям нет, раздавят попросту, «седанская катастрофа» детской игрой покажется. После поражения начнется раздел французской колониальной империи, и первыми в списки выгодоприобретателей будут англичане. Так что сотня против одного, что галлам Квебек и Валлония куда ближе к сердцу, чем Эльзас с Лотарингией. С нами Париж упрочит свое положение в мире, пойдут против — станут второразрядной страной, с жалкими остатками колоний — вроде Италии, курам на смех.

Вирениус закурил папиросу — в Крыму было тепло, со слякотной столицей не сравнить. Вот где жить надо, но Санкт-Петербург основан первым императором, положению нужно соответствовать. Тем более его присутствие нужно было здесь, на юге, ибо наступило время действовать. Черноморский флот готовился к той одной-единственной операции, ради которой и создавался, и положить можно было все корабли, но добиться результата — овладеть проливами Босфор и Дарданеллы. А там можно было заканчивать войну, так и не начав ее. Ведь цель достигнута — турки будут вышвырнуты из Европы в свои азиатские владения, под эгидой России будет восстановлена Византийская империя вместо греческого королевства, которая будет вечно бояться, что османы возьмут реванш. А потому будет нуждаться в вечной помощи России — так что зона проливов перейдет под вечный контроль империи. Константинополь не нужен, зачем он — пусть греки туда столицу переносят и маются от сего приобретения. Благо королевский дом под сильным русским влиянием, и будет еще «раздроблен» — девиз «разделяй и властвуй» тут подходит как нельзя лучше.

— Франция присоединится к «альянсу» на правах младшего партнера, и получит свою долю. Но только в том случае, если нам удастся победить Ройял Нэви в первых сражениях. Шансы есть — англичане не воевали на море свыше столетия, почивали на лаврах, а мы имеем боевой опыт, а через нас и немцы. Французы и австрийцы победят отдельные эскадры, если будут иметь двойной перевес в силах, итальянцам и тройное превосходство не поможет — британцы их побьют даже малыми силами.

— Андрей, но это вроде Крымской войны получается, только шиворот навыворот. Впятером против одного!

— Пять собак на матерого медведя мало, побить сможет. Лучше уж всемером на одного — тогда англичанам плохо придется, если присоединятся американцы и японцы. С последними можно рассчитаться Канадой без Квебека, японцам отдать Малайзию и Бруней — тигру ведь тоже что-то кушать надобно. Но не стоит торопиться делить шкуру не медведя, а льва — по сопатке получить можем. Но момент в истории самый выгодный, государь, другого такого никогда не будет — грех упускать единственный шанс.

— Только в Адмиралтействе не слепцы, все наши приготовления прекрасно видят. И могут упредить, как только в Лондоне решат, что положение слишком опасно. Так что война, которая вот-вот начнется между османами и нашими балканскими конфидентами, их не обманет — Королевский Флот сразу же войдет в Дарданеллы. Отдать проливы грекам равно передать их нам — в Сити на это никогда не пойдут, не надейся.

— Тогда война, государь — на суше мы побьем англичан, сильного союзника с большой армией у них нет, французов не считаем. Флот может дать время — но турок мы все равно разобьем. Если упредим британцев и захватим проливы — то за минными заграждениями можем сидеть долго. Жаль, что у нас всего четыре нормальных броненосца, способных драться один на один с британскими. И у австрийцев их три, шесть других с 240 мм пушками. Тут все надежды только на французов, у итальянцев есть восемь кораблей, однако они, скорее, броненосные крейсера, чем нормальные броненосцы.

