Не влюблены (ЛП) - Хейзелвуд Али - Страница 44

– Пожалуйста, не рви мои простыни на веревки, чтобы спуститься из окна. – Он высвободился из ее объятий, и кожа на ее плече тут же покрылась крошечными мурашками. Он провел по ним большим пальцем и заставил себя сказать: – Просто спускайся, когда будешь готова.

– Хорошо.

Наблюдая, как Рута потягивается на простынях, Эли с трудом удержался, чтобы не забраться обратно в постель. Он кое-как умылся, надел поношенную фланелевую рубашку и джинсы. Когда Эли спустился вниз, Минами и Сали уже сидели на диване, обнимая Тини, как будто он был желанным ребенком, и смотрели по телевизору, оплаченный Эли канал «HBO».

Он прислонился к дверному косяку и попытался придать себе раздраженный вид, но Минами на это не купилась.

– Так, так, так. Смотрите, кто, наконец, встал, у него блестящие глаза и пушистый хвост. Как вздремнул, чемпион? – Минами ухмыльнулась. Затем нахмурилась. – С каких это пор ты спишь днем?

– Ни с каких. У меня кое-кто в гостях.

Брови у Минами взлетели вверх, и даже Сали, мистер Невозмутимость, вытаращил глаза.

– В середине дня? Или со вчерашнего вечера?

– А ты как думаешь?

Она дважды поджала губы, не издала ни звука тоже дважды, а потом вздохнула.

– Я тренировалась свистеть, но это так тяжело, поэтому, дорогой, не мог бы ты многозначительно свистнуть вместо меня?

Сали, будучи влюбленным подкаблучником, повиновался.

– Спасибо, малыш. Итак, мы помешали тебе, Эли?

– Ага.

– Это печально, – она сострадательно кивнула. – Но ты сам виноват, что не отменил сегодняшний ужин.

Эли показал ей средний палец как раз в тот момент, когда вошел Харк. Его волосы были покрыты крошечными капельками дождя.

– Привет. Твоя сестра наконец-то купила новую машину? Давно пора.

– Нет.

– Тогда чья Kia стоит на подъездной дорожке?

– У Эли есть еще один гость, – пропела Минами. – Он забыл, что должен был приготовить нам ризотто.

– Значит, для тебя ничего не значит, что я с ног сбился, разыскивая это «Вердиккио», потому что оно идеально подходит к ризотто? – возмущенно спросил Харк, потрясая двумя бутылками вина.

– Не особо.

– Ну и пошел ты, – беззлобно сказал он, взглянув на Сали и Минами. – Я возвращаюсь к себе и заказываю пиццу.

– Оставь «Вердиккио», – приказал Эли.

– Повторю: пошел ты.

– Все в порядке. Я ухожу. – Они все повернулись на новый голос. Рута спускалась по лестнице, держась одной рукой за перила.

Сердце Эли глухо забилось. Мозг заклинило.

Босоногая, взлохмаченная, с отяжелевшими веками, без макияжа и синеватой отметиной на горле, которую поставил там Эли, Рута выглядела восхитительно, точно так, как и должна выглядеть женщина, у которой недавно был охренительный секс, но при этом Эли все еще вожделел ее, как сумасшедший.

«Ты не уйдешь. Ты останешься, пока я не насытюсь тобой, и потом еще и еще».

Взгляд у Руты был настороженный, а молчание напряженным. Эли пришло в голову, что он никогда не говорил ей, что в гости пришли его друзья из «Харкнесс». И друзья не ожидали, что женщиной наверху окажется Рута.

Минами первой пришла в себя, вскочив на ноги с широкой улыбкой.

– Рута, приятно встретиться снова.

– Я тоже рада тебя видеть.

Минами наклонилась, чтобы обнять ее – это выглядело комично, учитывая, что Рута была почти на голову выше и явно не понимала, что происходит. Пока Эли раздумывал, нужно ли прийти ей на помощь, Минами уже отстранилась.

– Не уходи, давай поужинаем все вместе! Нас всегда четверо. Мне до слез скучно с этими тремя.

Трое мужчин одновременно откликнулись на ее последнюю фразу.

– Ну, спасибо, – пробормотал Эли.

– Жестко, – фыркнул Харк.

– Мы вообще-то женаты, но ладно, – стоически произнес Сали.

Минами улыбалась так, как улыбается человек, предлагая дружить, то Рута казалась смущенной и ответила:

– Я не уверена, что это будет уместно.

