Лучший подарок (ЛП) - Бартон Джеси - Страница 9

— Мы уже болтаем, — рассмеялась она.

— Я имею в виду разговор о другом.

— О чём?

— О нас.

Ой-ой.

— А что с нами? — Слова вырвались прежде, чем Тори смогла поправить себя или его и сказать, что никаких «нас» не было.

— Почему ты прервала поцелуй той ночью? Чего ты так боишься?

Она оглянулась вокруг, но телевизоры работали на полную громкость, люди играли в бильярд и были заняты своими разговорами. Никто не обращал на них внимание. Тем не менее, Тори наклонилась ближе к нему.

— Я не хочу обсуждать это.

Броуди тоже наклонился и взял её за руки:

— А я хочу. И тебе пора перестать убегать от того, что могло бы быть между нами.

Её глаза расширились, и девушка попыталась убрать руки, но он не отпускал.

— Броуди, я не хочу этого.

— По-моему, хочешь, Тори, но чего-то боишься. Поговори со мной. Расскажи, что тебя беспокоит. Я что-то сделал в прошлом? Или не соответствую твоим требованиям? Думаю, у нас могло бы что-то получиться, если бы только ты дала мне шанс.

О, Боже. С Броуди в виде саркастичного умника и забавного шутника она могла справиться, и его дразнящая сторона была ей хорошо знакома. Серьёзного и честного Броуди, искренне желающего поговорить с ней об их возможных отношениях, Тори видела впервые и не знала, что с этим делать.

Он предлагал ей всё, чего она хотела и о чём мечтала. Ей оставалось только сделать шаг навстречу.

Но Тори не верила в это, не верила себе. Не верила ему.

Потому что могла потерять многое — абсолютно всё.

Тори наконец высвободила руки и отодвинулась назад.

— Мне нужно подышать свежим воздухом. Прости.

Она схватила сумочку и направилась к выходу.

Глава 6

Всё прошло хорошо.

Ничего не могло быть лучше, чем открыться женщине и увидеть выражение ужаса на её лице, а после наблюдать, как она с рекордной скоростью бросилась к выходу.

Броуди никогда не считал себя непривлекательным — женщины всегда к нему тянулись. У него было вполне здоровое эго, но спешное бегство Тори после предложения завязать отношения нанесло его самооценке серьёзный удар. Что-то случилось, но парень не собирался сдаваться. Ему нужно было выяснить, какого чёрта происходит.

Он подозвал Пэт, оплатил счёт и оставил щедрые чаевые, а затем направился к выходу. Тори стояла, прислонившись к его грузовику со скрещенными на груди руками, словно укрываясь щитом. Увидев, что Броуди подходит, она подняла голову и посмотрела на него несчастным взглядом.

Ладно, может, парковка у бара — не лучшее место для беседы. Он открыл дверь машины, помог девушке забраться внутрь и сел сам. Всю дорогу до Дир-Лейк они ехали молча. Тори, сжавшись на своём сидении, смотрела в окно и держалась как можно дальше от него.

Здорово. И что ему с этим делать? Броуди не особо разбирался в женщинах, если дело не касалось постели — там он был чертовски хорош и умел доставлять удовольствие. Парень был профи в искусстве соблазнения и мастерски считывал любые сексуальные намёки. Но эмоции и разговоры о чувствах и прочее дерьмо? Это не его стихия.

Но ни за что на свете он не собирался высаживать девушку у её машины и оставлять всё так. Прошлый год был сущим адом, и Броуди не стал бы усугублять ситуацию, позволяя ей снова уйти.

Поэтому, вместо того чтобы отвезти Тори на работу, где осталась её машина, он доверился инстинкту и повёз девушку к себе, откуда шансов сбежать у неё практически не было.

Когда грузовик подъехал к дому Броуди, она, наконец, выпрямилась и спросила:

— Что мы здесь делаем?

Вместо ответа он обошёл машину и открыл ей дверь.

— Пойдём, Тори. Нам нужно поговорить, — проговорил Броуди, поймав её настороженный взгляд. — Пришло время. Есть вещи, о которых уже нельзя молчать, и ты не сможешь убегать вечно.

Он протянул ей руку. Если бы Тори отказалась, он бы не стал настаивать — это не в его стиле. Решение было за ней.

