"Фантастика 2024-183". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кронос Александр - Страница 566

Однако, применив свою технику, Перун никого не обнаружил в саду. Слуги знали о привычке громовержца гулять там и оставляли его наедине с собой.

«Хм. Показалось?» — решил Перун и, покачав головой, развернулся.

Но тут же вновь ощутил чужое прикосновение. Перун резко повернулся, однако никого не увидел. Он развернулся и уже хотел сделать шаг, как снова кто-то коснулся его. Перун то поворачивался, то отворачивался. Это случилось несколько раз и, начиная гневаться, Перун весь заискрился, и уже стал разворачиваться, чтобы нанести удар по статуе, но в этот момент, в процессе поворота, он услышал басистый голос, который сказал:

— Твоей следующей фразой будет: «Ты точно не простая статуя!»

Перун развернулся, гневно восклицая:

— Ты точно не простая статуя! А?

Он замер, широко раскрыв глаза. Перун был изумлен, по двум причинам сразу. Во-первых, Перун действительно произнес эту фразу, а вовторых, статуя исчезла. Но она точно была статуей, в ней не было жизни. Перун прикасался к ней и ощущал мраморный холод, да и его техника ничего не показала. Однако теперь он все понял. Исполины могли полностью контролировать свое тело, у них не было души, да и ауру они обычно не испускали.

— Я здесь! — Перун услышал писклявый голосок, доносящийся откуда-то сбоку, — на твоем правом плече!

Он повернул голову и увидел крохотного Генделя, который ослепительно улыбался. В следующий миг Гендель замахнулся и крикнул:

— Приветственный кулак!

Его рука неестественно вытянулась, и маленький кулак влетел в челюсть Перуна. Но сила в нем была совсем не маленькая. Громовержец почувствовал, как в его глазах темнеет, и ощутил сильную боль. Его отбросило в сторону, и Перун врезался в очередную статую Алкивиада, разломав ее при этом.

Когда он поднялся, то перед ним стоял уже нормального размера Гендель, довольно ухмыляясь.

— Твой черед, — улыбнулся тот, указывая большим пальцем на свою щеку.

— Да кем ты себя возомнил? — гневно воскликнул Перун.

Он превратился в молнию и, переместившись к исполину, нанес мощный удар кулаком, да такой силы, что голову Генделя снесло и отбросило в сторону.

— Говорили же мне, не шути с богами, а не то не сносить тебе головы, — раздался бас Генделя, и из его шеи выросла новая голова. — Не врали…

Такова была регенерация исполинов. Они могли легко восстановить отрубленные конечности, и даже потеря головы не была для них опасной.

Через какое-то время Перун и Гендель сидели в беседке, что находилась в саду, куря табак. Между ними не было вражды. И громовержец не держал зла на исполина за его выходку, прекрасно понимая его характер.

— Гендель… — вздохнул Перун, — я рад тебя видеть, но не стоило меня злить.

— Такова моя натура! — развел руками исполин. — Я не могу быть серьезным.

— Раз уж ты здесь, то ответь мне на один вопрос, — нахмурился Перун. — Почему ты скрыл от Совета успех экспедиции Гелиоса?

— Я не скрывал, — пожал плечами Гендель, выпуская несколько дымовых колец. — Вы напрямую не спрашивали. Спросили бы — я бы не стал лгать. Я честный исполин!

— Так и я думал, — покачал головой громовержец.

— Послушай, Перун, — улыбнулся Гендель, откладывая трубку в сторону, — я поставил на тебя все свое золото, так что не подведи меня сегодня.

— Ты думаешь, что я могу проиграть? — фыркнул Перун.

— Наоборот, я верю в твою победу, ибо знаю тебя, — в пристальном взгляде Генделя читалась искренность. — Однако не стоит недооценивать Алкивиада. Я не стану говорить тебе про его святую способность, так будет неинтересно. Я ожидаю великолепный бой. Но знай, он сильный воин — мой ученик. Однако… я буду болеть за тебя!

— Все так уверены, что у меня нет и шанса, — усмехнулся Перун.

— Они никогда не видели поражения своего господина, — пожал плечами Гендель. — Скажу, по правде, он уже больше ста лет никому не проигрывал. Как разумным, так и диким зверям с чудовищами. А ему всего сто пятнадцать лет.

