Не говори шефу (СИ) - Чернева Влада - Страница 46

— Ну хорошо, — сказал он, поднимаясь с кровати. — Только предупреждаю: я не мастер-шеф.

— Ты просто признаешься в этом на первом свидании? — я поджала губы, притворяясь разочарованной.

— Втором, — поправил он, оглядываясь. — Разве наш ужин в японском ресторане не считается?

Я засмеялась:

— Если считать, то это было одно из тех свиданий, где оба думают, что вино — это единственное, что спасает ситуацию.

Он улыбнулся и кивнул:

— Хорошо. Тогда сегодня будет настоящее свидание.

Я последовала за ним на кухню. Здесь, как и во всей квартире, царила минималистичная атмосфера с элементами мужского хаоса: строгое оформление, несколько книг на подоконнике, пара чашек в раковине. Это место совсем не напоминало о чьём-то семейном уюте, но в нём было что-то своё — честное.

— Что будешь готовить? — спросила я, заглядывая в холодильник, где скучали йогурт, банка огурцов и лимон.

— Уверяю, это будет незабываемо, — заявил Владислав, закатывая рукава.

— Конечно. Я же запомню этот ужин на всю жизнь, если мы всё-таки закажем пиццу, — ответила я, стараясь не хихикать слишком громко.

Он вздохнул и, глядя на холодильник, признал поражение:

— Ладно, пицца звучит безопаснее.

Мы заказали еду и, пока ждали, уселись за кухонный стол с бокалами вина. Вино у него имелось. Владислав снова вернулся к разговору, но на этот раз его голос звучал мягче.

— Ты, наверное, думаешь, что я драматизирую, когда говорю о Екатерине.

— Думаю, ты человек, который много пережил, — ответила я, посмотрев на него внимательно.

— Москва изменила меня, Ольга. Я приехал сюда, полный энтузиазма, а она показала мне, что нужно быть осторожным.

Я сделала глоток вина, пытаясь сформулировать ответ так, чтобы звучать уверенно, но не назидательно.

— Влад, все мы сталкиваемся с предательством. Просто у кого-то это соседи, которые занимают твоё парковочное место, а у кого-то... Екатерина.

Я прям почувствовала себя победительницей небольшого конкурса сарказма.

— Наверное, — сказал он наконец после слегка подзатянувшейся паузы.

— Точно, — утвердила я, наклоняясь ближе. — Потому что, если бы я хотела использовать тебя, я бы уже выставила этот твой винтажный кофейный столик на «Авито».

— Кстати, — он указал на стол, — этот столик стоит больше, чем ты думаешь.

— Тогда начну с него, — ответила я с ухмылкой.

Пицца наконец прибыла, и мы сели ужинать прямо за тем самым дорогим кофейным столиком. Я наслаждалась не только едой, но и редкой тишиной. Не той, что глухая и неудобная, а той, которая позволяет чувствовать себя комфортно.

Владислав поднял взгляд от своей тарелки.

— Спасибо, что ты слушаешь, — сказал он вдруг.

— Всегда, — ответила я, даже не раздумывая.

Я чувствовала, что, несмотря на его страхи, я уже стала для него кем-то, кому можно доверять. Осталось только доказать, что я не Екатерина.

* * *

После ужина мы снова оказались в спальне. Владислав лежал на спине, сложив руки за головой, а я устроилась рядом, обняв подушку. Лёгкость после разговоров за пиццей всё ещё витала в воздухе, но я знала, что его мысли до конца не отпустили.

— Ольга, ты когда-нибудь чувствовала, что доверять кому-то — это риск? — вдруг спросил он, нарушив тишину.

— Постоянно, — честно ответила я. — Ты же видел нашу кофемашину в офисе? Я каждый раз боюсь, что она взорвётся, когда я нажимаю на кнопку. Кругом столько недоброжелателей, и они так коварны…

Он тихо рассмеялся.

— Это немного не то, — сказал он, покачав головой.

— Я знаю, — улыбнулась я. — Но, Влад, риск есть всегда. Даже когда ты покупаешь авокадо в магазине. Никогда не знаешь, будет ли оно спелым или твёрдым, как кирпич.

— Авокадо? — он приподнял бровь, улыбаясь краешком губ.

— Да, авокадо. Жизнь вообще как авокадо. Иногда она мягкая и вкусная, а иногда хочешь выкинуть её в мусорное ведро.

