"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Боталова Мария - Страница 852

— Нет, — мотнул я головой и сдержанно улыбнулся. — Приятно видеть, как вы рвётесь скорее спасти Яру, но, думаю, это не потребуется.

— В смысле, не потребуется? — опешил Александр. — Ты ведь… не бросишь её?

— Конечно нет, — резче чем нужно ответил я. Затем, смягчившись, добавил: — Слышите?

Я наставительно поднял указательный палец к небу. Мои товарищи подобрались и прислушались.

— Что-то звенит?

— Журчит?

— Стрекочет?

— Оно приближается! — выпалил Эммануэль и полыхнул энергией.

— Спокойно, — хмыкнул я. — Это свои.

Стрекоча крыльями, с небес спускался огромный скарабей. В своих лапах он держал двух женщин: левыми лапами скарабей нёс молодую африканку, а правыми — кудрявую женщину европейской внешности.

— Ух ты! Жёны Константина! — хохотнул Александр, когда Юрец уложил дамочек на траву рядом с нами.

Эммануэль с изумлением пялился на моего жука. Я же решил выказать скарабею своё расположение и погладил его по громадной голове.

«Можешь поймать несколько ворон и съесть», — любезно предложил я Юрцу.

Он посмотрел на меня, как эльф на гоблина, и самодовольно вздёрнул морду. А затем прислал мыслеобраз, как он сражался с охраной Нанджалы, при этом изолировав всё окружающее Пространство от внешнего мира, чтобы враги не сбежали и не вызвали подкрепление.

Достойная картина!

Мыслеораз сменился, и я увидел, что было дальше: жёны Константина валялись на траве без чувств, а рядом с ними довольный скарабей употреблял в пищу поверженных охранников.

Ну да, зачем ему теперь за воронами-то гоняться?

Юрца я затянул обратно в своё Сосредоточение. В это время другой лысый — Батуми — распорядился принести наручники, блокирующие энергию, и надел их на жён Константина. Затем поверх ещё и обычными наручниками приковал одну женщину к другой.

— Чтобы в разные стороны не сбежали, — пояснил свои действия Батуми.

Присев на корточки, я положил ладони на головы женщинам. Сразу приводить их в чувства я не стал, напротив, сделал их сон более глубоким. А заодно кое-что подправил и «починил» их после столкновения с Юрцом — всё-таки ценные заложники для обмена должны выглядеть приглядно.

Пока я был занят женщинами, краем уха слушал спор двух принцев.

— Он сам считает себя императором, а стало быть, своих жён враг считает императрицами, — возбуждённо вещал Эммануэль. — Две императрицы совершенно не равны одной баронессе.

— Враг прекрасно знает, насколько важную роль играет Ярослава Пожарская в нашем штабе, — парировал Александр.

— Не сомневаюсь. Но всё же она — баронесса.

— Она — наш важный товарищ, — процедил Александр.

— Но даже так, по общей ценности она и на одну императрицу не тянет. Чего ты заводишься, Александр? Я, между прочим, тоже хочу освободить Ярославу Пожарскую. Но я предлагаю гораздо лучше продумать условия обмена.

— Ты понимаешь, что она очень дорога Максиму? — прошипел Александр, приблизившись к Эммануэлю вплотную. — Максим пойдёт на всё, чтобы её освободить, и мы его поддержим.

— Да… но…

— Хватит, — хмуро произнёс я, закончив заниматься императрицами.

Выпрямившись, я размял спину и с вызовом посмотрел на Эммануэля.

— Александр прав, — изрёк я. — Чтобы освободить Яру, мне не жалко отдать двух этих царевен. Да хоть и других пленников в придачу! Эта цена, которую я готов заплатить за свою баронессу.

— Вот видишь, о чём я и говорил, — наставительно произнёс Александр и хлопнул француза по плечу. — Эх ты! Ты же основатель Цветочного Братства. Для вас любовь должна быть на первом месте.

— Саш… — хмуро обратился я к брату.

— Молчу-молчу! — отпрыгнул он назад и поднял обе руки, признавая поражение.

— Ваше Высочество, вы… — начал было Эммануэль, шагнув в мою сторону, но я его перебил.

— С точки зрения логики ты, конечно, прав. Но мне плевать на логику.

