"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Боталова Мария - Страница 937

— Прости Аким, но мы должны это обсудить, — улыбнулся в ответ Гектор. — Как-то в гости сегодня не собирались.

— Да конечно, погутарьте, — махнул рукой Аким. — Да вы не беспокойтесь. У нас народ правильный. Каждую жизнь ценит. Потому как жизнь — это свыше подарок нам. Забирать ее только бог может… А людям убивать — грех смертный.

Гектор отозвал в сторону друзей:

— Ну, что думаете?

— Да вроде безобидный дядька, — пожал плечами Рудый.

— Одна старушка тоже безобидной казалась, — нахмурилась Энн. — А потом чуть нас не съела. А ее сынку мне пришлось кусок шеи откусить.

Рудый с удивлением уставился на Энн:

— И ты еще мне будешь предъявлять Юргена?

— Это другое, мы защищались.

— Хватить трындеть, — шикнул Гектор. — Решайте, что делать будем. Орловки нет, значит, либо назад надо вертать, либо с ним идти.

— Не знаю… — жалобно протянул Энн. — Не хочется как-то к людоедам или другим извращенцам попасть. Но кушать очень хочется, а он накормить обещал.

— Я бы рискнул, — сказал Рудый. — Не похож он на людоеда или бандита. Набожный и добрый слишком. Если у них все такие, то нам нечего бояться.

— Ладно, — кивнул Гектор. — Проверим, что за староверы. Надеюсь они нас не сожрут. А если сожрут, то пускай подавятся…

Еще час тряслись на разбитой телеге по полю. Аким постоянно болтал и пытался шутить и вскоре всем надоел. Но приходилось слушать его из вежливости.

Впереди замаячила шатающаяся фигура. Гектор приготовил топор, а Энн схватилась за меч. Аким глянул на них осуждающе и проговорил:

— Вы что удумали?

— Как что? — ответил Рудый, поглаживая острие стилета. — Убьем гада.

— Нельзя, — замахал руками крестьянин. — Это ж божьи твари!

— Так вы что? — кустистые брови Гектора полезли на лоб. — Мертвецов не трогаете?

— Я же говорил, — Аким остановил лошадь. — Мы никого не убиваем…

— Так это же не люди? — Рудый ткнул стилетом на приближающегося ожившего. — Они гниют заживо. Это даже не животные…

— Все одно, — мотал головой Аким. — Убивать грешно. Только для пропитания если, то да. Коровку или овечку зарезать. На то бог глаза закрывает.

— А если тебя сожрать хотят? — Рудый с ехидством уставился на мужичка. — Это считается грехом?

— Все мы существа одного создателя, так уж заведено, кто-то ест кого-то. Не нам судить, правильно это или нет. Мы в согласии с природой живем, и слушаем отца нашего.

— Тьфу ты! — Гектор скривился. — Мы думали вы людоеды или еще лиходеи какие-то. А вы наоборот, эти п-пицифисты! Только скажи, мне мил человек, как вы тогда от мертвяков отбиваетесь? Почему они вас не сожрали до сих пор?

— А вот как, — сказал Аким и вытащил из вороха соломы длинную палку с двумя проволочными электродами на конце. На втором конце палки была примотана какая-то коробочка, похожая на батарею или конденсатор.

Зомби поравнялся с лошадью и так оскалился, что его гнилой рот чуть не порвался. Он не верил своим глазам: столько вкусного сидело на телеге. Плюс еще жирный конь. Но люди прельщали его больше и мертвец, одетый в лохмотья синей спецовки, протянул крючковатые пальцы к телеге. Аким ловко ткнул его электродами прямо в лоб и нажал на тумблер на коробочке. Послышалось жужжание, между концами проволоки проскочила искрящаяся дуга. Мертвец задергался, словно оказался на электрическом стуле, и упал на обочину. Он больше не шевелился.

— Он что сдох? — спросил Рудый. — А говоришь, вы их не убираете.

— Не сдох, а отключился, — назидательно проговорил Аким. — Минуты две валяться будет. Бывает и больше, а бывает, что и всего на несколько секунд замирают. У всех по разному. Бог его знает, отчего это зависит. Может, кто покрепче, тот быстрее очухивается. А может у кого мозгов больше, на того сильнее ток действует. Ведь по голове разряд-то бьет. Но мне все равно. Мы таким способом и себе жизнь сохраняем, и тварь не обижаем божью.

