Тайными тропами (СИ) - Осипов Игорь - Страница 43

— Собрать всех, кто есть. И пусть живее громыхают на этих… бездна их побери… на халумарских повозках. А я пока сообщу пришлым, что нашли.

— Может, не стоит, — жалобно проговорила стражница.

— Что не стоит?

— На повозках. Рычат страшно. Так и чудится, что сейчас за пятки укусят. Я всё время ноги поджимаю.

— Страшно, — согласилась начальница и добавила: — Но на них быстрее, будь они неладны.

Схватив шляпу и плащ и поправив ножны с полуторником, женщина направилась к выходу, где её застал жалобный голос девчонки:

— Госпожа Аманда, мне же денежка причитается. Я же пришлого нашла.

— Пойдём, по дороге домой расскажешь всё, что видела, а утром зайди, и, если пришлый взаправду там, дам денежку. Не бойся, не обману, мы же соседи.

Тяжело и устало прогромыхав по деревянной башенной лестнице, начальница стражи выскочила на ночную улицу. И там поцокала подкованными сапогами сперва по каменному крыльцу, потом по мостовой в сторону дома. Впрочем, идти было недалеко — всего-то о́ктицу, то бишь восьмую долю часа.

Следом побежала девчонка.

Собачий час сменился часом нетопыря, тихо попискивающего над головой в поисках мошек и комаров в тёплом после жаркого дня ночном воздухе. Редкие облака уже не освещались севшей за горизонт небесной парой, но на небе средь прочих звёзд горела яркая красноватая Лампада, роняя тусклый свет на дома и брусчатку. А вот когда она восходит днём, почти теряясь в светлом небе, ночами становится совсем уж чёрно.

Женщина влетела в дом почти бегом и тут же подскочила к волшебной халумарской коробочке, стянув с неё расписное полотенце.

Барон, как узнал, что Аманда укрывает коробочку, долго смеялся и с укоризной смотрел на одного из своих подданных. Хотя причин для смеха женщина не видела — она и так выбрала самое дорогое полотенце, чтоб ненароком не оскорбить его милость.

— О, Небесная Пара, помоги, — встав в нерешительности перед коробочкой, забормотала Аманда. Ей было немного страшно. Мало ли какое колдовство, сокрыто внутри коробочки, там было, хотя даже дула на ладонь с горстью освящённого пепла, чтоб тот попал на коробочку. Нарочно для этого в храм заскочила. И вроде бы ничего не произошло. Демон не вырвался, а злые чары не убили.

Женщина засопела и нерешительно ткнула в небольшой выпуклый кругляш.

Коробочка несколько раз пискнула, а потом небольшое зеркальце вспыхнуло, словно витраж на рассвете, и в нём показалось лицо халумари.

Аманда быстро осенила себя знаком Небесной Пары и принялась рассказывать, изрядно жестикулируя от избытка чувств.

Когда завершила и повернулась, то столкнулась взглядом со взволнованным мужем, одетым в ночную рубаху и длинный ночной колпак с помпоном на конце, болтающийся у самого пупа.

— Тебя ждать? — тихо спросил он, понимая, что ночь будет долгой. И ведь даже если сказать, что не надо, всё равно сядет у открытого окна и будет вглядываться в ночь покрасневшими от сонливости глазами.

— Утром, — отозвалась Аманда и побежала к выходу, но на середине пути подхватила со стола кувшин с водой, сделала несколько больших глотков и кинулась дальше.

— Да пребудет с тобой милость Небесной Пары, — со вздохом прошептал муж в спину, осенив знаком.

Уже на улице Аманда застыла, дабы перевести дух и собраться с мыслями. А потом подскочила к привязанной к крыльцу халумарской повозке. Сев сверху, задрала руки и начала ругаться.

— Бездна тебя побери, как же сделать, чтоб начало урчать? А как лампа зажигается? Совсем из головы вытряхнулось.

Но пальцы сами вспомнили дневные уроки, и повозка заурчала, а стоило оттолкнуться ногой от мостовой и покрутить рукоять, подножка сложилась, и повозка покатилась, подрагивая на неровной мостовой и унося женщину меж засыпающих домов.

— Товарищ генерал! Разрешите⁈ — ворвался с громким криком в кабинет дежурный по базе в звании майора.

