МотоКлуб «Ковбои». Книга 2 (ЛП) - Шмидт Эстер Э. - Страница 14

Кэссиди

— У тебя на лице выражение «мои яичники взорвутся в любую секунду», — говорит Харлин и прижимается своим плечом к моему. — Ты думаешь о детях?

— Правда? Чёрт возьми, ты только посмотри на них. — Я не отрываю глаз от мужа и сына, которые сидят на массивном лонгхорне, который Ропер вырастил и тренировал сам. Они просто прогуливаются, наслаждаясь вечерним солнцем, а Уэстон сидит рядом на лошади со своей дочерью Магдаленой. Магдалена и Паркер одного возраста, и я благодарна не только за семью, но и за близость МК, за то, что он окружён животными и расширяет нашу семью до максимума.

— Я знаю, — тянет Харлин. — Но не сейчас. Мы слишком заняты МК, ранчо, Магдаленой, клиникой. И собой. Я уверена, что когда-нибудь будут ещё дети. Уэстон всегда болтает о как минимум пяти детях, но всему своё время. А ты готова снова стать разъярённой стервой?

Я не могу не съёжиться.

— Определённо не жду этого с нетерпением. Будем надеяться, что я не стану такой чуть более чем через семь месяцев. Может, мне не стоит сообщать ему радостную новость. Можно ли скрывать беременность, а потом в один прекрасный день моргнуть и получить ребёнка? Блин, звучит неблагодарно. Я благодарна за то, что беременна. Это всё разъярённая стерва.

Ропер смотрит в мою сторону и одаривает одной из своих улыбок. Той, от которой я забеременела и которая заставляет меня глубоко вздохнуть, зная, что даже если я стану разъярённой стервой во время родов, он будет рядом, несмотря ни на что.

Харлин слишком тиха рядом со мной, особенно после того, как я только что сообщила новость о том, что беременна. Я никому не говорила и планировала сообщить новости Роперу, когда Паркер ляжет спать. Он будет в восторге, ведь именно он настоял, чтобы я перестала принимать противозачаточные. Как и Уэстон, Ропер жаждет большой семьи. Харлин уставилась на меня, разинув рот.

— Ты пытаешься ловить мух? — спрашиваю я и хихикаю, потому что моего лучшего друга трудно ошеломить.

— Ты? Ты? Твою же мать, я просто пошутила, но ты серьёзно? Ты беременна? — пищит она, и мне приходится зажать ей рот рукой, чтобы заглушить её слова.

— Тише, пока никто не знает, — ворчу я.

Её глаза мерцают, и я убираю руку.

— Будет весело. Можно мне быть там, когда ты будешь рожать? Я бы с удовольствием посмотрела, как ты снова отрываешь голову Роперу.

Я закатываю глаза и ворчу:

— Я не жду, что кто-нибудь будет рядом, когда придёт время.

Харлин сгибается пополам от смеха.

— А вот и она, — хихикает она.

— Заткнись, — рявкаю я.

Она указывает на меня и хрипит:

— Видишь?

Я отпускаю ещё несколько проклятий, но замечаю, что лонгхорн ложится, чтобы позволить Роперу и Паркеру слезть с него. Ропер забирает верёвку у быка и направляется к нам, в то время как Уэстон покидает пастбище, а Ропер закрывает за собой изгородь.

— Всё в порядке? — спрашивает мой муж, выгибая бровь, когда его взгляд скользит к Харлин.

— Да, всё великолепно. Харлин тут только что предложила пригласить Паркера на вечеринку с ночёвкой. Что скажешь, Паркер? Готов съесть немного печенья и посмотреть мультики с Магдаленой?

Наш сын ликует и бросается к Харлин, которая раскрывает руки, чтобы обнять его.

— Я заберу его попозже, — говорю я, но она качает головой.

— Завтра воскресенье. Выспитесь, и мы увидимся с вами в главной комнате, хорошо?

Я целую Паркера в макушку и смотрю, как он машет своей крошечной ручкой, пока Харлин идёт к Уэстону и Магдалене.

— Не то чтобы я жалуюсь на импровизированное времяпрепровождение наедине, но… не могли бы ты рассказать мне, что происходит? — говорит Ропер, когда его пальцы скользят к моей шее, его большой палец находит мою челюсть, чтобы запрокинуть мою голову и встретиться взглядом.

— Позже, — прохрипела я.