Атмосфера сгустилась. Внезапно в гостиной оказались не друзья Эли и женщина, с которой он встречался, а протеже Флоренс и те, кто стремился захватить «Клайн». Рута против всего мира: одинокая и чувствующая себя не в своей тарелке.

Она часто выглядела именно так, но Эли решил, что не допустит этого сейчас, тем более, когда она под его защитой.

– Если кто-то и уходит, так это они, – твердо сказал он, не сводя глаз с Руты.

– Спасибо тебе, придурок, – грубо проворчал ему Харк, а затем обратился к Руте: – Мы должны поужинать все вместе. Очевидно, что Эли хочет, чтобы ты была здесь, а желание именинника – закон.

– Именинника? – глаза у Руты расширились. – У тебя сегодня день рождения, – добавила она, возможно, вспомнив дату на водительских правах. – Я... Поздравляю, Эли.

Его сердце пропустило удар, затем громко застучало в груди. Если бы они были наедине, он бы, наверное, ответил: «Спасибо. Ты подарила мне лучший подарок в жизни», а может, и нет.

– Эли не любит отмечать день рождения, – предупредила Минами. – Мы можем собраться, чтобы его отпраздновать, но без поздравлений и тому подобного.

– И это не обязательно должно быть неуместным, – хрипло добавил Харк. – В любом случае, наш адвокат посоветовал бы нам не говорить ни о чем, связанном с «Клайн». – Рута хранила молчание, поэтому он добавил: – Кроме того, я припарковался за твоей «Kia», понадобятся сумасшедший маневр, чтобы выехать. У тебя с этим как?

Рута поморщилась.

– Не очень.

– Тогда тебе действительно нужно остаться. Ты не можешь заставлять меня переставить машину. Во-первых, идет дождь, во-вторых, Эли сам заделывал трещины на подъездной дорожке, и в-третьих, там просто зыбучие пески.

Минами рассмеялась, Сали улыбнулся, и Харк тоже, на этот раз искренне. Рута просто посмотрела на Эли, словно прося совета.

– Останься, – сказал он тихо, но отчетливо, и после долгой паузы она кивнула.

– Хорошо. Спасибо, что пригласил.

На него волной нахлынуло облегчение.

– Тогда пойду, приготовлю это гребаное ризотто, из-за которого вы, придурки, испортили мне субботу.

– Мне нравится такой теплый прием, – сказала Минами, прежде чем подойти к Руте.

Эли не слышал, о чем они говорили, но верил, что Минами будет вести себя прилично. В отличие от Харка, который последовал за ним на кухню с мрачным видом.

– Полагаю, ты пришел убрать вино в холодильник?

– Не угадал. Попробуй еще раз. – Харк поставил бутылки на стол. – Какого хрена ты делаешь, Эли?

– А на что это похоже? – Он скрестил руки на груди.

– Похоже, что у тебя из глаз потекла бы сперма, если бы ты чуть дольше трахал глазами эту девушку.

– Женщину, – поправил Эли.

– И, похоже, что ты имеешь подругу Флоренс Клайн. И, похоже, что ты привел ее в дом, который делишь со своей очень юной сестрой.

– Майе за двадцать. У нее все время кто-то остается на ночь. – Харк нахмурился сильнее. – Чувак, какое тебе вообще дело?

– Как давно это у тебя с Рутой?

– Периодически, несколько недель.

– Господи, Эли. Разве нет других женщин?

– Есть, но они мне не нужны.

– А как насчет той девушки, играющей в сквош?

Эли нахмурился.

– Кого?

– Той, которую мы встретили, когда...

– Остановись прямо здесь. Я не хочу других женщин, потому что они не Рута.

– Да брось ты. В чем настоящая причина?

– Это и есть настоящая причина. Она мне нравится. Она замечательная любовница, и от нее потрясающе пахнет, и мне нравится, когда она рядом. Хочешь почитать мой гребаный дневник?

– Нет, я хочу, чтобы ты помнил, что обстановка накаляется, и мы ближе к цели, чем когда-либо. Ты не задумывался, что Флоренс может использовать ее, чтобы выведать наши планы?

Эли задумался об этом, прямо сейчас, всего на секунду.

– Она не такая.

– Как ты можешь быть так уверен? Потому что открыл для себя высоты и глубины сладкой, безрассудной любви с ней?

– Потому что она никогда не упоминает «Клайн». Потому что это я преследовал ее. И еще потому, что она не из тех людей, которые могли бы это сделать.