Охраняемая големом (ЛП) - Вайлд Кара - Страница 3

Со мной действительно было что-то не так, если я ничего не могла вспомнить.

Я услышала шаги за дверью и замерла. Они приближались все ближе и ближе, а затем я услышала, как поворачивается ключ в замке. Мое сердце заколотилось в груди. Я снова села, подтянув колени и пытаясь стать меньше. Дверь открылась, и с другой стороны показался свет. В дверном проеме появилась тень, и я сразу поняла, что это мужчина.

— Ты проснулась. — сказал он ровным тоном.

Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. В руках он нес коробку. Он потянулся к веревочке, которая, как я теперь заметила, свисала с потолка, потянул за нее, и лампочка ожила. Она осветила его лицо, и я увидела, что он молод, возможно, около тридцати, с черными волосами и темными глазами, которые казались тусклыми за очками в толстой оправе. Он совсем не был похож на похитителя. Он не был похож на плохого парня. Скорее на обычного парня, которому, казалось, слегка наскучило все вокруг.

— Кто вы? — спросила я. — Зачем вы это делаете?

Он подошел ко мне и поставил коробку на пол.

— Как ты себя чувствуешь, Майя?

Мои глаза расширились при звуке моего имени. Я не подумала проверить, помню ли я свое имя. Я сделала это сейчас, и оно легко пришло мне в голову — Майя Лукас.

Хорошо. Майя Лукас. Чем занималась Майя Лукас? Где она работала? Где она жила?

Пусто. Пусто. Пусто.

Мне захотелось заплакать, но я не буду плакать перед ним.

— Кажется, я ударилась головой. — сказала я, пробуя почву.

Он кивнул.

— Ты затеяла драку. Я этого от тебя не ожидал. Посмотри на себя, ты крошечная. О чем ты думала, когда брыкалась и кричала? А теперь у тебя сотрясение мозга. Надеюсь, ты гордишься собой.

Я не могла поверить его словам! Значит, это он похитил меня. Глядя на него, я понимала, что он был выше, крупнее и сильнее меня. Наверное, я никогда бы не подумала, что парень в очках способен на что-то настолько гнусное.

— Так вот почему я ничего не могу вспомнить?

Он приподнял бровь.

— А что ты помнишь?

— Свое имя. Вот и все. И только потому, что ты назвал меня Майей, а потом это пришло ко мне… Майя Лукас.

— Совершенно верно. Ты Майя Лукас. Прежде чем ты скажешь, что я похитил не того человека, позволь мне заверить тебя, что я этого не делал. Ты тот человек, Майя. Именно то, что мне нужно. — он присел и открыл коробку. — Но мне нужно подтвердить это, проведя несколько тестов.

— Что?

Внутри коробки я увидела различные типы шприцев и стеклянных пробирок. Там также была марля, дезинфицирующее средство и несколько пузырьков с таблетками.

— Какие-то анализы? Вы врач?

— Что-то в этом роде. Расслабься, я просто возьму немного крови.

— Для чего? — спросила я.

— Твоя рука, Майя.

Я подумала о том, чтобы снова подраться с ним. Но со скованными запястьями и в том плохом физическом состоянии, в котором я была, не думаю, что у меня есть шанс. Я протянула к нему правую руку, и он взял довольно щедрый образец моей крови.

— Пожалуйста, скажи мне, для чего это. — умоляла я. — Что ты собираешься со мной сделать?

— Так много вопросов. — вздохнул он. — Я проведу несколько тестов, чтобы убедиться, что ты действительно тот человек, который мне нужен. Это деликатная ситуация, Майя. Твоя кровь должна быть идеальной. Если ты пройдешь тесты, я оставлю тебя, и не волнуйся, я буду заботится о тебе очень хорошо.

— А если я не пройду тест?

Он пожал плечами.

— По-прежнему ничего не помнишь?

Я нахмурила брови и попробовала снова.

Где работала Майя Лукас? Нет. Ничего.

Он наполнил последний тюбик кровью, затем приложил вату к проколу на моей руке.

— Смерть будет легче, если ты потеряешь память. — он сказал это так спокойно, как будто говорил о погоде. — Если тебе от этого станет легче, я не собирался вызывать у тебя сотрясение мозга. Ты сделала все тяжелее, чем оно должно было быть. Кроме того, во всем этом нет ничего личного.