Вирениус вздохнул — Черноморский флот имел три новых броненосца — «Князь Потемкин», «Евстафий» и «Иоанн Златоуст» — хорошо защищенных, с вооружением из четырех 305 мм, и по восьми 210 мм и 120 мм противоминных пушек. На «Трех святителях» число 210 мм пушек было урезано вдвое — все же корабль уступал первой «тройке». Вторая эскадра состояла из двух старых броненосцев и «Ростислава», перевооруженных на 240 мм пушки чешской выделки, проданные австрийцами. Эту тройку можно было не считать — они пойдут в Босфор первыми, их потеря для флота не столь фатальна. Главное сохранить «нормальные» броненосцы, что будут способны выйти в Эгейское море в случае успеха. Остальные корабли — по два больших и малых бронепалубных крейсера, пару новых броненосцев береговой обороны и два десятка эсминцев и больших миноносцев могли принести только относительную помощь, особенно последние в постановке минных заграждений. Имелись на флоте еще восемь субмарин американских и германских проектов, но рассчитывать на их эффективность не приходилось — слишком несовершенны конструкции первых подводных лодок.

Греческий флот из одного броненосного крейсера и трех броненосцев береговой обороны изначально сбрасывался со счетов — он был обречен на скорую погибель, англичане растерзают его в клочки. Впрочем, и турецкий флот имел всякую рухлядь, реальную боевую ценность представляли только два «проданных» британских броненосца и три купленных в Англии, САСШ и Италии бронепалубных крейсера.

— Не знаю, будет ли война, или нет, но будущее мира определенно изменится. Надеюсь, что в лучшую сторону…

Русские броненосцы идут к Босфору…

Глава 59

— Они решили нас предать, тем хуже для них — французы горько раскаются в своей измене. Но только после того, как мы дадим горький и болезненный урок трем зарвавшимся императорам.

Назначенный совсем недавно Первым Лордом Адмиралтейства, бывший министр внутренних дел Уинстон Черчилль не скрывал раздражения. Всего за шесть прошедших с окончания русско-японской войны лет, дипломаты Форин Оффис наделали массу ошибок. Нельзя было позволять снова сформироваться альянсу из германского, австрийского и российского императоров. Союз из трех мощнейших, континентальных держав был кошмаром для правительства его величества, и потому больше двадцати лет Англия принимала титанические усилия для его разрушения. Двадцать лет тому назад можно было вздохнуть спокойно — начала складываться паритетная ситуация. Две германские империи против «союзных» Французской республики и Российской империи — самая противоестественная ситуация, если вдуматься. Только она полностью отвечала интересам Британии занять привычной место вне всяких блоков, и быть третейским судьей. Правда, девять лет тому назад пришлось заключить «морской союз» с Японией, выйти из многолетней политики «блестящей изоляции». Последнее было сделано для давления на Германию и Францию, что вместе с Россией предприняли «вооруженную демонстрацию» против страны Восходящего Солнца, заставив последнюю отказаться от Квантуна, завоеванного у китайцев.

Так что требовалось «осадить» Россию в ее притязаниях, но сделать это исключительно руками японцев. Однако узкоглазые «союзники», одержав поначалу несколько незначительных побед, были крепко биты русской армией (что можно было ожидать), и что удивительно — разгромлены на море, имея при этом десять первоклассных кораблей построенных на английских верфях, из которых уцелело только четыре — меньше половины. Это заставило призадуматься «их лордства», так как из четырех кораблей германской, французской и итальянской постройки погиб только один.

Царь победил в той войне — видимо, такова участь всех «обезьян», что решаются бросить вызов «белым людям», а русские хоть и азиаты, но все же европейцы по складу. И ситуация стала изменяться потихоньку — новый царь нашел общий язык с кайзером, и немцы начали вытеснять французских и английских промышленников из России, получив огромный рынок сбыта от Урала до Маньчжурии с Кореей. Логичным завершением стал разрыв франко-русского военного альянса, совершенно поменявшего ситуацию на противоположную. Особенно с того момента как снова был воссоздан «союз трех императоров». Такого афронта в Сити никто не ожидал, все неожиданно осознали, что противопоставить столь мощным державам просто нечего, А времена Наполеона давно прошли, чтобы Франция могла справиться со столь грозными противниками в одиночку. Так что созданный с ней союз «сердечного согласия», обращенный против Германии, оказался немощным — Англия практически не имела серьезной сухопутной армии, всего несколько дивизий — не считая колониальные войска, качество которых сильно уступало даже русским, не говоря о первой в мире германской армии.