Выбери меня (СИ) - Муратова Эля - Страница 27

— Я боюсь, это невозможно, — отвечает бармен. Судя по бейджику, его зовут Павел.

Успеваю заметить его короткий взгляд в сторону вип-кабинки, вход в которую перекрыт бархатной шторой благородного винного оттенка. Ага! Сразу понимаю, что к чему.

Задаю наводящий вопрос, внимательно следя за лицом бармена Паши.

— А он часто здесь бывает? — невинно хлопаю ресницами.

Паша опять косит глазом на штору. Штирлиц из него так себе!

— Эээ… Иногда.

— Ясненько! — почти пропеваю эти слова. — А можно мне ещё одну безалкогольную сангрию?

— Да, конечно.

Когда Паша отходит, чтобы смешать необходимые для коктейля ингредиенты, я разворачиваюсь и резво шурую по направлению к заветной шторе.

— Девушка, Вы куда? — слышится мне вслед. Не обращаю ровным счётом никакого внимания. Делаю вид, что эти слова вовсе не мне адресованы.

— Девушка!

Напустив на себя благожелательный вид, резко распахиваю штору и… застываю.

Потому что за столом сидит не кто иной, как… Серёжа Алёхин собственной персоной.

Он что-то пишет размашисто на разложенной перед ним планшетке. Напротив — включенный нетбук. Рядом стоит тарелка с недоеденным, по всей видимости, ужином. Механически отмечаю идеальную прожарку стейка. Чашка свежесваренного кофе, судя по запаху. Пачка стиков для «айкос».

Серёжа поднимает на меня недоумённый взгляд. Его глаза слегка округляются. Изгибает брови в своей излюбленной ироничной манере.

Фокусируюсь на его уютном, явно кашемировом свитере приятного оттенка «кэмел». Он резко контрастирует с его небритым лицом. Никогда не любила всю эту растительность на мужских лицах. Это же не клумба, твою мать. На ум приходит совершенно неуместное в данный момент воспоминание о том, что борода у Алёхина до неприличия мягкая…

Лихорадочно соображаю, как я выгляжу сейчас. На мне сегодня короткая кожаная юбка цвета бордо и чёрный лонгслив со спущенными плечами. Помада, наверное, давно стёрлась… Нервно поправляю волосы, не в силах сдержать порыв.

— Сергей Александрович! — извиняющийся голос бармена Паши за моей спиной. — Она сама. Я не разрешал ей Вас беспокоить. Сергей Александрович…

Закатываю глаза непроизвольно. Да Господи боже. Звезда в шоке!

«Сергей Александрович» медленно перемещает взгляд на переминающегося с ноги на ногу позади меня Пашу.

— Ничего страшного, Павел. Это моя… старая знакомая.

И вроде бы ничего такого он не сказал, стандартная расхожая фраза. Но я чётко улавливаю содержащийся в ней посыл.

Знакомая? Старая!? Совсем офигел, Алёхин?

Мои ноздри раздуваются сами собой. Серёжа как ни в чём не бывало смотрит на моё перекошенное лицо, слегка закусывая ухмылку.

— Оставь нас, Паш. И принеси то, что она пьёт — сюда.

Уверенным движением руки отодвигает в сторону тарелку. Складывает нетбук.

Паша, чьего присутствия позади я больше не ощущаю, шустро ретируется.

Серёжа уже не скрывает радостной широкой улыбки.

— Ну, что стоишь? Присаживайся.

Не утруждая себя придерживанием подола юбки, плюхаюсь на диванчик перед ним. И только после этого говорю:

— Ну, привет. Сергей Александрович.

Глава 22

Без обид

— С каких пор у тебя есть бар? — произношу нарочито весело.

— Пару месяцев, — отвечает спокойно. — А с каких пор ты в городе? — звучит мне в унисон.

— Пару месяцев, — пожимаю плечами.

— Странно. Алёна мне ничего об этом не говорила.

— Ну, может забыла, — кошу взглядом в область его щеки. Если мне не изменяет память, там были ямочки.

— Забыла… — он явно настроен скептически.

— Ага. Когда у тебя грудной ребёнок, и не такое можно забыть. Закрутилась, наверное.

На самом деле я немного лукавлю. Потому что это я попросила подругу не распространяться особо о моём переезде. Мне не хотелось лишнего ажиотажа вокруг этого события. Или чтобы люди решили, что очередная неудачница вернулась домой из столицы, побитая и поверженная жизнью.

