"Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 584

— Но не вечно! Знаете, что внуки куда более прислушиваются к бабушке и дедушке, чем дети — к родителям? Отцу и матери некогда, они зарабатывают деньги, строят карьеру. Предыдущее поколение больше склонно к задушевным разговорам. Мои родители будут работать в университете до шестидесяти-семидесяти, а то и позже, как вся профессура. Лев Игнатьевич! Вам я доверю нашего сына.

— А вы… уже?

— Признаков нет, — сообщила Вика. — Но мы работаем над этим. Часто. Потому не налегаю на шампанское.

— Наверно, химией пичкают, потому не выходит? — не унимался генерал, выискивая хоть какие-то изъяны в кандидате на руку его сокровища.

— Не без этого, но я категоричен: ни за что, вплоть до отказа от соревнований. Могу себе позволить ставить условия, количество побед приближается к сотне, ни единого поражения, восемьдесят один нокаут. Три победы мне засчитано из-за неявки противника, по-русски говоря, боксёры или их тренеры боятся, что моего соперника унесут с ринга. Натуральные стимуляторы допускаю, тот же корень женьшеня, но не злоупотребляю. Вам подкинуть женьшень?

Он хорош и для поддержания половой функции, что после пятидесяти актуально в любом случае, но ракетчик отказался. Пока способен выпускать ракеты хоть изредка, за помощью вряд ли обратится.

Возобновились общие застольные разговоры — об учёбе, в том числе моей на юрфаке, да и Ольге поступать в текущем году, она до сих пор не определилась, хотя заканчивает ту же школу с английским уклоном, что и старшая. Под общий сравнительно благополучный фон я ввернул следующий вопрос: готовы ли Лев Игнатьевич и Алевтина Павловна знакомиться с моей роднёй, для простоты — на том же Войсковом переулке, потому что Одоевского или Ждановичи намного дальше.

— Не по-людски это…

— Что, Лёва? — супруга положила ладонь поверх его руки.

— Он должен был честь по чести прийти, попросить у меня руки дочери. А так — фактически у меня её украл.

Господа гусары, молчать… Сжать челюсти… Думаешь, она — твоя собственность, хочу — продам за калым, ну а нет — пусть сидит девица в высоком тереме? Я прикусил язык, чтоб не надерзить. В воровстве меня никто пока не упрекал.

— Да что ты говоришь! — запричитала его половинка. — Дети любят друг друга. Ты же упёрся тогда: Гоша, Гоша, я другу Паше слово дал… Что, по твоему, они должны были делать, если заранее знали твой ответ? Ты сказал бы «нет», наплевав на мнение и чувства дочери.

— Нет — значит, нет, — снова заупрямился золотопогонный козёл. — Гоша ждёт. Сказал: всё равно будет ждать, хоть она и живёт с другим мужиком. Мужское слово твёрдое.

А казалось, дал задний ход, внял голосу разума. Увы, советские генералы принятого и оглашённого решения не меняют, даже если оно дебильное.

— Что же, расставлены все точки над i, — резюмировал я. — Лев Игнатьевич, уважаю ваше мнение, хоть оно в корне расходится с моим. К сожалению, мы вступим в брак без вашего благословения, что наложит отпечаток на дальнейшие взаимоотношения, в том числе с внуками. Надеюсь, это не тупик. Виктория Львовна, думаю, нам пора откланяться.

— И вы на чай с тортиком не останетесь, — всплеснула руками тёща, словно недостаток желающих уничтожить торт был наибольшей проблемой.

— Так лучше, мама! — Вика поднялась. — Коль нам здесь не все рады… Но ты с Олей приезжай к нам в Ждановичи, почаще, оставайтесь на ночь, в баньке попаритесь, помните? Как тогда, за Уралом. Валера вас привезёт и отвезёт обратно. Потом и я, как права получу.

Мы попрощались. Маму невесты я всё же познакомил с родителями тела и с бабушкой-дедушкой. Вроде прошло благополучно. Они все присутствовали на свадьбе, её пришлось организовывать затратно и с размахом: пригласил пацанов с тренерами и с бокса, и с боевого самбо, Вика позвала семь девочек из группы, Ольга сияла как начищенная бляха солдата-первогодки, будто это она выходила замуж за непобедимого чемпиона и вообще такого козырного парня.

Генерал не оценил и на свадьбу не явился. Ну и хрен с ним.

С этими военными кашу сварить сложнее, чем с «кровавой гэбнёй» с Лубянки.