— Ты сказки помнишь? — тут же язвительно выпалил Пётр Алексеевич, оторвав голову от брошенной на раскладушку подушки. Он даже не раздевался, лишь скинул с себя обувь, потому как из-за дневной беготни ноги горели, словно их кипятком облили. На столе стояла кружка с кофе и сделанный из нержавейки столовский судочек с остывшими котлетами. Прямо из котлет торчала вилка.

— Какую сказку? Красную Шапочку? — тут же переспросил дежурный.

— Нет. Из Пушкина: и гонца велел повесить. Докладывай, но если будут плохие новости, покрою матом.

— А у нас «Красная Шапочка», товарищ генерал. Красная Шапочка нашла пропавшего курьера в лесном домике маркизы. И эльфов.

Пётр Алексеевич сел на раскладушке, положил руки на колени и уставился на дежурного.

— Каких эльфов?

— Судя по описанию, самых настоящих, кельтских.

— С длинными ушами? — переспросил генерал, а потом указал на стол: — Подай кофе, а то что-то туго соображаю. Не могу переварить такую новость.

— Про уши ничего не сказано. Слово «эльф» местные не употребляли. Я тоже сомневался, но, когда зачитал доклад вслух, у меня самый последний дневальный сказал, что это эльфы. Точнее, эльфийки, — ответил дежурный и быстро протянул кружку начальнику, а тот отхлебнул глоток и помассировал пальцем висок. Лишь через минуту громко и витиевато выматерился и стал приводить мысли в порядок.

Сперва был ходячий скелет, и снайпер видел двух личностей, которые сумели скрыться. Говорит, деревья их ветками прикрыли. Наклонились и прикрыли. И снайпер подумал, что это хитрый механизм: тяжёлый камень и верёвки с клиньями в земле. Потом нападение на патруль стражи. Дознаватель говорил, что там тоже была ахинея с растениями и зелёными клинками, но списали на панику и темноту. Затем напали на шпионок Магистрата, и методы те же. В заключение — парочка в плащах похищает курьера, используя чары. И вряд ли это нежные худышки из мультиков, скорее гренадёрки в зелёных трико, отобранных у Робина Гуда.

Генерал закрыл глаза и вздохнул.

Если есть драконы и единороги, почему бы не быть эльфам. Пусть они без ушей, но что мешает тому, чтоб в этом мире был ещё один народ, а у народа — своя гильдия магов. Даже если это просто местные кельты. Негры же здесь есть. Вот только какого хрена этим эльфам надо?

Пётр Алексеевич открыл глаза и посмотрел на дежурного.

— Поднимай по тревоге дежурный взвод. Вместе с техникой.

Аманда катилась по лесной тропинке. За спиной, между деревьями, на украшенном искрами звёзд небе, словно нанесённая чёрными чернилами гравюра, виднелся силуэт золотых холмов, на коих и стоял Керенборг и окружающие его пшеничные поля. Лес в этой округе был небольшой, лежащий в низине. По низине же, что боги провели южнее города, текла небольшая речушка, в которой даже в самые дождливые годы, вода достигала едва ли до пояса. На берегу сей реки, на красивейшем изгибе с омутами и камышами, где водились жирные гуси и утки, а в воде — не менее жирные сомовые саламандры под полсотни фунтов весом каждая и полосатые окуни, и стоял охотничий домик.

Маркиза посещала его не столь для охоты, сколь для иных утех, а потом по замку бегал ревнивый маркиз, низвергая на слуг свою желчь и бессильную злобу. Жёнушке-то он ничего не мог поделать, вот и страдали незадачливые подданные, у которых малейший изъян, даже выдуманный, подмечался, а потом раздувался, словно жаба на соломинке до невозможных размеров с последующим наказанием в виде порки или колодок на площади.

Мягкая лесная дорога, устланная песком и листьями, по которой могла проехать даже широкая и тяжёлая карета, вела прямо к домику. Небольшие колёсики урчащей повозки пришлых не гремели, как обитые железом дубовые, а тихо шелестели, лишь изредка подбрасывая начальницу стражи на кореньях и камушках.

Дорогу освещала белая волшебная лампа, притороченная на грудине повозки под рогами, которые пришлые называли рулём.

Когда до домика оставалось всего полмили, повозка-скутир начала нездорово кашлять, словно чахоточная, и дёргаться. Не будь она волшебной, можно подумать, что болеет и вот-вот скоропостижно сдохнет.