Я твоя лисичка (СИ) - Лунина Юлия - Страница 29

— А с Блэнтом значит хочешь? Хочешь ходить к нему каждый день, заниматься? Тереться рядом с этими мальчишками, как там их, Люис и Демиан? Хотя не важно. — Продолжая надвигаться на меня с расстегнутой рубашкой и черными глазами, говорит он.

— Я не понимаю о чем ты. Приди в себя! — Уже стою напротив, готовая атаковать.

— Ты давно же этого добивалась, Лия. Не давала мне оставаться с девушками, ластилась. Потом ждала меня ночью в кровати. Только вот не рассчитала, что выгоню. Так вот я, готов, в чем проблема? Или они лучше чем я? — Зло говорил он, выплевывая всю ярость в меня.

— Я ударю, если подойдешь еще хоть на шаг. — Сказала, посмотрев ему в глаза, надеясь найти там хоть каплю осознанности.

Но принц продолжал плавно надвигаться, продолжал смотреть черными глазами. Руки сами опустились, когда он подошел вплотную.

— Ты уже никуда не денешься от меня. Я связал нас воедино. Ты моя. Смирись и прими. Сейчас, я получу то, что хочу, а дальше посмотрим понравится ли мне. Может оставлю тебя в роли любовницы.

Слова, будто кинжалы, врезались глубоко под ребра. Дышать стало тяжело, грудь сдавило, в ушах шумело.

Я ударила, ударила так, как никогда сильно. Кулаком. В эту наглую, темную морду, и хотела перевоплотится в мышь, как он сказал, потирая скулу:

— Каков твой план, Мэйс? Скажи мне. Власть? Сила? Что тебе обещал тот темный урод? — Уже спокойно, сказал он мне, смотря глазами без тьмы.

— Твои беспочвенные обвинения мне не интересны. Оставь свою силу и власть себе, принц Темной империи. Я не раз доказывала, рискуя жизнью, свою преданность. Как ты смеешь, говорить мне это? — Почти кричу ему в лицо, не в силах контролировать свои эмоции, тут же бью кулаками в грудь, продолжая еще что-то кричать, оскорблять, бить.

Мужчина перехватил кулаки, и обхватив запястья одной рукой, поднял их над головой. Другая рука легла на шею, а сильное тело прижало меня к стенке. Горячее дыхание обожгло, короткие поцелуи покрывали лицо. Принц шептал извинения, продолжая держать в этой позе. Чувство злости, ненависти, страсти — заполняли полностью. Я растворилась в них, уже не понимая где его, а где мои… Не знаю, что случилось бы дальше, если бы не ректор, появившийся в дверях.

— Раян Колд, отпустите девушку. — Сказал Кристиан Блэн.

Принц остановился. Плавно убрал ладонь с шеи и отстранившись сказал, не поворачиваясь:

— А ты вовремя, Кристиан.

— Я знаю, что тебе донесли дворцовые сыщики. Это все лож. Каждое слово, каждый факт и доказательство были подстроены. Хочешь знать правду, принц?

— Правда не всегда хороша. Но я выслушаю тебя. Позже. Сейчас уходи. — Отпустив меня окончательно, и повернувшись к нему, ответил Раян.

— Ты выслушаешь сейчас, мальчишка. — Повысив голос, сказал Кристиан и выпустил синее пламя, окутавшее все вокруг, перемещая нас троих в его кабинет.

Как только мы оказались на месте, ушла на диван, подальше от этих ненормальных. Пусть там выясняют все, что угодно. С меня хватит на сегодня, да и на завтра и послезавтра тоже. И на месяц вперед пожалуй.

Нашли тут игрушку. Душа требует мести. Выберусь от сюда, наябедничаю Ваи, и мы вместе придумаем, как проучить этих, этих… Даже слов подходящих нет, чтобы описать сказочность их поведения одним словом, да еще и приличным.

Пока сижу размышляю, краем глаза заметила, что мужчины уставились на меня и смотрят удивлено.

— Что еще? — Спросила их.

— Мэйс, разговор идет о вас. Совсем не интересно? — Спросил меня ректор.

— Устала я от вас. Двоих. Можно я пойду уже? Ну там поплакать что ли, пострадать? Что там еще делают обиженные девушки? Могу в обморок упасть! Во, точно. Надо? — Смотря на мужчин, начинаю изображать потерю сознания, неверное, не очень получается, они вон уже хрюкают от смеха.

— В театр не иди, выгонят. — Заржал Раян.

— Лиссия, может виски? — Смотря на меня взволнованно, предложил Кристиан.

— А давайте! — Не отказалась я

Сидим втроем на диванчике с бокалами, на столике закуска и бутылка дорогого напитка. Меня зажали в центе, что вообще никак меня не тревожит. Выпила залпом содержимое и закинула в рот кусок шоколада.

