"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Мархуз" - Страница 710

— Мир больных придурков, — шепнул я, со злостью сжимая кулаки. — Перебить бы вас, долбаных уродов…

Таящаяся рядом бездна воодушевленно шевельнулась, а перед моими глазами на мгновение возникли картины прекрасного будущего. Отправив под нож армию владетеля, я легко мог получить сотню уровней. Уничтожив еще несколько тысяч людей — стать воистину непобедимым. Доведя счет до десятков тысяч — поравняться с богами. И пройти по этому пути было вполне реально — требовалось всего лишь отбросить глупую и ненужную мораль, забыть о тормозящих прогресс эмоциях…

— Твою мать.

Чувствовать себя медленно сходящим с ума психопатом оказалось неприятно. Впрочем, я довольно легко справился с этим ощущением и вернулся к текущей реальности.

Дождь, на который у меня имелись определенные надежды, до сих пор не начался, однако небо постепенно затягивалось тучами, делавшими ночной мрак абсолютно непроглядным. Ориентироваться и различать предметы в подобных условиях было очень странно, так что некоторое время я занимался абсолютной ерундой, внимательно изучая цепляющуюся за штаны траву, рассматривая собственные пальцы, а также упорно стараясь дотянуться взглядом до горизонта. Потом вернулся голод, заметно испортивший мне настроение и вынудивший снова открыть рюкзак. Лежавшими там объедками можно было накормить разве что какую-нибудь таксу, но я все же получил необходимый заряд бодрости, перестал маяться дурью и продолжил путь.

Спустя час или два посторонние мысли окончательно ушли из моей головы. Я с трудом продирался сквозь траву, огибал какие-то холмы, терпел порывы неожиданно холодного ветра, слушал чей-то далекий вой…

Думаю, за ночь мне удалось пройти не больше пяти или шести километров — каждый шаг давался с огромным трудом, так что общая скорость передвижения наверняка болталась где-то в районе ноля. Гордиться собственным упорством также было глупо — думаю, при желании любой опытный разведчик без проблем нашел бы оставленный мною след, а отряд всадников с легкостью оборвал бы мое существование. Поводы для радости банально отсутствовали — никаких укрытий поблизости не наблюдалось, сил хватало только на то, чтобы механически передвигать ноги, а взятые с собой припасы давно закончились. Одним словом, меня как будто снова забросило в Рахаллу.

Конец этому путешествию положил маленький ручеек — наткнувшись на него и утолив терзавшую внутренности жажду, я послал все к черту, улегся на траву и почти сразу же заснул. Разум выдал несколько стандартных маловразумительных картинок, на время оставил меня в покое, а затем…

Вокруг раскинулось грандиозное поле боя. Слышался жадный треск разбушевавшегося огня, сквозь него прорывались громкие стоны умирающих, звон скрестившихся мечей и яростные крики дерущихся за свою жизнь людей, с неба падали длинные черные стрелы, на пропитанной кровью земле валялись старые черепа и свежие трупы. Рядом дымились остатки сгоревших катапульт, чуть дальше колыхалась темная масса столкнувшихся друг с другом армий. Я шел именно туда. Шел, ощущая, как растекается по сторонам заполнившая тело прохлада. Ощущая десятки и сотни проносящихся сквозь меня воспоминаний.

— Лакарсис — это ветер, летящий над полями сражений, — донесся до моих ушей тихий голос Дархена Кора. — Это последний вздох, срывающийся с губ умирающих воинов…

Лежавший чуть в стороне солдат испуганно вскрикнул и попытался спрятаться за обломками какого-то сооружения. Прохладный ветерок с легкостью догнал его, за несколько мгновений иссушил душу, после чего улетел на поиски следующих жертв. Нашел притворявшегося мертвым человека, пронесся сквозь него губительным потоком, а затем утратил целостность, расплескавшись по окрестностям смертоносной аурой.

Я шел вперед. Шел туда, где продолжалась битва. Шел туда, где скопилось очень много бесполезных душ, готовых ко встрече с моей богиней. Я шел…

Пробуждение оказалось тяжелым — голова ныла, желудок сводило от голода, во рту снова пересохло. Вместе с тем, общее состояние моего организма немного улучшилось — раны болели заметно меньше, сил стало чуточку больше, а когда я напился, протер лоб холодной водой и сменил рубашку, жизнь и вовсе заиграла новыми красками. Правда, не очень яркими.