Глава 10

10

В окопы

Мой перевод в Белсовет «Динамо» обернулся лишением самой маломальской награды за освобождение самолёта, о ней намекали в Москве после душещипательного разговора о попытке вербовки. На Героя Советского Союза я не рассчитывал, молод ещё, вот если бы отважно погиб, другое дело. Но орден там или медаль… Ничего подобного. Для пограничников, а от них, с самого низа, должно рождаться представление на госнаграду, я уже был отрезанный ломоть. Для «Динамо» — в доску свой. Вот только злосчастный рейс произошёл, когда на должности в Белсовете не числился, кругом засада.

В остальном жизнь мало поменялась. Мы снова сблизились с Коганом, он пытался осмыслить мои более чем непривычные ему подходы к боксированию — с переменой стоек и стилей, давал дельные советы. И тренировок по карате в ипостаси боевого самбо я не забрасывал, хоть куда больше стремился домой, к семейному очагу, медовый месяц у нас растянулся и не думал заканчиваться.

Ким, купивший, наконец, «жигуля» с заокеанских заработков, согласился приезжать в Жданы, мы занимались в моём личном и пока не до конца оборудованном зале, порой привозил двух-трёх пацанов для спаррингов, после чего мы парились в баньке и с удовольствием ужинали.

Вику тоже начал понемногу приучать к физкультуре: совершенное тело должно таким оставаться и сопротивляться годам. Она прежде занималась танцами со спортивным уклоном, но только до переезда в Минск, сохранила растяжку и с большего — тонус. Я пристроил её в группу дамочек из числа супруг офицеров КГБ и МВД, своего рода клуб, где под началом тренера, мастера спорта по художественной гимнастике, пару раз в неделю занимались аэробикой а-ля Джейн Фонда, а ещё получали домашние задания. Вылилось это в довольно комичные ситуации: «Ты в доме убралась?» — «Нет ещё, у меня же тренировка, не у тебя одного!»

Мы стали не только любовниками и супругами, но и коллегами-спортсменами, если игнорировать разницу в уровне. Наш медовый месяц продолжался по начало мая, был счастливым и куда продолжительнее календарного, тогда же у супруги началась задержка.

А меня ждали обязательные майские двухнедельные сборы в Грузии на побережье Чёрного моря и чемпионат СССР в Узбекистане. В финале чемпионата я напоролся на того самого Славу Яковлева, куда более мощного, чем Тайсон-юниор. Завалить его не смог, сам раза три получал до зелёных искр в глазах, от предчувствия неудачи просто замолотил его в третьем раунде на лучшей физухе, выдохся… Победил три-два по очкам, довольно сомнительно, зато к полному восторгу Когана: так и надо, не уродуя противника.

В Госкомспорте сделали вывод, что в текущем сезоне располагают сразу двумя супертяжами экстра-класса, и поделили путёвки. В Тампере на чемпионат Европы отправился ленинградец, хоть запросто мог бы и я. Финляндия не давала политического убежища и возвращала беглецов в Союз, ЦРУ не смогло бы там действовать столь нагло, как в других странах Западной и Северной Европы. Мои боксёрские начальники не знали, что Монреаль для меня закрыт наглухо, а я не спешил их расстраивать.

В конце июля был вызван в Москву на площадь Дзержинского за новым назначением. Мысленно сопротивлялся переводу в столицу, хоть это и не крах всему, денег достаточно, сниму или куплю дом в непосредственной близости, Вике будет почти так же удобно, как в Ждановичах, благо здесь центральный госпиталь КГБ, поздний срок беременности и роды пройдут под самым квалифицированным в СССР наблюдением. Наивный! Реальность оказалась гораздо страшнее.

— Валерий Евгеньевич! — со мной беседовал очередной динамовский генерал-майор в присутствии полковника-кадровика, даже странно видеть такое созвездие ради какого-то лейтенанта. — Юрий Владимирович лично проявил заинтересованность в судьбе офицера-олимпийца. Жаль, что вы не сможете защитить честь сборной на Кубке мира в Канаде. На ближайшие полгода все ответственные турниры в Северной Америке и в капиталистических государствах Западной Европы для вас закрыты, дальше — посмотрим. Но есть одно нуждающееся в помощи государство, где агентов ЦРУ дозволено расстреливать без суда и следствия. Наши товарищи весьма нуждаются в ценных советах чемпиона по единоборствам. Отправляетесь в полугодовую командировку в ДРА, в Кабул.