Присвоить любовь (ЛП) - Харт Кэмерон - Страница 14

Джордан дрожит, и я сжимаю её бёдра, удерживая её, когда выхожу и снова вхожу, погружая свой член так глубоко в неё.

— Хаксли, я… думаю…

— Блядь, — стону я, когда её узкое влагалище сжимает меня так чертовски сильно. — Не кончай пока, детка. Подожди.

Джордан всхлипывает и наклоняет голову вперёд, напрягая каждый мускул, пытаясь сдержать оргазм. Я провожу рукой по её спине, наслаждаясь тем, как она вздрагивает от моего прикосновения. Накручивая на ладонь её шелковистые каштановые волосы, я запрокидываю её голову и наклоняюсь, чтобы поцеловать её, снова и снова погружая свой член в её киску.

— Хаксли, Боже, я… Я…

Её слова переходят в прерывистый стон, когда по её телу пробегает дрожь. Я прижимаюсь губами к её губам, проглатывая каждый отчаянный звук, который вырывается из её уст. Немного откинувшись назад, я подношу два пальца к её рту, прижимая их к уголку губ.

— Пососи меня, детка. Сделай меня возбуждённым и мокрым, — ворчу я.

Джордан смотрит на меня через плечо, в её блестящих изумрудных глазах читаются вопросы.

— Тебе понравится. Я обещаю. — Я медленно двигаюсь внутри неё, касаясь точки G, удерживая её на грани сладостного экстаза.

Джордан подчиняется, приоткрывает свои розовые губки и обхватывает ими мои пальцы. Она водит языком по моей коже и посасывает меня, заставляя меня стонать, когда я думаю о том, что она почувствует, когда я буду трахать её в рот.

Я убираю руку, поднося её к её маленькой упругой попке. Обводя её влажными пальцами, я чуть не теряю самообладание, когда Джордан толкает мою руку, призывая меня продолжать. Я почти полностью выхожу из её мокрой киски, затем снова вхожу в неё, засовывая один палец в её попку.

— О, черт, о, черт, о, черт, — кричит она.

Я крепко сжимаю мягкую плоть её бёдра, удерживая её на месте, пока раздвигаю её своим членом и пальцами.

— Я не могу больше сдерживаться. Хаксли, я не могу… — Джордан делает глубокий вдох и задерживает его. Она выгибает спину, отчего её попка приподнимается и толкается в меня.

— Подожди, — рычу я, вводя второй палец в её тугое кольцо мышц. Я раскрываю пальцы, широко растягивая её.

Джордан издаёт мучительный крик, жаждая меня.

— Пожалуйста, — хнычет она снова и снова, безудержно дрожа.

Чёрт, она такая чертовски тесная. Она едва держится, едва дышит, изо всех сил стараясь подчиняться мне. Чёрт, если это не заставляет меня чувствовать себя королём мира. Мне чертовски нравится, что она позволяет мне командовать своим телом. Владеть её оргазмами. Забирать её всю для себя.

Мой член дёргается и набухает, когда мои ноющие яйца напрягаются. Оргазм пробегает по позвоночнику и наполняет меня, погружая в экстаз. Прямо перед тем, как кончить, я засовываю свой член чертовски глубоко в её влагалище и удерживаю его там.

— Кончи для меня, Джордан. Кончай так чертовски сильно для меня. Кончай прямо сейчас, черт возьми, — рычу я, погружая пальцы в её влажную горячую плоть и сжимая её клитор, продолжая трахать её зад пальцами другой руки.

Её прерывистые крики наполняют комнату, когда она так красиво раскрывается передо мной. Её оргазм прокатывается волнами вверх и вниз по моему члену, когда Джордан сильно трясётся и брызгает на меня. Я стону и просовываю руку под её бёдра, когда она обмякает.

Вынимая пальцы из её задницы, я шлёпаю её хорошенько и сильно. Я рычу, когда она кончает снова, и из неё вытекает ещё больше соков, стекая по моим яйцам. Стоны Джордан приглушены простынями, в которые она зарылась лицом.

Я врываюсь в неё снова и снова, разрывая её на части, пока она не обмякает в моих руках. Одним последним, жестоким толчком я взрываюсь внутри неё, из меня вырываются струи спермы, но я не двигаюсь с места. Я продолжаю кончать. Так чертовски сильно. Так чертовски долго.

Наконец-то, Господи Иисусе, наконец-то, последняя капля моего наслаждения выплескивается из меня, забирая с собой все мои силы. Я падаю на Джордан, мы оба вспотели и дрожим от последствий наших взрывных оргазмов.

