"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Боталова Мария - Страница 1095

В этот момент, во всех красках представив, что меня сейчас снимают и наверняка потешаются над моей растерянностью, я вдруг разозлилась. Ну, я вам еще покажу! Торопливо расстегнув пуговицу и молнию, стянула с себя джинсы.

– А, ну что, нравится?! – прошипела я. – Любуйтесь!

И, отпихнув джинсы в сторону, в каком-то злорадном безумии заплясала по ванной комнате, всячески крутя… кхм… бедрами. Я, конечно, не жирный мужик, который реально может наказать голым задом, и нижнее белье не снимала, но уж очень захотелось поиздеваться над съемочной группой. И вообще – я безумна!

А потом я внезапно увидела свое отражение в зеркале. Замерла. Сделала глубокий вдох и заверещала. Снаружи в дверь что-то ударило, я вздрогнула и тут же замолкла, продолжая таращиться на свое отражение. В следующий миг дверь слетела с петель, лишь благодаря наличию небольшого закутка, в котором я стояла, не задев в тесной комнатушке. В ванную ворвался безымянный знакомец и уставился на меня непонимающим взглядом. Наверное, думал, что меня тут убивают, и очень удивился, не обнаружив здесь кровожадных ваграгов или какой еще другой гадости. Но со мной произошло кое-что гораздо, гораздо хуже.

Я медленно повернулась к мужчине. Для наглядности взяв в руки длинные пряди волос, на грани истерики вопросила:

– Что? Что они со мной сделали?!

– А что случилось? – поняв, что на нас никто не нападает, знакомец расслабился и даже руки на груди скрестил. Правда, взгляд его на волосах, которыми я в доказательство вопиющего вмешательства в мою внешность потрясала перед собой, не задержался и спустился несколько ниже, к голым ногам.

– Что случилось?! – возмутилась я. – Да как же ты не понимаешь! Кошмар случился! Я – блондинка!

– Ммм… вижу, – взгляд его по-прежнему выше моих бедер не поднимался. Хотя волосы, моя гордость, заканчивались примерно на середине бедер, так что их кончиками можно было полюбоваться и на том уровне, где задержались глаза мужчины.

Вот только… гордилась я красивыми темно-каштановыми, почти черными волосами! А это… то, что сейчас было на моей голове, ужасало своей блондинистостью. По-прежнему гладкие, по-прежнему длинные, но золотисто-медовые. Черт возьми, я никогда не мечтала стать блондинкой, а тут такой подарок офигенный! Они что, совсем с ума сошли? Засужу! Засужу всех за то, что сотворили с моей внешностью! И за издевательства тоже засужу! Они мне не один миллион заплатят – три! Или четыре!

– Ни черта ты не видишь, – пробурчала я. – Дверь как теперь закрывать будешь?

– А зачем ты орала? Я думал, ты не справляешься и тебе нужна помощь, – взгляд, застрявший на моих бедрах, стал особенно красноречивым, да еще насмешливый оттенок приобрел.

– Не «зачем», а «почему»! И никакая мне помощь не нужна, – я не оценила его предложения. – Блондинкам, блин, уже ничто и никогда не поможет. Уйди, я хочу побыть одна. Мне нужно оплакать загубленную жизнь.

И пусть загублены были только волосы, не целая жизнь, мне все равно хотелось побыть одной. Потому что все со мной за сегодня случившееся – это одно. Но обесцвеченные волосы, от корней и до самых кончиков, это уже перебор. Я всю жизнь их растила. Всю жизнь! Ухаживала за ними, никогда не портила всякими утюжками, а тут раз – и волосы обесцвечены. Мне ж теперь свой цвет никогда не отрастить. И как это будет выглядеть? Половина темных, половина – светлых? Издевательство!

Мужчина на мое заявление отреагировал весьма флегматично, никак не прокомментировав зарождающуюся истерику. Молча развернулся, поднял дверь и, прислонив ее к косяку, чтобы частично прикрыть дверной проем, вышел.

Страдала я долго, но беззвучно, потому как уединения здесь ни капли не ощущала. Наконец решила возвращаться в комнату. Тем более подумалось вдруг, что надо дать знакомцу временное имя, которое можно будет использовать до тех пор, пока ему память не вернется. Или пока мы не разойдемся в разные стороны. Или пока шоу не закроют из-за нехватки бюджета.