— Сражался ли он с действительно сильными противниками? — поинтересовался Перун.

— Да, — кивнул Гендель, — как его наставник, я знаю, о чем говорю. Алкивиад один из самых сильных людей, каких я видел.

— Люди… — махнул рукой Перун. — Я знаю только одного человека, способного меня одолеть. Остальные не достойны даже моего взгляда.

— Тот человек и меня бы победил, — усмехнулся Гендель.

— Раз ты говоришь, что стоит быть серьезным в схватке с Алкивиадом, то я буду серьезным. Надеюсь, ты не будешь сильно переживать, если он умрет.

— Хочешь убить Алкивиада? — рассмеялся Гендель.

— У меня нет такого желания, — покачал головой Перун, — но я могу не рассчитать силу. Раз ты говоришь мне, что сдерживаться не стоит.

— Хо-хо, чувствую, это будет интересный бой, — в предвкушении улыбнулся Гендель.

И вот настало время поединка. Сотни тысяч горожан отправились в огромный амфитеатр, желая насладиться зрелищем великой дуэли. На трибунах им предлагали купить напитки и закуски для большего увеселения. А те, кто не смог себе позволить попасть на арену, наблюдали за ходом боя через специальную формацию, которая спроецировала изображение в разных местах города. Среди зрителей был и Агапит, сопровождавший всегда Алкивиада. Агапит применил свою святую способность «Гармония сфер» и все услышали прекрасную мелодию, пока спокойную, но все знали, что во время боя она изменится.

Когда до назначенного времени оставалось пара минут, раздался голос, слышимый по всему амфитеатру:

— Друзья, я рад приветствовать вас в этом знаменательный день в нашем новом амфитеатре имени Искандера! Я, Гендель, всеми любимый исполин, буду комментировать этот бой.

После этих слов трибуны разразились радостными криками и рукоплесканиями. Народ обожал Генделя, и каждое его появление было праздником для всех. Никто не видел, где он находится, но исполин наблюдал за всем, и ничто не могло скрыться от его глаз.

— Совсем скоро начнется, я не побоюсь этого слова, легендарный бой! — воскликнул Гендель, еще больше возбуждая толпу. — Ведь это будет противостояние человека и бога. Перун, провозгласивший себя богом грома и молний, и гениальный человек — Алкивиад, прославившийся как непобедимый. Вы видели силу обоих, кто же, по-вашему, одержит сегодня верх?

— Господин Алкивиад!

— Это будет наш правитель!

— У громовержца нет шансов!

Не раздалось ни одного крика в поддержку Перуна. Почти никто не верил в его победу. А те, кто все же верил, побоялись высказаться, не желая идти против огромной толпы.

— Хо-хо, алкивиадийцы поддерживают своего правителя! — рассмеялся Гендель. — Как арбитр я должен быть беспристрастным, а как наставник Алкивиада должен поддержать его. Но! Сегодня я ставлю на Перуна!

— Что?

— Что он сказал? — на трибунах раздались удивленные крики.

— Герой Гендель поставил на победу громовержца?

— Он что-то знает?

— Хо-хо, вижу, вы заинтригованы! — довольно улыбнулся Гендель. — Этот бой удивит многих! Что ж, время пришло! Вы готовы?

— Да!

— Я не слышу!

— ДА! — народ закричал, и крик этот был слышан во всем городе.

— Хо-хо, я чуть не оглох! — рассмеялся Гендель. — Раз вы готовы, то мы начинаем. На арену приглашается великий и могучий повелитель молний — Перун! Встретьте же его аплодисментами!

После этих слов в небе сверкнула багровая молния, а затем раздался оглушительный гром. И в следующий миг в центре арены появился Перун. Музыка Агапита резко изменилась и заиграла более величественная мелодия, подчеркивая силу Перуна. Громовержец был одет лишь в холщовые штаны. Все увидели его мощное тело и решительный взгляд. Он был красив и грозен. На трибунах захлопали в ладоши и радостно закричали.

— Мы Вас любим, господин Перун!

— Покажите на что способны, господин Перун!

— Продержитесь две минуты!

— Тихо! Тихо! — хохотнул Гендель. — Теперь время появиться правителю этого славного города, прекрасному и неподражаемому… Алкивиаду!