Судорожно вздохнув, она медленно вложила свою ладошку в его, и он помог ей спуститься. Броуди вставил ключ в замок и открыл дверь, отчаянно надеясь, что не оставил после себя беспорядок. Он включил свет и с облегчением вспомнил, что сегодня приходила домработница. Слава Богу.

— По-моему, я никогда не бывала у тебя раньше, — проговорила Тори низким голосом, почти шёпотом, проходя в гостиную.

— Я не устраиваю здесь приёмов, — ответил Броуди, обернувшись к ней.

— Да, держу пари, что так оно и есть.

— Я имею в виду вечеринки и тому подобное. Я здесь только ночую.

Тори осмотрелась вокруг и повернулась к нему.

— Хороший дом, Броуди. Просторный. Тебе и вправду стоит закатить тут пару вечеринок.

— Я заключил выгодную сделку. — Он провёл пальцами по волосам. — Ненавижу квартиры, мне больше нравится открытое пространство.

Броуди окинул взглядом огромную гостиную с двумя диванами, стоящими друг напротив друга, и удобными креслами по бокам от них — вся мебель выглядела уютно и идеально сочеталась с камином. Он влюбился в это место с первого взгляда, как только его показал риелтор. Дом казался таким… огромным, особенно после его тесной квартиры. Радовало и наличие четырёх спален, что давало возможность жить здесь долго и счастливо.

— Хочешь посмотреть остальное? — спросил он.

— С удовольствием, — она улыбнулась впервые за всё время пребывания здесь. Увидев кухню, Тори завистливо вздохнула: — Потрясающе! Ты здесь готовишь?

— Я могу сделать завтрак и запечь что-то на гриле снаружи.

— И всё? — рассмеялась она. — Такая кухня простаивает зря.

Девушка провела пальцами по гранитной столешнице и восхитилась встроенной бытовой техникой. Броуди знал, что женщины мечтают о подобных кухнях, но не задумывался об этом, покупая дом. Просто хотел побольше и попросторней, потому что место, в котором он жил до этого, вызывало проклятую клаустрофобию.

Спальни тоже были большими. Одна из них служила для Броуди кабинетом, две другие были свободны, а хозяйская спальня была невероятно огромной, что ему особенно нравилось, так как там прекрасно помещалась королевского размера кровать.

Он включил свет в спальне, и глаза Тори округлились:

— Ого! И сколько человек спят на ней?

— Только я. Люблю простор, — прошептал Броуди ей на ухо и провёл рукой по её затылку. — В моей старой квартире стояла двуспальная кровать, и было жутко неудобно: мои ноги свисали с неё, и я не мог уснуть. Так что, когда я приобрёл этот дом, то купил самую большую кровать, которую нашёл.

От её смеха его сердце забилось быстрее, что заставило его член дёрнуться.

— Понимаю, — сказала она. — Моя квартирка просто крошечная.

Тори зашла в ванную и издала звук одобрения.

— Мне нравится ванна, особенно окно над ней, — пробормотала она, повернувшись к Броуди. — Здесь не хватает цветов или чего-то в этом роде. Сразу видно, что это дом мужчины.

Его желудок сжался, когда он представил Тори, живущую здесь, и женские штрихи, которые она добавила бы. Например, цветы на подоконнике в ванной.

— Да. Именно так, — пробормотал Броуди.

Они спустились вниз. Тори повернулась к нему лицом, и черты её лица стали менее напряжёнными по сравнению с тем, как она выглядела, когда входила в дом.

— Это впечатляющий дом, Броуди.

— Спасибо. Хочешь что-нибудь выпить?

Тори сглотнула. Тур по дому отложил разговор, на котором так настаивал Броуди, и от которого ей стало так неловко, что она вылетела из бара, словно за ней черти гнались.

— Конечно. Выпить звучит здорово.

Они вернулись на кухню, где он открыл невероятный холодильник. Ей не хотелось признаваться, но она завидовала технике Броуди.

— У меня есть пиво… эм, пиво, и вода. О, и содовая.

— Я буду пиво, спасибо, — желая стать более храброй, сказала Тори.

Он открыл бутылки и протянул одну ей. Она сделала пару больших глотков, а затем последовала за хозяином в гостиную и присела на один из супер-комфортных диванов. Ей нравились большие двойные окна, в которых можно было представить отражение гигантской рождественской ели, сверкающей огнями и игрушками.