Он цокнул и покачал головой. Я же усмехнулся и добавил:

— Как, впрочем, и Константину. За своих жён он тоже многое готов отдать. А как ты, Эммануэль, заметил, у нас сразу две его жены. И обе ему нужны. Так что готовь список, кого из пленников, разумеется, помимо Яры, нам нужно высвободить в первую очередь.

Встреча для обмена военнопленными состоялась спустя три часа. Во время телефонной беседы с Константином мы договорились о том, что с собой можем взять лишь по одному сопровождающему.

«Чтобы не создавать толпы», — как выразился мой самый старший братишка.

И я с ним был согласен. Так-то что за его спиной, что за моей, буквально в трёхстах метрах лучатся нетерпением наши бойцы, готовые сорваться в бой в любой момент. Мои ребята в лесу, его — на британской базе.

— Очередной человек-факел, — хмуро проговорил Александр, заметив того, кто шёл рядом с Константином.

Константин, разумеется, использовал тело Глеба.

— Это не очередной, — в тон брату проговорил я, когда смог через «поле» просканировать огненного человека.

— Хм? — покосился на меня брат.

— Этот особенный. Эй, дамы, не торопитесь! — я чуть дёрнул за цепь наручников, ибо жёны Константина хотели рвануть вперёд к своему мужу.

— Имейте терпение, — произнёс Александр.

Я почувствовал, как внутри него зарождается буря.

— Эй… ты обещал мне, — строго напомнил я брату.

— Да-да, прости, — быстро произнёс он и хохотнул: — Буду держать себя в руках. По крайней мере, в ближайшие минуты.

Я молча кивнул, принимая его слова. Как и ожидалось, при виде Глеба-Константина Александр едва не впал в ярость. Но уж слишком сильно Сашка напрашивался со мной в сопровождающие, и я решил дать ему шанс.

Мы поравнялись с другой группой. Нас четверо, их двенадцать.

Да, мне удалось выторговать у Константина ещё девять пленников, кроме Пожарской — французских аристократов. Пять из них высокородные, четверо просто сильные — все нужны нашим союзникам.

Но за своих жён Костя их отдал.

Хотя сейчас на этот бонус я даже не смотрел. Мой болван анализировал огненного человека, а сам я не сводил глаз с Яры. Она стояла, закованная в кандалы, как и все остальные пленники, опустила голову и даже не поднимала взгляд.

Я чувствовал её эмоции: огорчение, обиду, грусть, стыд и… радость. Да, она счастлива, что я пришёл за ней. Хотя эта эмоция не самая яркая среди всего её букета.

— Мои любимые, с вами всё хорошо? — даже не поздоровавшись со мной и Александром, Константин в теле Глеба обратился к жёнам.

— Да, милый.

— Всё в порядке, дорогой. Прости, что попались.

— Глупости! — махнул он рукой. — Не стоит. Максим, меняемся и расходимся. Согласен?

— Согласен, — отозвался я.

Сам обмен прошёл без проволочек и сюрпризов, так что спустя пару минут нас уже было двенадцать, а их четверо. И все без наручников.

— Молодец, что вернул их в целости и сохранности, Максим, — произнёс Константин, буравя меня взглядом. От него повеяло холодом, и он прошипел: — Иначе я бы уничтожил всех, кто тебе дорог, кто тебя поддерживает и идёт за тобой.

— Я могу тебе сказать то же самое, — в тон ему ответил я и взглядом указал на Пожарскую.

Константин криво усмехнулся и выдохнул:

— Мы похожи с тобой, братец. Больше, чем кто-либо. Поэтому напомню: пока ты не перешёл черту, я жду тебя с распростёртыми объятьями. Приму всех вас. Слышишь? Саша, к тебе это, разумеется, тоже относится. Постарайся и вместе с Женей и Владом убеди Максимку принять правильный выбор и присоединиться ко мне. Семья должна держаться вместе.

— Да как ты смеешь⁈ — рыкнул Александр, полыхнув Жаждой Крови. Он рванул вперёд, но я успел поймать его за шкирку.

Александр дёргался, пытаясь вырваться. Но дёргался явно не изо всех сил — он всё ещё пытался сдержать обещание. А я будто бы помогал ему сейчас с этим.

— Как ты смеешь такое говорить? — прорычал Сашка. — Ты управлял мной, шантажировал Адалиной, заставил Женю убить Алексея!!! И ты хочешь, чтобы мы были на твоей стороне, а?!!