Энн оглянулась назад, когда повозка отъехала уже метров на двести и свернула в лес. Мертвец зашевелился и встал на ноги. Он крутил головой и не понимал, где находится, словно ему сделали лоботомию.

— А после того, как очухаются, — старовер кивнул на заторможенного зомби. — Еще минут десять в себя приходят и скушать человека не могут.

— Хитро придумано, — Гектор одобрительно закивал. — Только ж потом он все равно в себя придет и назад вернется. Я бы его убил…

— А когда в себя придет, — усмехнулся Аким. — Нас уже тут не будет.

— Это кто такое оружие придумал? — поинтересовалась Энн.

— Так оно давно у нас такое, почитай уже лет пять, — Аким с довольным видом почесал бороду. — Там ничего хитрого нет. Палка с проволокой, да конденсатор с батареей. А батареи от всего используем. От игрушек, раций и прочей ерунды.

— Так мертвецы ожили не так давно, — удивилась Энн. — Года еще не прошло.

— Мы эти палки-выручалки использовали, чтобы воришек гонять. Пока все не началось, у нашей общины сад был, лучший в области. Только лезли туда все кому не лень, знали, что староверы люди безобидные. Вот и пришлось выдумать хитрую оглоблю. На человека она не так действует. Просто щипнет больно и все. Но этого хватает, чтобы окрестным воришкам охоту отбить лезть в наш сад. Это мертвые падают, как подкошенные, а человеку вреда нету. А ну вот и приехали…

Лес расступился и перед путниками открылось удивительное зрелище. Гектор, Энн и Рудый раскрыли рты.

Глава 7

Архаичного вида поселение из нескольких десятков бревенчатых домов, больше похожих на терема, раскинулось в живописной долине в излучине реки. Добротные строения из кругляка украшены резными ставнями и башенками. От нынешнего мира с одной стороны поселок отгорожен обрывистым берегом реки, с другой — проволочным забором, таким прозрачным и хлипким, что казалось, его может порвать дуновение ветерка.

— Ну, что! — воскликнул Аким, остановив телегу возле таких же полупрозрачных и с виду ненадежных ворот, сваренных из металлических труб из сетки. — Милости просим!

— А как же вы от мертвяков обороняетесь? — Гектор с удивлением рассматривал сомнительное ограждение. — Заборчик-то хлипковат, соплей перешибить можно.

— А ты не смотри, что тонкий, как паутина, — хитро прищурился Аким. — В паутинке тоже запутаться можно, особенно если по ней ток запущен.

— Так забор что, под напряжением? — старик одобрительно закивал. — И где ж вы столько электричества берете?

— А где и всегда, — хмыкнул старовер. — Поселение наше в свое время незаконным признали, мы его ставили, как бог на душу положит. Люди квартиры в городах продали и к нам от суеты мирской укрыться пришли. А властям не нравилось, что под боком у них община разрастается, которая не признает эту самую власть и живет по своим заветам. Вот нам свет-то и не провели. Пришлось ставить ветряные генераторы. Вон видите? Мельницы крыльями машут. Только не мельницы это, а хитрые машины, что ветром свет вырабатывают. А ветров здесь хватает, от реки всегда несет. К тому же накопители стоят. Они в себе заряд держат.

— Да-а, — ухмыльнулся Рудый. — Технические новинки вам не в тягость, так и не скажешь, что вы староверы… Может и сотовые телефоны у вас работают, вышки есть свои?

— А ты не путай бесовские штуковины с вещами нужными для выживания. Слава богу все то, что живое общение между людьми убивало: интернет ваш, сотики и прочая тик-токовская дрянь, все это сгинуло. Теперь человек один на один с природой и самим собой. И бога должен слушать и род свой, а не пялиться сутками в экран.

— Эх, не прав ты Аким, — вздохнул Гектор. — Каждый сам выбирает, во что пялиться. А навязывать веру тоже грешно.

— А никто не навязывает, люди к нам сами приходят. Устали они от благостей и пакостей цивилизации.

Ворота распахнули два стражника, больше похожих на славянских витязей. Поверх льняных рубах на них были одеты кольчуги со стальными пластинчатыми нарукавниками. На спине у каждого приторочен круглый щит, а в руках копья, только вместо наконечников электроды. От копий идут провода к большим автомобильным аккумуляторам, стоящим возле стражников.