— Надолго здесь? — спрашивает Серёжа.

— Предпочитаю не загадывать, — отвечаю уклончиво.

В этот момент штора на входе отодвигается, и в кабинку заходит бармен Паша.

В руках у него поднос, на котором одиноко стоит моя сангрия. Сырная тарелка с орешками и мёдом. И свежий эспрессо для босса.

Молчим, пока Паша расставляет принесённое с собой на столе. Забирает тарелку с едой и недопитый, уже наверняка остывший, кофе Алёхина.

— Как ты пришёл к этому? — интересуюсь у Серёжи. Провожу рукой в воздухе, обозначая окружающую нас обстановку. — Очень прикольно получилось! — говорю это от чистого сердца. Мне действительно приглянулось это местечко.

— Спасибо, — ровным голосом. — Я закончил «общепит» в универе.

— Кажется, что-то такое припоминаю.

Он продолжает неторопливо:

— Получил диплом. Потом армия. Когда вернулся, работал в ресторане на Уфимском. Через пару лет мы с другом организовали свой бизнес. Открыли первое заведение. Это была пиццерия.

Первое?

Мысленно произвожу расчёты в своей голове. В тот период я была замужем. И как раз переживала самые мучительные события в своей жизни. Информация о Серёже, если и проскальзывала в разговорах с подругой, то нигде не отложилась.

— Кажется, Алёна говорила, что ты работаешь в ресторане, но я не думала что…

Перебивает меня, усмехаясь:

— Что я им владею?

— Типа того.

Он откидывается назад. Берёт чашку с кофе. Смотрит на меня как-то странно.

— На самом деле, это первый мой бар. Ну, такого формата.

Киваю одобрительно.

— А ты чем сейчас занимаешься? Работаешь? Где живёшь? — сыплет вопросами.

Ошарашенная новым обликом Серёжи «а-ля Аркадий Новиков», открывшимся мне внезапно, выдаю чистую правду.

— Я живу в городской квартире Литвиновых. На Витебской.

— Вот как… — Серёжа удивлённо приподнимает брови, и я понимаю, что ляпнула что-то не то. Как Алёнка могла нечаянно умолчать о такой небольшой, но важной детали? Что я живу у них? Выглядит очень натянуто. Быстренько перевожу тему.

— Работаю в агентстве недвижимости. У друга, — уточняю зачем-то. Мысленно луплю себя по лбу. Для чего Алёхину эта информация, блин? — У нас как раз новогодний корпоратив здесь. Сейчас, — добавляю сбивчиво.

— Ясно, — по его тону нельзя абсолютно ничего понять. — Так ты вернулась… одна?

— Что? — сначала не понимаю, о чём он вообще. — А, да. Одна. Мы с Андреем развелись несколько лет назад.

— Почему? — наклонившись вперёд, смотрит на меня испытующе. — Извини, если я лезу не в своё дело…

— Это действительно не твоё дело, Алёхин, — говорю чуть резче, чем следует. Тут же меняю тон. — Извини, я не хотела тебя обидеть. Просто эта тема… Это очень личное, понимаешь?

Он молчит несколько долгих секунд.

— Понимаю. Но я думал, что мы с тобой, как бы это сказать… не чужие люди.

— Серёж…

Он бодро хлопает по столу ладонями. Ложечка, лежащая на кофейном блюдце, слегка звенит.

— Раз уж ты теперь живёшь здесь, почему бы нам не обменяться телефонами, м-м?

— Не думаю, что это хорошая идея, — отвечаю тихо.

— Почему? — он как будто удивлён.

— Просто ты и я… мы…

— О чём ты? — Серёжа прищуривается. — Ты всё ещё не можешь отпустить ту ситуацию столетней давности?

— Нет, но…

На самом деле, да.

— Что было, то было. Я не держу на тебя зла, — говорит уверенно. — Я всего лишь предлагаю общаться. Дружить.

— Дружить? — моя очередь удивляться.

— Да. Почему нет? Люди так иногда делают, представь себе.

— А твоя девушка не будет против? — интересуюсь, скептически заломив бровь.

Он усмехается, прикрывая рот сложенной в кулак ладонью.

— А это тебя волнует?

— Не особо, — во мне просыпается дерзкая Ирина. — Просто я не хочу стать причиной очередных твоих неудач на личном.

— Оу. Как благородно. Но можешь не волноваться. На личном, — акцентирует это слово голосом, — у меня всё прекрасно. Даже если нет постоянной девушки, как сейчас.