От того, как его глаза обжигают меня жаром похоти и любви, у меня перехватывает дыхание. Мне нужны его губы на моих. Вставая на цыпочки, я беру то, что он добровольно даёт мне снова и снова — всё. Покалывание в животе, любовь в сердце и мысль о совместном будущем, которое будет продолжаться долгие годы.

Его смешок вырывается из груди, когда он заканчивает поцелуй.

— Хорошая попытка, Дерзость. Обычно у тебя не возникает проблем с острым языком. А теперь выкладывай, что происходит?

Взволнованная тем, что меня лишили ещё более горячих поцелуев, я огрызаюсь:

— Я беременна, понятно? А теперь заткнись и поцелуй меня. — Из его горла вырывается лающий смех, и я просто знаю, что комментарий обо мне и моём настроении вертится у него на языке. — О, заткнись, — рычу я и пытаюсь толкнуть его в грудь, но он действует так быстро, что меня хватают за запястье, дёргают вперёд и аккуратно перекидывают через плечо, прежде чем я успеваю сделать следующий вдох. И мне нужно сделать следующий вдох, чтобы взвизгнуть, когда он шлёпает меня по заднице.

— Да, любимая. В следующие несколько минут ты будешь кричать гораздо громче, когда я возьму тебя

Он осторожно удерживает меня на своём плече, пока идёт к домику, расположенному рядом с домиком Уэстона и Харлин. Он невелик, но для нас это дом, где мы по-прежнему близки со всеми, но в то же время у нас есть собственное пространство для нашей семьи. Запирая дверь за ним, я ожидаю, что он направится в спальню, но вместо этого он позволяет мне соскользнуть вниз по его телу, заключая меня в клетку, и начинает стягивать с меня одежду.

— Беременна, да? — бормочет он. — Это значит, что я снова увижу, как это великолепное тело округляется от нашего ребёнка? А наши сердца расширяются, чтобы принять ещё одного члена семьи. Чёрт. Ты делаешь меня таким чертовски счастливым, женщина.

Я не знаю, плакать мне или целовать его. Хотя сначала оттрахать.

— Заткнись и поцелуй меня, — приказываю я, задыхаясь.

Моя одежда быстро разбрасывается по полу, пока он ещё полностью одет. Я тянусь к его ремню, но он отбрасывает мои руки и опускается передо мной на колени, грубо перекидывая мою ногу через своё плечо. Я откидываюсь на стену, когда его язык скользит по моим складкам. Этот мужчина обладает такими навыками, и поскольку моё тело уже гудит в ожидании оргазма, очень скоро я позволяю удовольствию поглотить моё тело.

Ропер не торопится, чтобы моё удовольствие не угасло, и когда я опускаю взгляд, могу мгновенно кончить снова. От его взгляда исходит столько жара, что моё сердце бьётся быстрее. Он медленно поднимается, и его кожанка, белая майка и синие джинсы — все подчёркивает грубый секс, который он излучает. И ещё больше, когда он просто расстёгивает ремень и пуговицу, чтобы расстегнуть молнию, и лезет внутрь джинсов, чтобы вытащить налитый член. Круглая головка касается моей сердцевины, когда он подходит ближе и поднимает меня, я автоматически обнимаю ногами его за талию. Он протягивает руку между нами, прижимая меня к двери. Кончик его члена скользит внутрь, когда он просовывает руки под мои колени, чтобы раскрыть и глубоко войти в меня одним движением.

Ропер грубо рычит, в то время как низкий стон абсолютного удовольствия срывается с моих губ. Его бёдра начинают двигаться в ритме, и я встречаю каждый толчок. Моё тело уже чувствовало себя живым и возбуждённым от множества эмоций, которые этот мужчина разжигает во мне, но грубая и необузданная потребность, балансирующая между нами, показывает, что независимо от того, сколько лет прошло, огонь между нами будет только разгораться. Дверь скрипит, но звук затихает, потому что я могу сосредоточиться лишь на ощущении, которое растекается, как лесной пожар, по венам. Я выкрикиваю имя Ропера и наслаждаюсь тем, как оргазм обрушивается на меня в полную силу. Он погружается в меня ещё несколько раз, прежде чем войти по самую рукоятку, кряхтя и наполняя горячими струями спермы, его член подёргивается и пульсирует, заставляя тело вибрировать от очередного толчка удовольствия.

Сердце бешено колотится, дыхание сбивается, пока наши тела пытаются оправиться от перегрузки спокойствием, которое мы создали.