— Мне от этого не становится лучше. — пробормотала я.

Я была ошеломлена. Я понимала, что должна была реагировать по-другому, но я была слишком ошарашена его скучающим отношением.

— Итак, если я пройду тест, вы оставите меня здесь. До каких пор?

— До тех пор, пока ты не станешь бесполезной.

Он сложил шприцы и тюбики в коробку, закрыл ее и встал.

— Пожалуйста… я… я не сделала ничего, чтобы заслужить это. — сказала я.

— Откуда ты знаешь, Майя? Ты только что сказала, что ничего не помнишь.

Он издевался надо мной? Конечно, я не помнила, кем я была и на что была похожа моя жизнь, но в глубине души я чувствовала, что я нормальный человек. А нормальные люди не совершают поступков, которые оправдывают такое обращение.

— Ты не можешь этого сделать. — сказала я.

Он сдвинул очки на переносицу и повернулся, чтобы уйти.

— Я принесу тебе еду и воду через некоторое время, а потом пойду поработаю с образцами твоей крови.

— Ты говоришь так, как будто…

Мой голос дрогнул.

— Как будто это просто еще один день… как будто это обычная рутина.

Он открыл дверь и вышел. Прежде чем закрыть и запереть ее, он бросил на меня последний, унылый взгляд.

— Так и есть.

ГЛАВА 3

Мейсон

Мой бывший босс пригласил меня в свой кабинет, затем попросил секретаршу закрыть жалюзи и дверь. У Охранного Агентства Монстров были филиалы по всему миру. Этим филиалом управлял Тарос Маммон, который был рогатым дьяволом с пылающими глазами и раздвоенным языком. Он сидел в своем кресле, сделанном из чистого титана, единственного металла, который не плавился, когда он случайно давал волю своему гневу.

Я сел напротив него. Не говоря ни слова, он подтолкнул ко мне контракт.

— Все как обычно? — спросил я.

— Кое-что из этого дв.

Я вздохнул и внимательно прочитал это.

ОАМ предоставляло одинаковые контракты, но были клиенты, у которых были особые требования, которые они хотели включить. Иногда их можно было обговорить, в большинстве случаев — нет. В тот момент, когда мой взгляд упал на добавленные пункты, я понял, что у этой работы была теневая сторона.

Я посмотрел на Тароса. Он знал, каковы были мои принципы. Были чудовища, которые работали на ОАМ, и им было все равно, что это за работа. Мне было не все равно, и я всегда считал за правило избегать работы, которая противоречила моим ценностям.

— Нищим выбирать не приходится, Мейсон. — сказал он.

— Ты думаешь, я пришел сюда просить милостыню?

— Ты пришел, потому что тебе нужна работа. Это и есть работа.

— Ты же знаешь, что было неправильно увольнять меня. — сказал я.

— Последняя работа, которую ты выполнял, была ужасной, и мне все равно, по чьей вине это произошло.

Справедливо. Я мог бы поспорить, и меня вышвырнули бы из его кабинета, или я мог бы проглотить свою гордость и рассматривать это как второй шанс.

— Почему я? — я спросил. — Почему ты сказал по телефону, что я единственный, кто может это сделать?

Он ухмыльнулся, и я знал его достаточно хорошо, чтобы понять, что то, что он собирался сказать, было ложью или, по крайней мере, не всей правдой.

— Это надолго. И это утомительно. Только такой твердый и неподвижный человек, как ты, может это сделать. Без каламбура.

— Я вижу, что это надолго.

— Да. Если ты понравишься клиенту и хорошо выполнишь свою работу, он будет нанимать тебя годами.

— Я так понимаю, ты не хочешь, чтобы твои хорошие агенты застряли на такой бесперспективной работе, как эта.

Он пожал плечами.

— Так оно и есть. Но посмотри на это с другой стороны. У тебя будет стабильный доход. Ты по-прежнему будешь работать в ОАМ, но мне не придется каждый день видеть твое лицо и вспоминать, как сильно ты облажался.

Я закатил глаза.

— Прекрасно.

Я нацарапала свое имя на контракте и подтолкнул его к нему.

По правде говоря, у меня не было выбора. Я не знал, что это за работа, просто она звучала необычно. Я собирался выяснить это достаточно скоро.