— М-м-м, замечательный вкус. Чего молчим и не пьем, господа?

— Лия, ты это, в порядке? — Спросил принц, немного отодвигаясь от меня, как и ректор.

— Все прекрасно. Предлагаю игру. Вы задаете вопрос мне — тыкаю пальцем в ректора, я тебе — палец в принца, потом так же в обратном порядке задаем вопросы друг другу, на которые нужно отвечать честно. Если кто-то отказывается говорить, то выпивает. Врет, тоже пьет. Неоднозначный ответ — также выпивает. Как раз и поговорим. Согласны?

— Что ж, раз вы так хотите, Мэйс, я согласен, но для этого нам понадобится перо правды. — Улыбаясь, сказал мне ректор и встал.

Принес желтое маленькое перышко, положил на стол и пояснил:

— Это артефакт, распознающий лож. Если отвечавший на вопрос соврет, оно ужалит говорившего. Больно. И так, начну первым.

— Причастны ли вы к нападениям на нашего принца, Лиссия? — Задал вопрос Кристиан.

— Вообще никаким боком. — Немного захмелевшая от крепкого напитка, ответила.

Перо осталось неподвижным.

Моя очередь. Что бы такого спросить то?

— Раян, ты гавнюк?

Ректор заржал, стуча рукой по спине, поперхнувшегося принца конфеткой.

— Нет. — Ответил, и получил пером разряд молнии в лоб.

— Ха! Очевидно же было. Пей давай, лжец. — Сказала и показала тому на бутылку.

— Лия, что ты ко мне чувствуешь? — Задал вопрос он.

Ну что, пора мне в лоб получать или лучше напиться в такой шикарной компании? Кому расскажу, не поверят. И как только я могла так влипнуть? И заднюю не дать, сама предложила. О чем я только думала, а? Сама себя в яму уложила, а они щас прикапают.

Разговор по душам

Раян Колд

Разговор с Кристианом вывел меня из себя. Хотелось тут же отправиться к Лии и настучать той по ее красивой заднице. Чем она думала, когда шла на такое? Может их связывает что-то большее, чем этот контракт?

Я шел, не разбирая пути, борясь с ревностью и злостью. Хочется вытрясти все, узнать правду. Убедиться в том, что она только моя. Только не сегодня и даже не завтра. Время поджимает, срочно нужно во дворец к отцу. Родители с ума сходят, да и пора узнать, что разузнали сыщики. А вот потом… Ты не убежишь от меня лисичка.

Прошло недели две. Я рвал и метал. Эти сыщики и дознаватели сидят у меня в печенках уже. Рабочие дворца, разбегались от меня, стоило меня им увидеть. Отец укоризненно смотрел, но не лез. Да, сейчас меня лучше не трогать. Последнему вчера дознавателю — Грегу, подпалил его длинные усы, за то, что тот в очередной раз попросил разрешение на заключение Мэйс под стражу. Достали! Я уже сказал, что САМ во всем разберусь и если потребуется, доставлю лично ту за решетку.

По списку имен на разрешение перемещения удалось установить личность темного. Розман Ониум — известный ранее всем некромант, но разорившийся после гибели дочери. После чего пропал, и никто его больше не видел. И как я раньше не додумался пробить его через имя его дочери? Хотя я и имя то уже забыл..

Так что дела не особо. Одна неразбериха и суматоха. Я уже не помню даже, когда последний раз улыбался. Все слишком быстро идет, много всего сваливается и не дает вздохнуть. Мысли то и дело витают о девушке и ректоре. Что у них там происходит, пока я здесь? Может эти двое в сговоре, а я такой олень?

Вот и сижу в спальне, держа в руках документы лисички. Думаю, и не могу поверить в то, что Лиссия за одно с темным магом, что все происшествия подстроены.

Но почему тогда она меня прикрывала и спасала? Это был первый мой вопрос, на который тоже был ответ. В последнюю встречу, маг сказал, что будет ждать когда я полюблю, что бы отнять это. Но что может быть на равне с чувством потери? Предательство. Доказательства были предоставлены, но я не сказал бы, что они убедили меня полностью, но сомнения, определенно, появились весомые. Три магических снимка, где девушка стоит спиной к человеку в черном. Белые волосы и миниатюрная фигура вынуждают думать на нее, да и в момент покушений, она всегда рядом. Добил меня ее слепок ауры, нашедший в том самом ритуале. Все факты против, доказательства есть… Почему я все равно оправдываю и не могу в это верить? Лия может и хитрая лиса, с твердым характером, вспыльчивым нравом, но не как не убийца.