Вызов принят (ЛП) - Кисс Табата - Страница 27

— Игра на выпускном вечере… — бормочет он.

— Вы, ребята, серьезно надерете задницы, — говорю я, ударяя его по руке. — Поверь мне.

— Эта команда разгромила нас в прошлом году… — вспоминает он. — Я почти уверен, что мы закончили игру с пятью очками в нашу пользу, что может показаться невероятным, но… мы справились.

— Но в этом сезоне вы выиграли все игры. Если кто и должен дрожать в своих бутсах, так это они. Не ты.

Он морщится.

— И все же…

— Вот что я тебе скажу… — Я сажусь, наклоняюсь немного ближе, чтобы поцеловать его в шею. — Как насчет того, чтобы я дала тебе какой-нибудь серьезный стимул?..

— Какого рода стимул?

— Ну что ж… если вы, ребята, выиграете игру на выпускном вечере и ты справишься с завтрашним тестом… — Я облизываю мочку его уха. — Я позволю тебе войти куда угодно.

Джуниор дергается.

— Куда угодно?

— Куда угодно.

— Включая…?

— Ага, — киваю я.

Он с усилием выдыхает.

— Это серьезный стимул.

Я соскальзываю с кровати и подбираю с пола свои трусики.

— Я имею в виду, если ты считаешь, что это слишком просто, я могу усложнить задачу…

— Нет, нет… — Он встает. — Твои условия, вполне подходящие…

— Ты уверен?

Он наблюдает, как я одеваюсь, его взгляд блаженно скользит по моим изгибам, когда я прячу их под юбкой.

— У меня получится.

— Хорошо. — Я сбрасываю с себя его рубашку большого размера и надеваю свою блузку. — Желаю повеселиться на тренировке. Напиши, если позже у тебя возникнут какие-нибудь проблемы с учебой…

Джуниор выскальзывает передо мной.

— Что, если я получу четверку за тест и мы выиграем игру?

Я улыбаюсь.

— Все или ничего, Джуниор.

— Четверка с плюсом?

— Пятерка… или ты останешься без П.

— Черт… — смеется он. — Это было умно.

Я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.

— Пока, Джуниор.

— Пока, Элли.

Я оглядываю улицу в поисках свидетелей, прежде чем выйти на улицу, — привычка, которую я выработала с тех пор, как впервые вошла в его дом, и реальность этой ситуации оседает у меня внутри.

Это вошло у нас в привычку не просто так. Мы с Джуниором не должны были вот так встречаться. Даже если бы мы оба действительно хотели чего-то большего, нам все равно пришлось бы преодолевать очевидные препятствия.

Он — звездный квотербек моего отца. Честно говоря, я не знаю, что сделал бы мой отец, если бы когда-нибудь узнал, но могу с уверенностью сказать, что он не стал бы открывать бутылки шампанского в честь праздника.

Я сажусь в свою машину, когда Джуниор выходит на улицу, чтобы вернуться в кампус. Он быстро машет мне рукой, и я отвечаю ему тем же. Я думаю послать ему воздушный поцелуй, но нет.

Нам весело. Вот и все. Просто хороший, старомодный, случайный секс. Быстрый взмах руки оправдан. Воздушный поцелуй означает то, чем мы не являемся.

Я могу продолжать притворяться, что меня это не беспокоит. В конце концов, я актриса.

Шоу должно продолжаться.

Глава 17

Джуниор

— СОБЕРИТЕСЬ, РЕБЯТА! — Кричит тренер. — Мы закончили.

Я поднимаюсь с травы. Этот последний подкат выбил из меня дух. Не так сильно, как Элиза, обещавшая мне свою попку в эти выходные, но все же достаточно, чтобы у меня слегка закружилась голова.

— Эй, Джуниор!

Я выплевываю каппу и снимаю шлем.

— Да, тренер?

Он кивает, когда я прохожу мимо него в сторону раздевалок.

— Сегодня отлично сыграл. Что бы ты ни делал вечером, продолжай в том же духе.

Я ухмыляюсь.

— О, я так и сделаю.

Он машет мне, чтобы я уходил, и я тут же чувствую, как кто-то толкает меня в плечо. Это, конечно, Тай, который бросает на меня злобный взгляд через защитную маску, но его губы все еще кривятся в усмешке. Он никому ни слова не сказал обо мне и Элизе, несмотря на свои протесты против наших отношений.