Он засмеялся громче.

— Ольга, ты удивительная.

— Знаю, — сказала я, пожав плечами.

Он снова замолчал, и я почувствовала, что в нём ещё осталась та напряжённость, от которой мы только что пытались избавиться.

— Скажи, — осторожно начала я, — а ты говорил кому-нибудь ещё о том, что пережил с Екатериной?

— Нет, — ответил он, не задумываясь.

— Почему?

— Потому что я не хотел, чтобы это выглядело как слабость. В нашем мире, если ты показываешь слабость, тебя тут же используют.

— Это не слабость, Влад. Это жизнь.

— Может быть, — задумчиво произнёс он.

Я села на кровати и повернулась к нему, опираясь на подушку.

— Ты не слабый. Просто ты человек. И у каждого человека есть своё прошлое. Но это не значит, что оно должно определять твоё будущее.

Он посмотрел на меня предельно серьёзно.

— Ты всегда так уверенно рассуждаешь?

— Только когда дело касается других, — призналась я. — Когда речь идёт обо мне, я могу три дня переживать из-за того, правильно ли поставила запятую в отчёте.

— Запятую?

— Это была важная запятая, Влад, — сказала я, поднимая палец. — Очень важная.

Он снова рассмеялся, но на этот раз смех звучал легче.

— Спасибо тебе, — сказал он.

— За что?

— За то, что ты такая.

Я пожала плечами.

— Ну, кто-то же должен балансировать твою серьёзность.

Он притянул меня ближе, его рука легла мне на спину, и я почувствовала, как напряжение в его теле исчезает.

— Знаешь, — тихо сказал он, — с тобой всё кажется проще. Даже моя история с Екатериной.

— Потому что я лучшая, — заявила я, нарочно добавляя к своим словам самоуверенности.

— Безусловно, — ответил он, коснувшись губами моего виска.

Это был тот момент, когда я поняла, что постепенно пробиваюсь сквозь его страхи и сомнения. И знаете, это оказалось приятнее, чем я думала.

* * *

Он долго смотрел на меня, будто пытался решить, стоит ли доверять моим словам.

— Екатерина сказала мне одну вещь перед тем, как уйти, — вдруг произнёс он.

— Какую?

— Что я слишком доверчивый и слишком глупый для этого мира.

Я почувствовала, как внутри вспыхнул гнев.

— Влад, знаешь, что я думаю?

— Что?

— Она сказала это, потому что сама не смогла быть кем-то лучше. Люди часто пытаются принизить других, чтобы не чувствовать себя хуже.

Он улыбнулся, но грусть в его глазах осталась.

— А если она была права?

— Тогда ты не сидел бы здесь, разговаривая со мной, — уверенно ответила я.

— Ты знаешь, что меня удивляет больше всего? — спросил он.

— Что?

— Что я хочу верить тебе.

Я наклонилась ближе и тихо сказала:

— Ну так верь.

Он посмотрел на меня, и я увидела в его глазах что-то новое — как будто впервые за долгое время он действительно дал себе шанс на доверие.

— Это сложно, — признался он.

— Не сложнее, чем заказать авокадо и надеяться, что оно спелое, — ответила я, подмигнув.

Он усмехнулся и обнял меня крепче.

— Ты точно не из этого мира, Ольга.

— Конечно, нет, — ответила я. — Я же из отдела маркетинга.

* * *

На следующий день кофемашина в офисе окончательно решила объявить всем войну. Она шипела, булькала и, кажется, грозилась взорваться, если кто-то ещё раз нажмёт на её кнопки. Я стояла рядом с Михаилом, который, судя по его выражению лица, был на грани того, чтобы начать кидать степлеры в людей.

— Ну и денёк, — пробормотал он, бросая взгляд на мой пустой стаканчик для кофе.

— Угу, — буркнула я.

Он повернулся ко мне, прищурив глаза.

— Слушай, ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь. Я всегда был на твоей стороне.

— Да, знаю, — насторожилась я.

— Но то, что происходит между тобой и Владиславом... О

— Михаил, ты серьёзно? Тебе вообще что за печаль?

— Абсолютно серьёзно. Коллеги обсуждают. Это не просто ваши отношения, понимаешь? Это офис, и такие вещи влияют много на что. Тебя теперь все воспринимают как… скажем так — как очередное увлечение. А значит…