Когда ко мне немного возвращаются силы, я переворачиваюсь, увлекая Джордан за собой. Я прижимаю свою женщину к груди, и она прижимается ко мне, уткнувшись лицом мне в шею. Мы оба тяжело дышим, прижимаясь друг к другу.

После нескольких мгновений тишины, когда я наслаждаюсь воспоминаниями о том, что мы только что сделали, я отстраняю Джордан от себя и беру её лицо в ладони, запечатлевая нежный поцелуй на её губах. Она так сладко вздыхает, что по её спине снова пробегает дрожь.

— Ты в порядке, милая? — шепчу я, заправляя прядь волос ей за ухо, чтобы видеть её лицо. — Боже, я трахал тебя так жестко.

Она сонно улыбается, и всё напряжение в моём теле спадает.

— Мне очень хорошо, — невнятно произносит Джордан, кладя голову мне на плечо и проводя пальцем по моей груди.

Мы остаёмся в объятиях друг друга, наши сердца бьются в одном ритме, мы дышим и любим друг друга как единое целое. Я чувствую это. Ощущаю её в своей душе, как бы безумно это ни звучало. Эта удивительная, сильная, заботливая, великолепная женщина нашла в моей груди место для своего сердца и поместила его рядом с моим. Я буду дорожить им, заботиться о нём, защищать его ценой своей жизни. Теперь она моя. Вся моя.

Глава 8

Джордан

Я просыпаюсь с ощущением восхитительной боли и безмерной любви. Хаксли обнимает меня со спины, одной рукой сжимая бедро, чтобы я была как можно ближе. Наши ноги сплетаются под тёплыми одеялами, и в глубине души я знаю, что хочу просыпаться так каждое утро своей жизни.

Есть только одно препятствие на моём пути.

На мой телефон приходит сообщение, затем ещё одно. Должно быть, именно это и разбудило меня в первую очередь. Хаксли всё ещё крепко спит, едва шевелясь, когда я осторожно высвобождаюсь из его объятий. Я бросаю на него последний взгляд через плечо, запечатлевая в памяти, каким умиротворённым он выглядит в утреннем свете.

Я пробираюсь через однокомнатный домик к тому месту, где вчера вечером оставила свою сумочку. У меня внутри всё переворачивается, когда я достаю телефон и смотрю на экран. У меня несколько пропущенных звонков и бесконечное количество текстовых сообщений от отца, каждое из которых ещё более тревожное, чем предыдущее.

5:33 утра — ПРОПУЩЕННЫЙ ЗВОНОК

5:34 утра: Где ты, чёрт возьми, пропадаешь?

5:36 утра: Я приехал домой пораньше, потому что подозревал тебя и того мужчину.

5:38 утра: Я знал, что был прав. Это тот, с кем ты сейчас?

5:45 утра — ПРОПУЩЕННЫЙ ЗВОНОК

6:01 утра: Я воспитывал тебя лучше, чем это. Подумать только, моя собственная дочь — шлюха.

6:03 утра: Ты так сильно хотела свободы, и что ты с ней делаешь? Раздвигаешь ноги перед первым мужчиной, который обратил на тебя внимание.

6:15 утра: Твоя мать была бы так разочарована в той женщине, которой ты стала.

После этого я перестала читать его сообщения, слишком убитая горем и злая, чтобы даже осмыслить происходящее. Всю свою жизнь мой отец говорил мне, что всё, что он делал, было сделано для того, чтобы защитить меня. Я не могла играть в футбол, софтбол или волейбол ни с кем из детей моего возраста, потому что это было слишком опасно. С теми немногочисленными друзьями, которые у меня были, я никогда не оставалась надолго, потому что мой отец не разрешал мне ходить в торговый центр или в кино, а о том, чтобы остаться с ночёвкой, не могло быть и речи.

Всё это делалось под каким-то фальшивым предлогом любви.

Когда я перечитываю его сообщения, я не вижу ни намёка на любовь или даже беспокойство. Если бы его целью была моя безопасность, я бы подумала, что по крайней мере некоторые из этих сообщений показали бы его беспокойство. Но нет, каждое обидное слово направлено прямо в моё сердце, и он знает, что может сломать меня. Втягивая в это мою мать…

Это стало последней каплей. Я должна была раньше осознать тот факт, что мой отец перешёл от защиты к психопатическому уровню паранойи и контроля. Я не уверена, когда чаша весов начала склоняться, но теперь, когда его истинное лицо открылось, я знаю, что мне нужно уйти. Насвовсем.