Отношения. Я не могу использовать это слово, не так ли?

То есть, я полагаю, у нас есть отношения, но это не совсем стандартные. Для нас с Элизой нет приемлемого названия — по крайней мере, я бы не признался в этом открыто своей матери или кому-то еще.

Я смываю с себя пот и грязь, слушая, как в переполненной раздевалке перекликаются мои товарищи по команде.

Каждый раз, когда я чувствую эту воду на своей коже, мой мозг мгновенно возвращается к тому дню, когда она вошла сюда. Я даже не помню, о чем я думал в тот момент, но точно помню, как молния пронзила мои пальцы ног в ту секунду, когда я услышал ее голос. Я едва мог двигаться, думать или дышать. Все, что я мог делать, это слушать, как ее ботинки стучат по полу, медленно приближаясь ко мне. Это все, что мне потребовалось, чтобы затвердеть. Потом я прижал ее к шкафчикам, и все, о чем я мог думать, было:

— Джуниор, ты идешь?

Я прихожу в себя и вижу, что Джон смотрит на меня из соседней кабинки.

— Что?

— На вечеринку, — говорит он, проводя рукой по своим лохматым каштановым волосам. — Последняя передышка перед двумя днями здорового питания и протеиновых коктейлей в качестве подготовки к игре.

— О… — Я выключаю душ и вытираю воду с глаз. — Нет, извини. Мне нужно заниматься сегодня вечером.

— Заниматься?

Я оборачиваю полотенце вокруг талии.

— Завтра утром у меня контрольная.

Он смеется надо мной и следует за мной через комнату к шкафчикам.

— Тебе не обязательно заниматься, чувак. Ты играешь в футбол.

— Мне нужно преуспеть в этом, чтобы… — Я замечаю, что тренер задерживается у входа в подсобное помещение. Он замолкает, едва взглянув на нас, но я могу сказать, что он слушает. — Чтобы повысить свои оценки.

— И чтобы угодить твоему маленькому репетитору, держу пари…

Я моргаю.

— Что?

— Да ладно тебе… — Он толкает меня локтем в бок. — Иначе зачем бы тебе заниматься учебой в этом семестре? Из-за сексуального репетитора, верно?

Я колеблюсь.

— Да, у меня есть репетитор, но она не…

— Она горячая штучка? — перебивает он, приподнимая бровь. — Должно быть, она не в себе, если заставляет тебя так усердно заниматься учебниками.

Я делаю паузу, загоняя ответ обратно в глотку.

Раньше я бы выложил все, что знал о девушке, с которой встречался: какой у нее голос, какая она подтянутая, где у нее на теле каждая родинка или веснушка. Но сейчас? Я даже не хочу упоминать о том, что это вообще происходит, как будто это их вообще не касается. Это касается только нас с Элизой, и так и должно остаться.

— Она репетитор, — говорю я вместо этого.

— Это значит, что да, — улыбается он. — Ты должен дать мне ее номер. У меня есть двойка, которой, несомненно, не помешало бы уделить немного больше внимания.

Раздевался взрывается незрелым хихиканьем, и Джон получает заслуженные «дай пять», но мне не до смеха. При одной мысли о том, что Элиза хотя бы заговорит с кем-нибудь из этих ублюдков, у меня перед глазами все краснеет.

— Итак, как ее зовут?

Я достаю футболку из шкафчика.

— Она недоступна.

— Да ладно тебе… — Он ударяет меня по плечу, и моя кровь вскипает. — Мы команда. Мы можем заниматься с ней по очереди.

Я разворачиваюсь, готовый наброситься на него, даже если он фунтов на двадцать тяжелее меня.

— Отвали, — рычу я. — Я сказал, что она недоступна.

Выражение его лица меняется, становясь каким-то свирепым и хищным.

— Я никогда не думал, что доживу до этого дня… Джуниором Морганом владеет киска…

— Повтори это еще раз, — предупреждаю я.

— Ты думаешь, что сможешь справиться со мной, Джуниор?

— Вполне уверен, что смогу.

— Эй!

Все головы поворачиваются к тренеру, и напряжение спадает с наших плеч.

— Убирайтесь побыстрее, — рявкает он.

Я отступаю к своему шкафчику, чтобы взять остальную одежду, не обращая внимания на тихие, шепчущие голоса, доносящиеся от остальных.