– А давай будем звать тебя Аидом? – предложила я, без труда протиснувшись между косяком и дверью – все же половина дверного проема оставалась открытой. Мне показалось вполне логичным дать имя бога мертвых красноглазому и неуязвимому существу. Он, кстати, лежал на кровати поверх покрывала, закинув руки за голову. При моем появлении чуть скосил на меня недовольный взгляд. – Ну не нравится греческая мифология, пусть будет египетская. Как тебе имя Анубис? Хотя нет… тот вроде с головой шакала был…

Я задумалась и вдруг пораженно застыла. Господи, это не шоу! Это вообще не может быть правдой, потому что мы говорим на каком-то другом языке, но точно не на русском! Когда я предлагала имена богов, заметила, что звучат они как-то странно на фоне совершенно незнакомых звуков и слов. Мы общаемся на каком-то другом языке, неведомым образом все же мне понятном! Никакие технологии на такое не способны. Не могли меня заставить говорить на языке, которого я никогда не знала. Не могли без помощи магии. Боже. Неужели я действительно оказалась в другом мире? Как одна из тех самых попаданок, о которых в огромном количестве читала книги.

Ох, мне плохо!

До кровати добиралась как в тумане и едва не рухнула, когда все же добралась. Опустившись на край, сбоку от пока еще безымянного, пустым взглядом уставилась в стену. В другом мире. Я в другом мире. Я попаданка. Блондинистая попаданка.

При мысли о волосах на глаза навернулись слезы. Если я действительно попаданка и волосы сменили цвет во время перемещения между мирами, то родной цвет мне уже никогда не вернуть! Потому что это не краска и не обесцвечивание. Это – МАГИЯ!

А следом нахлынуло еще одно понимание. Мне повезло. Нет, на самом деле повезло! Я могла бы превратиться в мальчика или какое-нибудь несимпатичное чудовище, или просто подселиться в тело несчастной толстушки-принцессы, попытавшейся покончить жизнь самоубийством и потому вытесненной моим сознанием. А у меня только цвет волос поменялся – тело осталось свое. И даже ни грамма веса не добавилось. И лишние части тела не отрасли. Надо радоваться, что жертвой метаморфоз стали только волосы. К тому же, не выпали, а всего лишь цвет поменяли. Пустяки. Перекрашу.

– Осознала? – вырвал меня из размышлений голос безымянного… а может, все-таки Аида?

– Кажется, да, – мне стало как-то неловко, но не из-за истерики по поводу цвета волос, а из-за того, что он теперь знает о моем иномирном происхождении. Мало ли, как здесь к таким относятся. Вот в некоторых книгах, которые читала, попаданцев из других миров очень не любят, а где-то с ними связаны целые пророчества о спасении или уничтожении мира. Словом, нехорошо я спалилась. Но в джинсах… да, трудно было закосить под местную, даже если б очень постаралась. – Тебе не кажется, что мы в довольно странном положении? Вот ты уверен, что ты не очутился в другом мире?

– Уверен. Это мой мир.

– То есть ты помнишь все, что не касается тебя напрямую?

– Да, именно так, – Аид оставался спокоен и смотрел на меня как-то… хм… подозрительно. Вот как сытый котяра смотрит на пойманную мышь, уверенный, что перекусит обязательно, но можно не торопиться, потому как сыт, да и мышка никуда не денется. Мне этот взгляд, эффект от которого усиливался благодаря хищно прищуренным красным глазам, совершенно не нравился. – Но предлагаю решить наши проблемы позже.

– А, ну да… ты, наверное, очень утомился, несмотря на свою живучесть, – я продолжала изображать беспечность, однако внутренне напряглась, ощущая, вот-вот что-то произойдет. Хищник явно готовится к прыжку!

– Ты помнишь о своем обещании? – с подозрительно ласковой улыбкой осведомился мужчина.

– Помню, – раз уж обещала, отпираться бессмысленно. Однако… я повторюсь, если скажу, что мне не нравится его взгляд?!

– Замечательно.

В одно мгновение он оказался рядом со мной, схватил за талию и, повалив на кровать, навис сверху.

– Ты поможешь мне восстановиться… – промурлыкал мужчина, захватывая мой взгляд в красный плен, – но не беспокойся, убивать не буду.