Начавшийся таким образом день прошел довольно тоскливо — я по-прежнему двигался в северо-восточном направлении, время от времени сверялся с ползущим по небу солнцем и проверял окрестности на предмет возможной погони, но до меня явно никому не было дела. Километры один за другим оставались за спиной, в какой-то момент времени мне удалось выйти на узенькую проселочную дорогу, спустя еще полчаса впереди показались ветхие домишки…

К сожалению, мои надежды на то, что в деревне найдется хоть какая-нибудь еда, не оправдались — поселение было полностью заброшенным и неоднократно разграбленным. Я упрямо таскался от одного дома к другому, но результатом этих поисков стал только найденный возле дороги колодец. Провизию вымели подчистую.

— Ушлепки.

Солнце уже склонялось к горизонту, сил для нового перехода не было, так что мне пришлось искать место для ночлега. Я повторно заглянул в несколько хижин, выбрал самую крепкую и надежную из них, после чего спрятался внутри, забаррикадировал дверь грубым деревянным столом и опустился на широкую лавку. А затем увидел висевшее на стене зеркало.

Тот факт, что маленький кусочек отполированного серебра не унесли ни хозяева, ни мародеры, вызывал определенную тревогу. А нацарапанные на пыльной поверхности символы многократно усиливали это впечатление, вызывая безотчетное желание убраться отсюда как можно дальше.

— Интересно…

Бояться живущих в зазеркалье сущностей я уже разучился, так что подошел к стене, призвал силу богини, а затем внимательно уставился на свое отражение. То выглядело изможденным, усталым и чересчур седым, но более-менее нормальным.

— Есть кто? — поинтересовался я, разрешая прохладе дотронуться до гладкого металла. — Выходи, приятель.

Зеркало на мгновение потускнело, но тут же вернулось к прежнему состоянию.

— Выходи, не прячься. Выходи, сучара.

Зазвучавшие в моем голосе обманчиво-ласковые нотки сделали свое дело — пластинка окончательно потемнела, а на ее поверхности проступила густая патина. Отражение исчезло.

— Ну и хрен с тобой, — буркнул я, убирая добычу в рюкзак. — Хоть продам…

Следующим утром стало ясно, что мое самочувствие окончательно стабилизировалось на уровне максимально дерьмового самочувствия и минимальной работоспособности. То есть, я по-прежнему мог куда-то идти и даже что-то делать, но чувствовал себя при этом выброшенной на берег медузой или наполовину раздавленным жуком. Учитывая недавно пережитые мною испытания, такой результат казался весьма неплохим, однако нехватка еды ставила крест на дальнейших перспективах — рано или поздно я должен был попросту свалиться на землю и сдохнуть от истощения.

Требовалось любой ценой вернуться к цивилизации. А для этого следовало избавиться от татуировки, однозначно идентифицировавшей меня в качестве солдата кашерской армии.

— Легче сказать, чем сделать, — пробормотал я, рассматривая въевшийся в кожу рисунок. — А, черт с ним…

Процесс вышел утомительным и болезненным — мне не хватило духа срезать всю татуировку за раз, так что я долго ковырял руку ножом, орошая грязный пол каплями крови, тихо ругаясь и чувствуя себя трусливым идиотом. Затем дело все-таки было сделано и пришло время снова отправиться в путь.

Солнце взошло над горизонтом, устремилось в зенит, после чего скрылось за набежавшими тучами. Поднялся ветер, принесший с собой первые капли дождя. Стало заметно холоднее. Еще через час дождь резко усилился, превратившись в настоящий ливень, очень быстро намочивший мне одежду и снизивший скорость передвижения до минимума.

Затем впереди показалась очередная деревня. Здесь точно имелась жизнь — стоило мне только подойти к первому из строений, как навстречу с громким лаем выскочила средних размеров собака. Я остановился и достал меч, но тут двери домов начали открываться, выпуская на улицу вооруженных чем попало мужиков. В сумме их оказалось человек семь, выглядели они достаточно жалко, однако мне сейчас было совсем не до конфликтов.