Разрушена (ЛП) - Найт Наташа - Страница 24

— Тетя Хелена была в порядке.

— Она не была в порядке. Не совсем.

Я думаю о том, что Себастьян сказал о ней, о том, что она была не вся, не к концу. Я думаю о том, что с ней случилось. О кольце на моем пальце.

— Что ты будешь делать иначе, Эми, если не пойдешь в школу?

— Жить честно. Кроме того, я не говорила, что не буду ходить в школу. Я просто не пойду на таких условиях. Это кровавые деньги, Хелена, как бы ты ни говорила, что он для тебя хорош, — слышу, как она фыркает, и понимаю, что она пытается скрыть слезы.

— Время, — Грегори входит в комнату.

— Эми, — начинаю я.

Грегори протягивает руку.

— Могу я позвонить тебе еще раз? — спрашивает она, — Я сохраню номер.

Я смотрю на Грегори и понимаю, в чем подвох. Теперь у него будет доступ к единственному человеку, которому я решила позвонить, к единственной сестре, с которой я близка.

И, возможно, он решит забрать свою собственную девушку Уиллоу.

— Удали его, Эми. И заблокируй его. Я найду другой способ позвонить тебе.

Грегори смотрит на меня, выражение его лица не поддается прочтению. Не сердитое, просто ровное.

— Хелена...

Но она прерывается, потому что он берет телефон и отключается. Он убирает его в карман.

— Кто такая Эми?

Я пытаюсь взять телефон обратно: — Отдай мне его, — я хочу удалить его историю, удалить ее номер. Не то чтобы это имело значение. Он знает, что это Эми. Он найдет способ получить к ней доступ, если это то, чего он хочет.

Он легко ловит мою руку.

— Как ты думаешь, что именно я собираюсь делать с номером? Позвоню ей? Приглашу ее на свидание? Или ты боишься, что я возьму свою собственную девушку Уиллоу?

— Она не твоя. Ты не можешь прикасаться к ней. Я убью тебя, если ты ее тронешь!

— Убьешь меня? — Он делает паузу, притворяется обиженным, — Я всего лишь оказал тебе любезность. Я больше не совершу такой ошибки, — он поворачивается, чтобы уйти.

— Подожди.

Он останавливается.

— Я благодарна. Я просто...

Он снова поворачивается ко мне.

— Ты не собираешься ничего с ней делать, — я не знаю, вопрос это или констатация факта, или что.

— Я рад, что ты смогла поговорить с ней, Хелена, — говорит он, вместо того чтобы ответить на мой вопрос.

— Могу ли я позвонить ей снова в ближайшее время?

— Посмотрим. Иди, приведи себя в порядок.

С этими словами он выходит из моей комнаты, а я остаюсь смотреть на дверь, смущенная его мотивами, беспокоясь за сестру и не любя эту новую тайну между мной и Грегори.

Шестнадцатая глава

Себастьян

— Ты бодр, — говорю я Грегори, пока он копается во второй порции макарон.

— Я всегда бодр, — отвечает он, — Это ты задумчивый. Тебе следует быть посветлее, брат.

Обычно он такой же бодрый, как Люсинда, а Хелена тише, чем обычно, изучает моего брата, когда он не изучает ее. Я почти вижу, как работают шестеренки ее ума.

— Что ты сегодня делала, Хелена?

Грегори откусывает последний кусочек, кладет свою посуду по диагонали на тарелку и откидывается назад, вытирая рот и наблюдая за Хеленой.

— Просто немного погуляла. Плавала и читала.

— Как твое колено? — спрашивает Грегори.

— Все в порядке, — Хелена краснеет.

— Что случилось с твоим коленом? —спрашиваю я.

— Ничего. Я просто упала и поцарапала его. Оно выглядело хуже, чем когда ты его видел, — говорит она, направляя последнюю фразу на Грега.

— Как твоя сестра? — спрашиваю я.

Хелена кашляет, подавившись кусочком, который она только что проглотила, и роняет вилку. Она прикрывает рот салфеткой.

Когда приступ кашля проходит, она отодвигает стул, чтобы поднять вилку.

— Оставьте это, — говорю я.

Она выпрямляется, когда девушка подходит, чтобы заменить вилку на новую.

Я не спеша проглатываю еду. Чего я ожидал от этого теста? Думал ли я, что она скажет мне? Нет. Не думал. Может быть, я надеялся, что она скажет. Но это нечто большее.

Я смотрю на своего брата, который наблюдает за ней. Мне не нравится, как он наблюдает за ней, но я должен быть осторожным и взвешенным.

Хелена ждет моей реакции. Я пережевываю еще один кусочек еды, прежде чем перевести взгляд на нее.

— Этот звонок, должно быть, был более важной частью вашего дня, чем прогулка. Это вылетело у вас из головы?

Она переводит взгляд на Грегори, затем снова на меня: — Ты знал?

— Я попросил Грегори дать вам телефон, чтобы позвонить, — отвечаю я ей.

— Это была проверка? спрашивает она.

Я пожимаю плечом.

— Только для меня или для него тоже?

— О, это было и для меня тоже, Хелена. Не сомневайся, — говорит Грегори.

Хелена отодвигает свой стул. Встает: — Ну, тогда я должна тебя поблагодарить.

— Садись.

— С меня хватит. Мне не нравится, когда со мной играют.

Она проходит мимо моего кресла, но я хватаю ее за запястье и отодвигаю кресло, чтобы усадить ее к себе на колени.

Грегори встает, на мгновение исчезает внутри, я предполагаю, чтобы уволить персонал. Он возвращается и снова занимает свое место, широко улыбаясь.

Я держу запястья Хелену в своих руках позади нее.

— Когда я говорю «сидеть», ты сидишь, — говорю я ей.

Она ничего не говорит в ответ, но немного ерзает. Она не сдвинется с места, пока я не разрешу. Она тоже это знает. И я знаю, что ей это нравится. Интересно, есть ли в этом безопасность для нее? Интересно, знает ли она, может быть, на подсознательном уровне, что со мной она в безопасности, даже когда я наказываю ее.

— Что Эми хотела сказать? — спрашиваю я у ее шеи.

Грегори скрещивает одну лодыжку над другим коленом и пьет последнее вино. Он подмигивает Хелене.

— Почему ты не сказал мне, что ты просто мальчик на побегушках у своего брата? — спрашивает она его.

Я вижу, что его это задевает.

— Ты не спрашивала, — говорит он сквозь стиснутые зубы.

— Что сказала Эми? — спрашиваю я снова. Я позволю им выяснить эту часть позже. В конце концов, в этом и был смысл этого упражнения.

— Мои родители рассказали ей о деньгах. Они записали ее в школу.

— Что еще?

— Она уходит из дома. Она не хочет принимать деньги.

— Почему?

— Потому что она честна, Себастьян, — огрызнулась Хелена, повернув голову так, чтобы видеть меня уголком глаза, — То, чего не хватает братьям Скафони. Я не люблю, когда со мной играют.

— Тогда научись быть честной. Знай, что я знаю все, что здесь происходит, независимо от того, думаешь ты об этом или нет. Ты не встанешь между мной и моим братом.

— Это не входит в мои намерения. И никогда не входило.

Но это происходит. Между нами уже есть небольшая трещина, и я боюсь, что это только начало.

Я встречаю взгляд Грегори и понимаю, что со временем, если мы будем следовать правилам, мне придется отдать ее ему. Она будет принадлежать ему.

От этой мысли у меня внутри все горит, и мне нужно справиться с этим, и это единственный способ.

Переложив ее запястья в одну из своих рук, я потянул молнию ее платья вниз.

Она издает звук, небольшое хныканье, но остается в том же положении, пока я спускаю один рукав, затем другой с ее плеч до складки на локтях. Затем я делаю то же самое с бретельками ее лифчика, затем расстегиваю его и позволяю ему соскользнуть вниз, обнажая ее грудь.

Глаза Грегори на мгновение переводятся вниз, чтобы рассмотреть их, а затем возвращаются к ее глазам.

— Встань, - говорю я.

Я удерживаю ее, когда она это делает, и киваю Грегори, который тянется вперед, скользит руками вверх по ее ногам, захватывает трусики и тянет их вниз и вниз. Затем, поменяв хватку, я позволяю платью и лифчику упасть на пол, прежде чем снова усадить ее голой на свои колени.

Грегори оглядывает ее.

— Раздвинь ноги для моего брата.

Я подталкиваю ее, но она делает это, раздвигая их так же широко, как и свои, только ступни стоят на полу.